Сердце у меня защемило. Мне-то не понаслышке было известно, что такое одиночество, даже когда ты окружён толпой.
К шатру приблизился ещё один человек в такой же, как и у остальных, униформе, темнокожий и с добрыми глазами. Увидев его, Агнарр просиял. Это определённо был друг. Я не слышала, о чём они разговаривали, но они явно шутили, и моё беспокойство рассеялось.
Тут пронзительный трубный глас объявил о начале празднования. Все в лагере вдруг возбуждённо заговорили и устремились на призыв, неся в руках подносы с едой и ещё корзины и коробки, вероятно с подарками.
Теперь, когда рядом никого не было, я могла выскользнуть из шатра. Отломив ещё один кусочек сладкого коричневого лакомства, я направилась к месту праздника.
Уже на полпути я вспомнила, что оставила свою шаль в дупле, а на плечах у меня плащ какого-то жителя Эренделла. Сняв накидку, я повесила её на ветку ближайшего дерева; если старейшины увидят меня в такой одежде, то станут задавать вопросы. Я хотела вернуться к дуплу, но передумала: шаль никуда не денется, а опоздать на торжество было жалко.
– Ветерок, отнеси меня на праздник, – прошептала я, и тут же быстрый порыв ветра подхватил меня и, кружа, понёс над землёй. Воздух щекотал мои раскрасневшиеся щёки, и я невольно громко засмеялась. Что может быть чудеснее, чем танцевать с ветром?
Внезапно мне показалось, что за мной наблюдают. Неужели Елена потеряла терпение и пошла искать меня? Но когда я глянула вниз, то увидела не наставницу, а Агнарра, смотревшего на меня очарованным взглядом. Он, наверное, думал, что стал свидетелем волшебства, о котором говорил ему отец, и вообразил, будто я какое-то загадочное существо, способное раскинуть руки и взлететь по собственной воле.
Эта мысль развеселила меня ещё больше, и я рассмеялась громче. Дух воздуха поднимал меня всё выше и выше, пока у меня не перехватило дыхание и не закружилась голова. Я чувствовала, что Агнарр не отрывает от меня глаз, но мне было всё равно.
Я даже два раза идеально перекувырнулась через голову, прижав колени к груди. Пусть посмотрит, такого он ещё не видел.
Но когда я уже собиралась попросить Ветерка спустить меня на землю, чтобы наконец познакомиться с Агнарром, смех и радостные крики на поляне вдруг стихли.
Наступила пугающая тишина.
Глава втораяИдуна
Внезапно я услышала нарастающий гвалт негодующих голосов, и сердце у меня заколотилось от страха. Что случилось? Ветерок, кажется, почувствовал моё беспокойство и, не дожидаясь просьбы, поставил меня на землю. Когда мои ноги коснулись травы, Агнарр уже исчез, а гневная перепалка переросла в крики ужаса. Меня чуть не затоптала промчавшаяся мимо стая испуганных оленей.
И тут я почувствовала запах гари. Подняв голову, я с изумлением увидела, как разозлённый дух огня скачет с дерева на дерево и повсюду занимается пурпурное пламя, а к небу взмётывается чёрный дым. Земля под ногами вдруг затряслась от тяжёлых шагов, и сердце у меня подпрыгнуло от страха: я услышала до жути знакомый звук.
Рык земляных великанов! Неужели праздник разбудил их от дремоты на берегу реки?
По телу пробежал неприятный холодок. Нужно срочно найти свою семью.
Я бросилась бежать через лес. Чем больше я приближалась к нашему лагерю, тем гуще становился дым, пока наконец ничего уже стало не видно. Глаза начали слезиться, я задыхалась. И тогда я поняла, что среди всего этого хаоса происходит нечто более страшное, чем гнев разъярённых стихий.
Жители Эренделла и нортулдры вступили в схватку.
До меня донеслись звуки звенящих клинков, крики ярости, а затем вопли страдания, перекрывавшие треск огня и рёв ветра. Сквозь густой дым я едва могла разобрать силуэты людей, носящихся по лесу и размахивающих мечами. Я терялась в догадках, из-за чего началась битва, но ясно было только одно – случилась катастрофа.
Я не знала, куда идти, что делать. Где укрыться, пока сражение не закончится?
И вдруг я вспомнила про мамину шаль. Нужно немедленно забрать её, пока дерево с дуплом не сгорело. Вязаный платок – единственное, что теперь осталось на память от мамы, – и тогда был мне очень дорог.
Я ринулась назад. Горло саднило от дыма, в груди жгло. Пока я бежала, в голове носились тревожные мысли. Духи обрушили свой гнев на людей в лесу. Что их разозлило? Битва? Или они сами подтолкнули людей к ней?
Наконец я добежала до покинутого лагеря Эренделла, достала из дупла шаль и закуталась в неё. С облегчением прижимая концы платка к груди, я огляделась. Огонь всё ещё бушевал, земля дрожала. Поднялся ураганный ветер. Никогда я не видела ничего подобного.
Уже собираясь уходить, я услышала тихий стон. Я резко обернулась и заметила, что у большого валуна распласталась фигура эренделльца. Кровь сочилась из раны на голове, стекала по камню и капала на землю, расплываясь тёмным пятном. Лицо раненого было так перепачкано, что я не сразу узнала его, а узнав, ахнула.
