Задавать этот вопрос, впрочем, было уже некому. Фейри ушел.
Проводив взглядом удаляющуюся спину, я с шипением помянула демона и скрылась в комнате. Надо взять за правило: пока нахожусь в этом доме, не высовываться из своих владений в неформальном, так сказать, виде.
Прошлепала в ванную.
Обозрела в зеркале свое хмурое лицо.
Включила воду.
Хорошо, что мать все же допускала присутствие бытовой магии в поместье в разумных пределах. Иначе был бы риск состариться, дожидаясь, пока слуги натаскают воду в ведрах.
Но сегодня с местными заклинаниями определенно творилось что-то не то…
Вода оказалась черной и вязкой. И воняла гнилью.
Я моргнула — и все пропало.
Демонщина какая-то!
Магическое сканирование выявило лишь слабые отголоски тьмы. Ничего необычного, учитывая, что недавно здесь болела и умерла герцогиня, и вообще в доме постоянно живет нелюдь.
Пришлось сделать над собой усилие и все же залезть в воду. Но мылась я быстро и без удовольствия, как в душе общежития.
Ладно, теперь платье.
Когда вышла из ванной, оно уже ожидало меня, аккуратно вывешенное на специальном манекене. Вот и прекрасно, буду выглядеть соответственно своему нынешнему статусу и положению. Потому что вся остальная моя одежда, мягко говоря, не для этих мест.
Настроение, впрочем, не улучшилось, и вообще, на донышке души поселилось какое-то гаденькое ощущение. Разнообразия ради, никак не связанное с Моррисом.
— Распорядиться, чтобы подали завтрак? — уточнил дворецкий, увидев меня внизу.
Нолл. В отличие от большинства горничных, дворецкий остался прежним.
— А почему вы меня спрашиваете? — Брать на себя обязанности хозяйки даже в такой малости не хотелось. И вообще, я скучала по большому городу, своей уютной квартирке, работе… даже по некоторым безмозглым курицам-клиенткам.
— Господин Моррис будет отсутствовать весь день.
Похоже на него. Еще когда я жила здесь, он вечно совал нос в работу управляющих, проверял расчетные книги, ездил в вайвовые рощи. Это такие деревья с ягодами. Сами ягоды коричневые, сморщенные и несъедобные, но из них делают уникальное масло, а вот оно весьма ценно. В основном используется в кулинарии, но иногда и в косметике. Вроде бы именно благодаря этим рощам мы не обанкротились, как большинство других аристократов. И еще потому, что не тратили баснословных денег на поездки ко двору.
Так вот, Моррис совал свой нос всюду, куда мог дотянуться. Маму это умиляло. Меня — раздражало. Все как всегда.
— Спасибо, я поем где-нибудь в городе.
Стремительно пересекла холл… и тут взгляд зацепился за газету на подоконнике.
Сегодняшняя, но видно, что ее уже читали. А теперь положили тут, чтобы выбросить, но пока не удосужились это осуществить. Мелочь. Но рука почему-то потянулась к листам… И победное хмыканье вырвалось само собой. На одной из страниц обнаружилось «окошко». Кто-то аккуратно вырезал небольшую заметку.
Интуиция у меня всегда была на уровне.
В городе явно что-то происходит. Ну, помимо назначения нового мэра и прочей ничего не значащей провинциальной возни. Может, даже не просто в городе, а в поместье.
Но я не хочу в это вникать.
Я иду завтракать, потом за покупками.
Ради такого случая, пожалуй, даже прикажу заложить экипаж.
ГЛАВА 3
Приличная кофейня в Реведшире все так же отсутствовала, пришлось довольствоваться кондитерской. Помимо сладостей, которые меня не интересовали, нашлись бутерброды с жареным сыром. Кроме того, это было единственное место в городе, где водился кофе. И хозяин, сразу узнав меня, улыбнулся светло и по-доброму.
Устроившись у большого окна, я откусила небольшой кусочек и блаженно зажмурилась. Когда-то я мечтала посидеть здесь вот так. И не то чтобы мне запрещали, просто… будем честными, я так жаждала одобрения, что сама себе почти никогда не позволяла лишнего.
Но это тогда. Сейчас — совсем другая история. И я тоже другая.
Кофе явился еще одной причиной, чтобы внутренне замурчать от удовольствия. Достаточно крепкий, ароматный, а сахар и сливки я никогда не добавляла.
Завтрак вне дома оказался неплохой идеей. Жаль, что вчера не поступила так же.
— Эмая?
Демоны.
Неужели так трудно оставить человека в покое?
— Господин мэр? — Я повернула голову и для приветствия слегка приподняла бровь.
Выглядело это, думаю, доброжелательно, но мысленно я пожелала нарушителю спокойствия провалиться.
Что он привязался?
— Не против, если я присоединюсь?
Чуть в стороне маячила служанка с подносом.
Я ей даже посочувствовала.
— Против.
— Пожалуй, я все же рискну. — Он сделал девчонке знак поставить чашку на мой стол. — Вчера вы так и не появились… А я ждал.
Закрыл половину вида. Хорошего отношения к настырному типу мигом поубавилось.
— У меня траур, — напомнила прохладно, когда служанка отошла. — И меня раздражает ваша навязчивость.
