— Итак, нам нужны деньги, обувь, одежда и транспорт, — командор обрисовал старшему помощнику свое виденье стоящих перед ними задач. — Я ничего не забыл?
— Как это ничего? — удивился Денис. — А еда и оружие?
— С едой я думаю стоит погодить, — не согласился Шэф. — Все-таки близко к эпицентру, может фонить.
— Проверим.
— Ну-у… ладно, посмотрим когда найдем, — немного смягчил свою позицию по этому вопросу главком, — но, мне кажется, все же стоит отойти подальше.
— Хорошо. А с оружием что не так?
— А где ты здесь найдешь приличное? — вопросом на вопрос ответил командор. — А если нацепим какой-нибудь хлам, к нам и отношение будет соответствующее. По одежке встречают…
— Согласен, — после короткого раздумья произнес старший помощник.
Компаньоны не спеша дошли до центральной площади, которая была не только центральной, но и единственной, и не сговариваясь направились к большому трехэтажному зданию, выделяющемуся свежей побелкой и аккуратной черепицей. Даже в ночном зрении шкиры, не передающем всех нюансов, было заметно, что принадлежит оно человеку, так скажем — небедному.
— Мы полу Робин Гуды, — ухмыльнулся Шэф. Денис понимающе хмыкнул:
— Отнимаем у богатых, но бедным не раздаем?
— Сечешь! — оценил его догадливость командор.
— Я так полагаю, это дом местного градоначальника… А кстати, как он здесь называется? — внезапно заинтересовался старший помощник. — Мэр? Бургомистр? Алькальд? Городской Голова?
— Председатель горисполкома, — буркнул Шэф. — Если ты такой любознательный, надо было внимательно справку читать Разведупра, там должно было быть. — Отповедь верховного главнокомандующего старшего помощника нисколько не смутила и он жизнерадостно продолжил:
— Ну, что ж, раз так карта легла, потрогаем гражданина Корейко за вымя.
Такой ночи обер-советник Ханс Эстерлинг не пожелал бы и врагу, хотя… если бы подобное произошло с действительным советником Юнгером Хафитом, его вечным соперником, так и мечтающим сместить его с должности городского руководителя, Ханс, пожалуй бы, не возражал. Уж больно мерзким человечишком был Юнгер — маленький, толстый, лысый, да еще ладошки вечно мокрые — потел зараза. Но, не во внешности дело, а в том, что мерзкий Хафит вечно совал свой длинный нос куда не надо. Какое, спрашивается, его собачье дело, сколько налогов было собрано за последние полгода и сколько отправлено в Паранг? Его дело десятое — курируешь торговлю и курируй! Обер-советник ведь не спрашивает почему купцы волком воют от непомерных поборов, а Юнгеру всегда мало — хапуга гратов! Впрочем, речь сейчас о другом.
Двое оборотней… а иначе этих приспешников ЗЛА и не назовешь — рожи страшные, клыки во рту не помещаются, глаза горят желтым огнем, вломились посреди ночи, разогнали всю прислугу, побили стражников… — у-у-у! дармоеды, за что им только деньги плачены, и выгребли всё, нажитое непосильным трудом! Всё вынесли, всё! Пятьдесят золотых (хорошо еще, что пытать не стали, а то пришлось бы выдать тайник в погребе, тогда уж лучше в петлю, без тайника-то); два больших кошеля серебра; кошель с медью; два новых форменных сюртука; две пары форменных новых штанов; две пары новых сапог (с голенищами); два ремня кожаных, с серебряными украшениями; две шляпы новые (с перьями); два новых длинных шарфа; два новых кожаных плаща; две новые переметные сумы; два меча венедской работы с фигурными ножнами; два кинжала с серебряными рукоятками, украшенными драгоценными камнями; два коня горской породы; две новые полные сбруи (с попонами); армейский арбалет; два копченых окорока; два жбана пива (новой варки); четыре больших каравая хлеба; остальной снеди без счета! Вот такую потраву нанесли эти два упыря твоему верному слуге! Такими словами заканчивался рапорт, который городской голова собирался подать по инстанции в канцелярию Рейхстратега, в надежде получить соответствующую компенсацию за свои потери.
Разогнав пинками и оплеухами многочисленных слуг, домочадцев и немногочисленных стражников, компаньоны вытащили из спальни, ошеломленного таким развитием событий, хозяина дома и вежливо попросили поделиться честно нажитым добром. Тот, несмотря на совершенно негероическую внешность — пожилой, толстый, одышливый, стал орать, как резанный, обещая незадачливым грабителям, которые не знают с кем связались, самые разнообразные кары, включая утопление, сожжение на костре и четвертование. Ну, что тут скажешь — незнание опасности рождает героев. Пара затрещин и сдвиг точки сборки командора в положение "Лаврентий Палыч", привели бургомистра в адекватное состояние.
В результате, компаньонам досталась следующая добыча: шесть золотых; малюсенький кошелечек серебра; пригоршня меди; два сильно ношенных, но чистых, сюртука; две пары, протертых до белизны, кожаных штанов; два плаща, больше напоминавших изъеденные временем попоны; две попоны, похожие на ветхие одеяла и не менее ветхая лошадиная сбруя; две кобылы, готовящиеся уйти в лучший мир по причине преклонных лет; две пары сапог, переживших не одно кругосветное путешествие, причем исключительно пешком; арбалет; шмат ветчины; каравай черствого хлеба и бочонок пива. Всё.