Это был тот самый мальчик, Агнарр.
Я обернулась на лес. Нужно вернуться туда, к своим, – найти семью и спрятаться в укрытие, пока духи не сменят гнев на милость и сражение не прекратится. Но что, если я покину Агнарра, а за ним так никто и не придёт? Огонь загудел громче, стало невыносимо жарко, от густого дыма нечем было дышать. А мальчик лежал без сознания и не мог спастись сам.
Внезапно я услышала из леса взволнованные голоса. Мои близкие искали меня. Надо откликнуться, и они отведут меня в безопасное место.
Но тогда Агнарр умрёт.
Я в нерешительности посмотрела на мальчика. Он был бледным как смерть, но дышал – грудь слегка опускалась и поднималась. Однако долго ли он проживёт, если не оказать ему помощи? Он теряет много крови и может не дождаться соплеменников. К тому же в таком дыму легко задохнуться.
Возможно, я могу спасти его.
Я стала лихорадочно соображать, что делать, разрываясь между желанием вернуться в лес и помочь незнакомцу. По непонятной причине между нашими народами снова разразилась война, а значит, мы с ним были врагами.
Я взглянула на его осунувшееся лицо. И всё же... он ведь просто ребёнок. Причём раненый. И если я брошу его здесь, он умрёт.
Дерево позади меня затрещало, охваченное огнём. Одна ветка отломилась и стала падать. Я безотчётно бросилась к Агнарру, повернула его на бок, и горящая ветка тут же рухнула туда, где он только что лежал, и ярко вспыхнула.
Я сделала глубокий вдох и приняла решение. Подняв голову к небу, я хриплым голосом позвала Ветерок, как делала всегда:
– A-а, а-а!
Сперва я ничего не услышала в ответ и начала уже волноваться, что дух воздуха слишком занят и не может ответить на мой клич. Но потом меня овеял лёгкий ветерок, словно спрашивая, зачем я звала. Я с облегчением вздохнула.
– Помоги нам, Ветерок, – взмолилась я.
Дух воздуха схватил нас обоих в свои объятия и вихрем понёс по лесу. Веки мальчика дрогнули, и я подумала, что он очнулся. Но он только пробормотал что-то непонятное и снова потерял сознание.
– Скорее! – поторопила я невидимого друга. Сердце у меня бешено колотилось. – Нужно спешить.
Ветерок ещё больше прибавил скорость, унося нас от опасности. Я с отчаянием высматривала на земле хоть кого-нибудь, кто мог бы нам помочь, и вдруг увидела коней и телеги, переполненные ранеными людьми с испачканными копотью лицами – они откашливались и потирали глаза от дыма. Видимо, жители Эренделла эвакуировали пострадавших.
– Туда! – указала я Ветерку. – Положи его в повозку.
Дух ветра осторожно опустил нас на одну из телег. Почувствовав спиной дно деревянного кузова, Агнарр снова что-то пробормотал. Я склонилась к нему, стараясь разобрать его слова.
Внезапно всё вокруг потемнело.
Я с удивлением обнаружила, что с головой накрыта эренделльским плащом. Вероятно, Ветерок набросил его на меня.
Приближалась опасность.
Услышав громкий звук шагов, я насторожилась и задержала дыхание. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Повозка покачнулась, словно кто-то сел на облучок, и, к моему ужасу, тронулась с места.
Я осторожно выглянула из-под плаща. Нужно было соскочить с телеги, пока ещё возможно, и укрыться в лесу. Но позади повозки верхом ехали три солдата, вооружённые острыми мечами.
– Вы видели кого-нибудь из этих предателей? – сиплым от дыма голосом обратился один из них к товарищам, подозрительно зыркая глазами во все стороны.
– Хм, если б я видел, то не точил бы тут с вами лясы, – заявил другой, с чёрной лохматой шевелюрой, – а зарубил бы их всех на месте.
– Нет, это невероятно! Мы предложили им мир! Мы построили плотину! И вот как они нас благодарят! Колдовством? Обманом? – закричал третий так, что под ним заплясал конь, словно ему передалось возбуждение всадника.
От этих проникнутых ненавистью слов сердце у меня сжалось от боли и ужаса. Мы миролюбивый народ. Мы приветствовали граждан Эренделла на своей земле, приняли в подарок их плотину. С чего бы нам идти на них войной?
А волшебством мы вообще не владеем, только используем дары духов природы. Старейшины очень понятно объяснили это эренделльцам в первый же день нашего знакомства.
Тут снова налетел ветер. Сначала я подумала, что дух воздуха хочет освободить меня, но с неба вдруг словно упала пелена плотного тяжёлого тумана и гигантской стеной без конца и края отгородила от нас лес.
Телеги резко остановились. Солдаты издали тревожные крики, в испуге глядя на мерцающую серую мглу.
– Снова колдовство, – пробормотал один из них, делая странные движения руками, словно от чего-то отбивался. – Злодейские фокусы!
– Давайте поскорее убираться отсюда, пока они не дотянулись до нас! – гаркнул другой.
У меня упало сердце. Что случилось? Мой дом, моя семья оказались за какой-то стеной. Нужно вернуться, пока не поздно.
Или уже поздно?
Если я сейчас покажусь, солдаты объявят меня предательницей, а если нет, то могу навсегда проститься с прежней жизнью. Меня охватила паника. Что же делать?