Дамблдор хмуро посмотрел на меня:
– Оставьте это. Мальчик оказался там, где должен был.
Похоже, закусил удила старый. Ну ладно, мне от него не нужно покаяние, достаточно того, что он признал, что это часть его плана. Я пошёл дальше:
– Мне почему-то кажется, что вы можете навредить моему родственнику. Поэтому, если вы не против, я бы хотел заняться его судьбой более плотно.
– Да? И как же, если не секрет?
– Всё просто, я войду в совет попечителей Хогвартса. А так же займусь преподаванием.
– Это исключено, – твёрдо заявил Дамблдор.
– Я буду преподавать в школе, в которой будет учиться Гарри. К тому же, бесплатно. Мадам Максим согласна. Времени на подумать вам не дано, не хотите – мы едем во Францию.
– Да? – Дамблдор напрягся, скользнув по внешнему слою моих ментальных щитов, – а если я запрещу, как магический опекун мистера Поттера?
– Тогда сегодня вечером вы умрёте от инфаркта, а я стану директором хогвартса. Думаю, всякие томы и геллерты вас расслабили и вы думаете, что сильнее чем они противника быть не может, – Дамблдор расслабился. Видимо, счёл, что я блефую. Ну-ну… Защита у него конечно есть, но явно не мой уровень. Тонкими, едва заметными даже мне чарами проникаю в организм, держа руки на виду и у Доброго дедушки внезапно ёкает сердце. Вот, теперь он действительно офигевает. Я мило так улыбаюсь:
– Что-то случилось, мистер Дамблдор?
– Н… нет, – он собирается с мыслями, хмурится, – как?
– Я же говорю, вы расслабились. А теперь перейдём к делу, – я достал чековую книжку.
К слову о ней, чековую книжку тут можно завести только имея внушительные суммы денег на счетах. По простой причине – чтобы защитить от подделок на каждый листок книжки наложены сложные чары. Которые, однако, можно взломать, но всё же, эта вещь довольно дорогая, около пяти тысяч галеонов, и поэтому выдаётся только очень состоятельным клиентам. Причина дороговизны в том, что в бумагу добавляется мифриловая пудра, которая не даёт им мгновенно разрушиться от мощной защитной магии.
– Вот чек на сто тысяч галеонов. На имя директора Хогвартса, думаю, вам не помешают деньги.
Ещё бы – сумма для Хогвартса просто заоблачная. В этом магмире финансовая система работала иначе и поэтому у них были определённые проблемы, связанные с количеством денег. Миллионеров тут можно пересчитать по пальцам одной руки Аластора Грюма, которых далеко не полный комплект.
Дамблдор взял чек и поднял на меня взгляд:
– Хорошо. Но я хочу убедиться, что с мальчиком всё в порядке.
– Вот первого сентября и убедитесь. К слову, что за предмет мне преподавать – решите сами. В крайнем случае я бы был рад преподавать ЗОТИ, всё равно другие на этой должности надолго не задерживаются.
Дамблдор кивнул:
– Хорошо. Приезжай тридцать первого.
Директор встал и направился на выход. Стоило ему отвернуться, я незаметно для всех исчез, тут же появившись в совершенно другом месте…
Вот что мне показалось в этом мире странным – весь мифрил до последней крохи принадлежал Гоблинам. Они добавляли его в свои артефакты, сплавы. Как достояние всего магического мира оказалось у нечеловеческой уродливой расы коротышек – никто не знает. Гоблины ценили мифрил выше всего и хоть законодательно владеть этим металлом не запрещено, всё равно, у них монополия и наличие мифрила у меня – для них как пощёчина. Это из-за их собственных заворотов сознания. Сволочи мелкие…
Как бы то ни было, я не мог нажиться, продавая мифрил – это было глупо. Куда проще по-старинке просто трансмутировать себе золота полные карманы. Колечек, брошек и так далее, и сдать их в ломбарды.
Сейчас меня интересовало создание магического инструмента для Гарри и Гермионы – детишки заслужили свои первые волшебные палочки. Да не из куска дерева с пером из задницы птицы, а хорошие, мифриловые палочки. Главное, чтобы и без них могли колдовать. Магия в этом мире другая – к этому нужно было приспособиться и не впаривать местным своё мировоззрение как единственно-верное. Палочки так палочки.
Перед тем, как пойти домой, я направился по магазинам, чтобы обнести их на предмет ингредиентов для зелий – пришлось ради этого буквально смести всё с полок местных торговцев, дочиста, две аптечные лавки аж закрылись после моего визита. После чего я отправился в магазин мётел. Я конечно мог бы и сам мётлы изготавливать, но не любил возиться с деревом – его трудно использовать при трансмутации и трансфигурации – оно не однородно, поэтому любая трансфигурация нарушает структуру древесины. Можно было конечно изготовить метлу из чего-то вроде пластика с добавлением мифриловой пудры, но это моветон. Звякнули колокольчики, я вошёл внутрь.
Вышел через четыре минуты, ужасно недовольный. Пришлось достать одну из своих мётел, потому что летать на этих сраных чистомётах юному Гарри не стоит. Да и стоит кое-чему их с Гермионой научить до начала учебного года, из программы, я имею в виду. Вернулся домой, чтобы застать ужасную картину…
Часть 5
Джин Грейнджер застала в доме Поттеров весьма красноречивую картину. Гермиона и Гарри стояли бок-о-бок и объяснялись с пришедшим домой Поттером. Поттер-старший задумчиво кивал, слушая их. Детишки правда натворили таких дел, что волосы на голове дыбом стоят.