Из оружия не взяли ничего, ибо заявившись с тем, что было в руках у стражников и в закромах городского головы, в приличное место, можно было сразу ставить крест на собственной репутации, потому что встречают по одежке. Это, как явиться на бандитскую разборку в девяностых с берданкой, или карамультуком, если вообще не с мушкетом. Для дела были "Черные когти", а для блезира придется поискать что-нибудь еще. Исключением был арбалет и не потому, что был сильно хорош — арбалет, как арбалет — ничего особенного, но Шэф, как человек много чего в жизни повидавший, не без основания предположил, что с продовольственной программой могут быть проблемы и что без охоты на разнообразную дичь будет не обойтись, если, конечно же, не заниматься лечебным голоданием, а нормально питаться, хотя бы по нормам САНПИН 2.4.5.2409-08. Впрочем, если поголодать, да еще лечебно (Лечебное голодание — путь к здоровью!), то можно обойтись и без арбалета. Единогласным решением компаньоны постановили, что арбалет нужен.
К большой радости компаньонов, экспроприированные продукты и пиво не светились, так что можно было смело перекусить, что Шэф с Денисом и не преминули сделать, отъехав километров на пять от ограбленного поселения. Точнее даже не поселения, а поселенца, причем главного, в гостеприимном доме которого нашлось все, что было нужно незваным гостям. Есть хотелось не по-детски, поэтому, как только была найдена подходящая полянка, через которую протекал небольшой ручеек, который тоже не был горячим, решено было остановиться на ночь. Погони компаньоны не опасались — уровень боеспособности лучших бойцов городка (а другие не могли оборонять резиденцию градоначальника) оставлял желать лучшего — мягко говоря, так что про остальных можно было и не говорить.
Как только старший помощник насытился и отвалился от "стола", роль которого вполне успешно выполнял пенек, он вознамерился хорошенько выспаться, но не тут-то было. И дело было вовсе не в отсутствии кровати, перины, одеяла и подушки — в шкире вполне можно было спать и на снегу, впрочем, как и в раскаленной пустыне, а подушку подготовленному человеку вполне заменяет седло — пожестче, конечно, но вполне терпимо. Дело было в другом — как только Денис смежил веки, так на него немедленно нестройной толпой нахлынули воспоминания о пережитом безумном дне.
Впрочем, ничего удивительного. Утром у него был восхитительный секс с не менее восхитительной девушкой, днем он оказался в могиле из которой чудом сумел выбраться, но на этом его злоключения не закончились — он остался один, потому что любимый руководитель бросил его, уйдя в лучший мир, затем старший помощник сражался с недавними союзниками — лейб-гвардией Рейхстратега, потом охуе… скажем так — охреневал от Шэфа, восставшего из мертвых, а вскоре и от Кирсана, осуществившего подобный же трюк, после этого пришлось сражаться с Архимагами и самим Негро, заодно прикончив Ортега, а затем и Рейхстратега — суку еще ту, по правде говоря, и в завершении всего ядерный удар по Парангу! Согласитесь, после такого насыщенного денька заснуть несколько трудновато. Вот Денису это и не удалось.
У старшего помощника было мало знакомых в городе, смерть которых заставила бы его сильно горевать — раз, два, да и обчелся. В груди защемило лишь при воспоминаниях о Тирэн, да еще Денису было жаль портовых собачек, а так больше и никого. Нет, конечно ему было жалко и высушенных во время "Цветка Жизни" говномальчиков с Базара — рыжего и чернявого, хотя по правде говоря были от них одни неприятности, но что, действительно, с них возьмешь — не они такие — жизнь такая. Вот, вроде бы и весь поминальный список, который всплыл в памяти старшего помощника. В его защиту, если кто-нибудь захочет обвинить Дениса в бесчувственности, надо отметить, что у верховного главнокомандующего этот список был еще короче и вообще включал одного Мерзавца и собачек. Для Пирэн там места не нашлось. Ну, не был командор сентиментален и ничего с этим не поделаешь.
Хотя… нет — Тирэн, собачками и говномальчиками симпатии старшего помощника к парангским горожанам не ограничивались. Внезапно Денис припомнил девчонок, вырванных из лап гвардейцев, причем всплыли они в памяти так, будто увидел их словно наяву и поразился, уж больно необычно… точнее говоря — экзотически они выглядели. В то момент, когда произошла стычка, было особо не до них — хватало гораздо более важных забот, чем разглядывать всякую мелочь, а вот теперь, лежа на твердой земле, с не менее твердым седлом, подложенным под голову, можно было и перебрать в памяти все перипетии минувшего дня.
Одна из девочек была яркой блондинкой с темно-карими, практически — черными, глазами, а вторая не менее яркой голубоглазой брюнеткой. Заподозрить их в том, что они были крашенными было конечно же можно, но, как-то не особо в это верилось. Так вот, старшему помощнику девочек было, разумеется, жаль, но он очень надеялся, что они под раздачу не попали — загородный дворец Ортега находился достаточно далеко от Паранга, так что непосредственно от взрыва пострадать они были не должны, а от радиации — как повезет. Тут, как роза ветров ляжет. Куда радиоактивное облако пригонит одному черту известно. Однако, воспоминания — воспоминаниями, а усталость все же взяла свое, повспоминав еще немного и поворочавшись, Денис все-таки нашел положение, в котором многочисленные корешки, торчащие из земли, были нейтрализованы принятой позой, после чего довольно быстро заснул.