Союн глубоко вздохнула, стараясь сдержать слезы:
– Несколько дней назад я заметила на его шерсти легкую седину, но не придала этому значения. Он ведь становится старше. А на следующее утро седины стало еще больше, и вот он стал таким, каким вы видите его сейчас.
Эльза в удивлении подняла брови, как бы говоря: «И это все? Бык поседел?»
Но Анна прекрасно помнила, как в детстве локон ее собственных волос вмиг стал седым от случайного удара ледяной магии Эльзы.
Союн прикусила нижнюю губу и смущенно теребила в руках кончик своей длинной косы.
– Но я не стала бы беспокоить вас только из-за этого, ваше величество. Видите ли, это еще не все.
– Не все? – Принцесса не сводила глаз с фигуры спящего быка, чьи огромные изогнутые рога, казалось, тянулись к небу.
– Он вел себя как-то странно в течение последних нескольких дней. Сначала мне казалось, будто он боится чего-то, что видит только он, вроде драугра, – ответила Союн, зажмурившись при упоминании ужасающих оживших мертвецах, рассказы о которых Анне не раз приходилось слышать возле замковых костров. – А потом, – продолжила девушка, – он вдруг стал в панике носиться по полю, пока насквозь не вспотел, отчего, казалось, его мех стал еще белей. После этого его зрачки начали расширяться и все росли, пока глаза полностью не превратились в два чернильно-черных пятна. – Девушка с испугом смотрела на сестер. – А потом он застонал, как будто его пронзила ужасная боль, упал на землю и заснул.
Анна бросила на Эльзу смущенный взгляд. Принцессе сложно было понять, что плохого может быть во сне. Ей всегда казалось, что чем дольше она поспит, тем лучше.
Бровь королевы вновь изогнулась.
– Заснул? – переспросила она.
– Да, – энергично закивала Союн. – Но, поверьте, это не обычный сон. Он очень глубокий. Что бы мы ни делали, как бы ни кричали, ни трясли его, как бы ни брызгали на него водой – Хеберт не просыпается. Прошло уже несколько дней. И, конечно же, за все это время он ничего не пил и не ел.
Теперь, когда пастушка упомянула об этом, Анна вдруг обратила внимание на ребра быка, сильно проступающие с обоих его боков, белый мех лишь подчеркивал их, делая животное похожим на груду костей, выбеленных солнцем. Принцесса запустила пальцы в длинную шелковистую гриву Хавски. Она не знала, сможет ли пережить, если с ним случится вдруг что-то подобное. В то же время связь между ее поседевшими некогда волосами и побелевшим быком для Анны совсем померкла. Из-за магии сестры она чуть было не превратилась в ледяную статую, но угрозы впасть в спячку не было и близко.
Союн перевела взгляд со спящего быка на девушек, и по ее щеке скатилась слеза.
– Он угасает прямо у нас на глазах, а самое страшное, что и у других животных появляются подобные симптомы! – Союн указала на миловидную корову с длинными пушистыми ресницами, ее зрачки бегали туда-сюда, словно маятник в напольных часах. Казалось, она следит за чем-то быстрым и невидимым. Вернее, за чем-то, что только одна она и может видеть.
– А что, если, – продолжала девушка, – они псе погрузятся в глубокий сон, и тогда... – В голосе пастушки резко и остро ощущался страх.
Анна подошла и крепко обняла ее.
– Все будет хорошо, – успокаивала девушку принцесса, – не волнуйся. Мы найдем способ тебе помочь. Ведь правда же, Эльза?
Королева похлопала Союн по плечу:
– Ну конечно. Ты правильно сделала, что обратилась за помощью ко мне.
Ко мне. Эти простые слова будто бы перевернули все в душе у Анны вверх дном. Были времена, когда Эльза сказала бы «к нам». Принцесса повернулась к сестре.
– У меня есть идея, – прошептала она. – Мне кажется, нам стоит навестить троллей. – Хоть эти горные создания, все покрытые мхом, и были так малы, что едва доставали девушке до пояса, могущественнее существ Анна не знала. Дед Пабби, самый старый и мудрый из них, умел читать будущее в лучах северного сияния, а еще ему не было равных во всем, что касалось магического вмешательства. Едва ли кто-то мог помочь Союн и ее животным лучше, чем это сделали бы каменные тролли. Во всяком случае, принцесса считала их полноправными экспертами в любых таинственных событиях.
Эльза улыбнулась:
– Отличная идея, но, думаю, у нас сейчас есть время только на то, чтобы поискать ответ в книгах библиотеки замка. Почему бы нам не начать с этого? Вспомни, как говорил обычно отец...
Анна нахмурилась, пытаясь прикинуть, какое из многочисленных высказываний отца подошло бы в этой ситуации.
– Ты про «Анна и Эльза, всегда обращайтесь за помощью друг к другу»? – лукаво спросила она.
Легкая улыбка с оттенком печали коснулась губ королевы.
– Он действительно так говорил... А еще он любил повторять, что прошлое иногда возвращается. Следует выяснить, не случалось ли подобное раньше, и собрать побольше информации, которая может пригодиться троллям.
Это была превосходная мысль, и Анне уже не терпелось скорее отправиться в библиотеку вместе с сестрой. В детстве девочки любили свернуться под пледом со сборником интересных рассказов, но в библиотеке были и другие книги, в которых рассказывалось об истории королевства, королевской семье и горожанах. Если где-то в замке и могли быть ответы, то определенно там.