– Ну, в общем, – Гарри шаркнул ножкой, – мы полезли смотреть книги и использовали этот ритуал.
– Придурки, – Поттер отхлебнул из чашки чая с успокоительным, – где вы взяли ингридиенты?
– Так там же всё было, – возмутился даже младший Поттер, подняв на Харри возмущённый взгляд, – мы не думали, что это так серьёзно!
– Ой дураки… – Харри потёр виски. Его доканывала местная система магии. Которая больше походила на какое-то расчудесатое волшебство, а не строгую магическую науку, более строгую, чем физика или химия.
Происходившее уже вышло за рамки простых детских игр и шуткой произошедшее назвать нельзя, хотя именно в порядке изучения мира и детских игр оно и произошло. Стоявшая в коридоре Джинерва зашла в комнату и спросила:
– Ну, как у вас тут дела?
– Да так, – Харри махнул в воздухе рукой, – Джин, сядь лучше. И выпей вот это, – Гарри протянул ей бутылочку с зельем, – у детишек проблемы. Похоже, я недостаточно хорошо инструктировал вас по технике безопасности? – Харри с прищуром посмотрел на обоих мелких, которые готовы были провалиться в подвал и даже глубже.
Джин схватилась за сердце и рухнула рядом с Поттером-старшим:
– Что такое? Герми, ты в порядке?
– О, поверь, джин, она в таком порядке, что можно считать – жизнь удалась. Оставил их всего на три часа, чтобы купить кое-что для обучения, защитил всеми нужными чарами, оставил домовика присмотреть – да они в принципе не могли нанести себе какой-либо вред.
Джин выглядела очень взволнованной:
– Харри, не томи, что с ними?
– О, это долгая история. И началась она с моей маленькой лекции про особенности жизни маглорождённых в магическом мире, дабы присутствующие здесь отроки прониклись тем, что магия это не сказка, а быль, ничуть не лучше любой другой.
– Ну? – Джин даже повысила голос и нависла над Харри.
– Ну а дальше они тебе сами расскажут. Так ведь? – Харри строго посмотрел на детей.
Гарри тут же засмущался и готов был провалиться, а Гермиона изволила покраснеть до корней волос. Джин снова притворно схватилась за абсолютно здоровое сердце.
А дальше шёл долгий рассказ про те ужасно милые детские страдания и измышления, что у Харри и Джин даже улыбки вылезли. Гермиона вкратце объяснила причину своего недовольства – то, что в магическом мире у неё нет никаких перспектив, и вообще, проблемы с мальчиками и тем более – мальчиками, которые были бы нормальными. Джин это взволновало не на шутку, Харри развеселило. Ну а дальше в дело вступил наш мальчик с комплексом героя-спасителя, который просто обязан помочь всем в сложных ситуациях. И естественно, он предложил свою кандидатуру. Ну а что до возраста – каким бы маленьким Гарри ни был, назвать его глупым избалованным ребёнком сложно. Скорее уж он был немного изворотливым. Вот и извернулся, очень уж ему понравилась его подруга, и ревность сыграла своё – они откопали в одной из книг ритуал помолвки и провели его, немного косоруко, но ничего сложного и не требовалось. Для ритуала нужны были только два бокала вина, два кольца, произнесение ряда фраз и конечно же настоящий поцелуй. На этом моменте Гермиона очень уж сильно вспыхнула краской, чуть пар не пошёл. Гарри наоборот, выглядел задумчивым, словно оценивал произошедшее. В общем, надев колечки, выпив на брудершафт и поцеловавшись, они закончили помолвку. Гарри успокоил Гермиону, которая думала, что совершенно никому не нужна и уже начинала комплексовать по этому поводу.
– И где вы взяли кольца? – внезапно голос у Джин сел.
– Там в столе много валяется.
– А вино?
– На кухне.
– А… поцеловались? – Джин улыбнулась.
– Мам! – от лица Гермионы можно было прикуривать.
– Да, – подтвердил Гарри, – это было приятно.
– Гарри! – Гермиона была красной настолько, что…
– Заигрались, короче говоря, – подвёл черту их рассказу Харрисон, – что ж, с первым поцелуем тебя, малыш, а теперь объясни, ты вообще в курсе, что сделал?
– Ну… – Гарри шаркнул ножкой, – Да.
– И зачем?
– М… – Мальчик немного смутился, – мне нравится Гермиона. Она милая и добрая, я не хочу, чтобы она выходила замуж за кого-то… другого.
– Ох, – Джин опять схватилась за сердце, на этот раз перепутав и с правой стороны. Харри поправил её, чем вызвал улыбки у детей. Джин смутилась. Харри поспешил успокоить:
– Ничего непоправимого. Это ритуал из сферы ментальной магии, создающий определённую психоэмоциональную связь между людьми, кольца и вино нужны только для антуража. Так что вы можете разорвать эту связь в любой момент, если хоть один из вас это захочет.
– Постой, – Джин остановила Харри, – это же серьёзно, разве нет?