Объяснение его навязчивости было вполне очевидным. Во главе герцогства должен стоять герцог. Наше герцогство не слишком большое, всего-то город, несколько окрестных деревень, в которых я даже никогда не бывала, вайвовые рощи… может, еще что-то. Но город не самый маленький, хоть и провинциальный, и когда отца не стало, сюда назначили мэра. В помощь герцогине на случай войны или еще каких-нибудь неприятностей. Ну и чтобы король мог держать все под контролем. Суть же в том, что если я получу наследство, приму его и правильно выйду замуж — плакала чья-то должность.
— И все же мне необходимо с вами поговорить, — полностью соответствовал моим ожиданиям мэр.
— Я уже сказала, что не собираюсь тут оставаться.
В конечном счете титул уйдет кому-то из дальних родственников. Если, конечно, Моррис не изыщет способ прибрать его к рукам. Но это уже не мои заботы.
Хотя вообще-то странно, что этот Ашер ищет контакты со мной, а не пытается заключить взаимовыгодный союз с фейри…
— Речь о вашей матушке. — Он испытующе посмотрел на меня.
— Мы не были особенно близки.
За плечом мэра, а точнее, за окном, показалась компания девушек, несущих коробки с покупками и кульки с какими-то уличными сладостями. Я неслышно вздохнула и опять ощутила на спине когти. Среди девушек была Адель. Гуляет с подругами, значит, еще не замужем. Раньше мы дружили. Но потом ее заклинило на Моррисе, она могла говорить только о нем, а мне было жаль потерять одну из немногих подруг, с кем я могла забыть о нем хоть ненадолго. И мы прекратили общаться.
— Настолько, что тебе даже не интересно, кто виновен в ее смерти? — напомнил о себе мэр.
Он уже говорит мне «ты»?
Девушки перешли улицу и уже почти скрылись за поворотом. Я еще раз взглянула на бывшую подругу. Она теперь стригла свои черные волосы до плеч и все так же звонко смеялась. Интересно, Адель до сих пор млеет по фейри?
— Вы хотите сделать чистосердечное признание?
— Очень смешно.
Не смешно. Совсем. В данный момент я вообще не чувствовала себя частью живого мира. Как будто наблюдала со стороны, а мимо проходила наполненная событиями и интересная для кого-то жизнь.
Завтра. Завтра я наконец смогу купить обратный билет.
— Видишь ли, мы с твоем матерью… кхм.
— Вы с герцогиней — кхм? — Я не видела смысла облегчать ему задачу.
— Мы любили друг друга, — подобрал слова Ашер.
Паузу, данную мне, чтобы все осмыслить и осознать, я использовала максимально бездарно — еще раз окинула собеседника внимательным взглядом. Да, он ничего. Волевое лицо с резкими четкими линиями, глаза цвета горячего шоколада, пушистые загнутые ресницы. Очень ничего. И смотрится куда более реально, чем похожий на прекрасное привидение Моррис. Ладно, уже не столь похожий, как раньше.
Очень в стиле герцогини завести любовника моложе себя.
Но, если честно, я понятия не имела, что в ее стиле, а что нет. Вот такая коврижка.
— Моррис был против, — решив, что я оправилась достаточно, продолжил говорить мэр.
— Почему? — Особого интереса в голосе по-прежнему не чувствовалось.
— Наверное, боялся потерять внимание герцогини и место в доме, — выдал самую логичную версию мэр.
— Ясно, — кивнула я.
Досада на породистом лице мне не привиделась. От меня ждали хоть какой-то реакции.
Но я бы не стала такой, какой стала, если бы безоговорочно верила всему, что мне говорят.
— Понимаешь, мы не могли быть вместе по-настоящему. — О, я прекрасно понимала! — Никто не должен был знать. Поэтому меня не было с ними на той охоте. И… не знаю, как он это сделал, но уверен: это он подстроил, чтобы герцогиня заболела. И проследил, чтобы не выздоровела.
Добрались до сути.
Я тоскливо покосилась на так и не съеденный бутерброд. Как-то неуместно есть, когда тебе говорят такое.
— Доказательства? — уточнила ровно.
— К сожалению, я не могу их предоставить.
Прелестно.
— И что нужно от меня? — прямо взглянула собеседнику в глаза.
Взгляда он не отвел, но скорбно утопил его в чашке.
— Я подумал, что ты должна знать, — выдавил Ашер. — И… возможно, ты поможешь мне наказать виновного.
— Проберусь ночью в его комнату и задушу подушкой? Знаете, когда-то я думала об этом, но сочла вариант несостоятельным. — Вру, я не думала. Точнее, думала не совсем об этом. Но юмор у меня всегда был своеобразным.
Вот и мэр оказался слегка в шоке.
Судя по перекосившемуся и мгновенно ставшему прежним лицу, я его раздражала.
— Нет. Я помню, что ты рвешься как можно быстрее сбежать в свою столичную жизнь. — Вдох-выдох. Быстрый взгляд на меня. — Достаточно будет, если ты просто продашь мне свою часть наследства.
Э-э…
— Половина дома, земли, что угодно. Не волнуйся, у меня есть деньги, ты получишь справедливую плату. Есть и знакомства, которые помогут все законно провернуть. Потом я сам придумаю, как избавиться от этого нелюдя. Так как?
Странно.
Что-то в местном болотце определенно происходит.