– Что-нибудь помогает облегчить симптомы? – спросила Эльза у Союн.
Девушка, которая сидела в этот момент на коленях возле Хеберта, поглаживая его бархатистый нос, подняла на королеву глаза:
– Похоже, мята помогает им сохранять контроль над собой. Для коров ее запах достаточно резкий, жаль, действует это недолго.
– Мята, – вдумчиво повторила Эльза. – Я обязательно упомяну ее. Анна, напомни мне об этом, пожалуйста, если я забуду, хорошо?
Убедившись, что они узнали все о симптомах таинственной болезни, сестры попрощались с Союн, Хебертом и их стадом.
Оседлав Хавски, Анна ободряюще крикнула:
– Не волнуйся, Союн! Мы все исправим. Обещаю.
Остаток дня Анна с Эльзой провели, перебирая кипы книг в библиотеке замка. Но им не удалось найти ни одного упоминания о том, чтобы больной скот когда-либо за историю Эренделла впадал в беспробудный сон. Это означало, что для «сонной болезни», как решила назвать этот недуг королева, не было готового лекарства. Эльза сидела у окна, изучая очередной том, а Анна читала поднятую над головой книгу, развалившись на диване перед камином. Вдруг резкий стук нарушил смиренный покой библиотеки, а затем раздался настойчивый голос Кая:
– Ваше величество, вы здесь?
– Да, я здесь, Кай, – отозвалась девушка.
Богато украшенная дверь со скрипом распахнулась, и в комнату быстрыми шагами вошел взволнованный управляющий, его шелковый шарф, всегда с особым изяществом завязанный на шее, сейчас болтался где-то сзади, лицо Кая казалось напряженным, а рыжие брови были нахмурены. Сердце Анны тревожно забилось. Будучи управляющим замка, этот человек всегда представлял собой само воплощение сдержанности. Встретив сестер, он всегда отвешивал им почтительнейший из поклонов, и, сколько бы девушки ни умоляли его больше так не делать, этот поклон, казалось, стал почти рефлекторным. Но сейчас его не последовало.
– Что случилось, Кай? – Эльза встала с подоконника и поспешила к нему, а Анна, отложив книгу, вскочила с дивана.
– У меня печальные новости. – Мужчина запыхался, будто оббежал весь замок прежде, чем попасть сюда. – Все стадо западных коз, похоже, мнило в спячку посреди поля, и ничто не в силах их разбудить. Семья просит вас приехать как можно скорее, ваше величество.
Страх охватил Анну, и она повернулась к Эльзе:
– Ты не думаешь, что?..
Королева молча кивнула:
– Вполне возможно. Но мы ведь до сих пор не нашли ответа. – Она перевела взгляд с высоких стопок книг, которыми был уставлен пол библиотеки, на огромные, уходящие под потолок, книжные шкафы, а потом растерянно посмотрела на Кая, явно не понимая, что же ей делать дальше.
– Ты должна идти, – настойчиво, но спокойно изрекла Анна. – Хотя бы для того, чтобы промерить, та же это болезнь или нет.
Эльза задумчиво сжала пальцы, эта привычка осталась с тех пор, когда ей приходилось носить шелковые перчатки, подавляя таким образом свои магические силы. Анна нежно дотронулась до руки сестры. Вздрогнув, та опустила глаза и, поняв наконец, что делает, слегка улыбнулась принцессе, как бы благодаря ее. Чтобы скрыть волнение, королева сложила руки на груди.
– Если ты беспокоишься, что мы не успеем решить проблему до начала путешествия, – продолжила Анна, – нам следует разделиться. Отправь Кристофа и Свена к троллям, может, они смогут помочь, а я останусь здесь и продолжу искать. Я справлюсь.
Эльза все еще колебалась, и Анна не могла понять почему. Ей не понравилось, что Анна выступает в роли советчика? Или королева просто не может доверить сестре такую сложную работу? Но наконец Эльза кивнула и уверенно произнесла:
– Я сообщу обо всем Кристофу, прежде чем уйду, и обещаю, я скоро вернусь. – С этими словами девушка поспешила за Каем, а Анна с облегчением вздохнула и вернулась к своей книге.
Шли часы, воск от свечей стекал на резной деревянный стол маленькими выпуклыми лужицами, но принцесса почти этого не замечала, она листала одну книгу за другой, пытаясь найти ответы на их вопросы. Но вместо этого лишь теряла надежду. Легкий ветерок влетал в открытые окна, заставляя трепетать страницы раскрытых книг, разбрасывая мурашки по рукам девушки и поднимая пепел в камине. А ведь совсем скоро этот же самый бриз наполнит паруса корабля Эльзы и унесет ее далеко-далеко.
Мысль о предстоящем плавании заставляла сердце принцессы трепетать. Уже семь лет прошло с тех пор, как их родители отправились в путешествие по Южному морю. Оно должно было продлиться всего две недели, но по роковой случайности они превратились в вечность. Последующие дни были самыми мучительными в жизни Анны, но ночи были еще страшней. Спать было невозможно. Принцесса закрывала глаза, и ей казалось, будто веки изнутри принимали цвет бездонных волн, тех самых, что унесли навсегда ее родителей. Иногда, даже сейчас, годы спустя, боль от потери родных пронзала ее снова, безжалостная и внезапная, как укус пчелы. Но детские кошмары со временем исчезли, и она с нежностью вспоминала своих родителей: колыбельные матери, шутки, истории и любимые поговорки отца.