силы и своей жизненной энергии ради спасения горстки совсем незнакомых ему, вчерашних врагов, искренне сопереживал за них, отдавая себя без остатка.
Ну уж нет! Не вздумай окочуриться прямо сейчас! Я коснулся его плеча, передавая энергоимпульс. Пётр, проходя мимо, сделал то же самое. Мишаня, Валентин… Только сейчас я разжал пальцы на магожезле и вытер о полу бушлата вспотевшую ладонь. Антон подхватил Мету — у неё был обморок от перенапряжения. Проходя мимо Асташева с Метой на руках, Антон неуклюже бортанул Хельма плечом и снова блеснула искорка энергопередачи. Тоха на мгновение запнулся, но продолжил движение. Я притормозил, преодолевая мгновенную слабость, пропуская мимо себя гражданских. Мелкий пацан — внук профессора подбежал к Хельму и взял того за руку. Блеснула ослепительная фиолетовая вспышка! А парниша силён ё-моё — маг вздрогнул, его глаза широко распахнулись, не веря в происходящее. Мальчик как ни в чём ни бывало заспешил следом за дедом. О так от! У меня, наверное, и челюсть отвисла…
Патрульные оцепления начали расходиться; один из них, закинув магомёт за плечо, подошёл ближе.
— Меня зовут Реймонд Лука. Пойдёмте, я провожу вас.
Смыв с себя копоть и грязь, плотно подкрепившись, наше отделение, поредевшее за прошедшие пятьдесят часов, располагалось ко сну с похожими мыслями: «Придётся всё начинать заново»…
Хельм вошёл, а, вернее, ввалился, лишь через трое суток, поутру, когда мы уже позавтракали и рассматривали поступившую экипировку. Всё со складов, пролежало там, наверное, лет десять-двадцать, но были и новинки. Лейрская «гремучая смесь» магии и техники заставила многих наших консерваторов пересмотреть свои взгляды на этот аспект.
Выглядел Асташев не лучшим образом — пятидневная щетина, весь бледный и помятый, красные воспалённые глаза. Через щёку шёл багровый рубец. Удивляюсь только, почему его не «штормило». Поздоровавшись, он только спросил: «Есть ли свободная койка?» Подошёл и рухнул, отключаясь. Мета аж подпрыгнула:
— Так тебя всё-таки пытали⁈
Отвечать было некому. Только Эльза тихонько подошла и села у изголовья, поднесла руки к лицу Хельма, и уродливый шрам быстро побелел, съёжился и исчез. Лицо Асташева разгладилось, порозовело, но он не проснулся. Смотрела Эльза на него при этом так, какого взгляда в её глазах и представить себе не мог.
«Врюхалась наша „фрау“, скорее всего, безответно», — не без толики злорадства подумал я. — «Валила бы лучше к своим, в Берлин».
Наверное, соответствующее выражение моего лица настолько выдало мысли, что Эльза вскинула голову и с вызовом посмотрела на меня.
— А вы не бряцали бы так громко, — шёпотом произнесла она. — Не видите, насколько он устал? Да уж, дождёшься от вас…
С этими словами Эльза опустила голову на грудь и прикрыла глаза, всё-таки она была ещё слаба и не совсем оправилась от ранения.
Мета, единственный раз на моей памяти, приняв сторону тёмной волшебницы, решительным жестом приказала нам выметаться вон.
И потянулись застойные будни. Асташев уходил рано и поздно возвращался, каждый раз за ужином, в меру нашей компетенции, рассказывая новости. Мы же регулярно «сгоняли жирок» на изматывающих тренировках, изучали новейшие технические достижения, читали умные книжки — сложившаяся ситуация того требовала.
…+
Однажды Хельм обмолвился, что сформирован Высший Совет Патруля, в котором ему «перепало» кресло директора недавно созданного Управления Специальных Операций — УСО, прямо как у людей. Тут же и сказал о том, что своё Управление собирается разместить в… Леро, а укомплектовать его ядро из наших. Согласились, конечно, все, но Хельм всё-таки приказал Эльзе Кюхельбекер возвращаться в Берлин, на что та, круто повернувшись, вышла из отделения.
Разумеется, УСО было региональным, являясь частью мировой сети Патруля и охватывая Россию и несколько бывших союзных республик. И надо же было такому случиться, что главой отделения по всей Европе оказался назначен Верховный Лорд Дарквуд, с которым у Хельма отношения были, мягко говоря, натянутыми. Мне было, в общем-то, всё равно, а вот в будущем англичанин Асташеву кровушки попортит изрядно, судя по всему.
Уж не знаю, на какие кнопки давила Эльза, но как-то вечером она снова заявилась, прямо-таки сияя и объявила, что её Высший Совет назначил к нам, в УСО представителем от контрразведки — «контры», как мы тут же окрестили её, заместителем директора по этому сектору. Асташев, сидевший напротив за шахматным столиком, только хмуро кивнул, подтверждая её слова.
Осталось только ждать, когда же «отцы-командиры» соизволят объяснить, каким же образом нам удастся «выплыть на поверхность». Лейры хозяйничали во всех крупных городах, потихоньку прибирая к рукам основные властные и силовые структуры людей.
Печально, но воплощённых-магов осталось очень мало — почти на два порядка меньше, чем лейров. Кроме того, спецподготовка была не у всех — далеко не все Высшие и Великие маги могли похвастать оперативными и боевыми навыками, оставаясь, в основном, учёными и теоретиками, как Лао, например. Но больше добивало то, что под знамёнами Коллегии Лейров оказалось изрядное число воплощённых-ренегатов, причём высоких уровней, даже несколько Высших, которые вполне могли изготовить для лейров эффективное оружие против нас. Что, в общем-то, они и делали — начало лейрской операции «Волевое Решение» это наглядно показало.
Глава 2Часть 1
Спустя почти два года…
Хельм Асташев
В деятельности такого рода, как подготовка личного состава Патрулей и поиск решения по выходу из тупика прошло прилично времени. Воплощённые отсиживались в подполье.
Однако, совершенно неожиданно, Коллегия Лейров первой опубликовала в Интернете, в завуалированной, понятно, форме обращение к Патрулю Воплощённых. В нём был явный намёк на то, что надо бы сесть за стол переговоров.
Свято место, как известно, пусто не бывает. Исчезновение с улиц Патрульных повлекло за собой, помимо дневного «разгула» лейров, ночной «разгул» вампиров и оборотней. Если оборотни действовали по старинке и, в принципе, сил лейров хватало на то, чтобы их приструнить, то вампиры действовали вполне в духе фильмов «Блейд» или «Другой мир». Укомплектованные «по самое не балуйся» специальным снаряжением, и днём, и, особенно ночью они чувствовали себя привольно и не давали спуску никому.
Вот когда одиночки-лейры и даже целые группы стали попадать в мастерски продуманные засады и даже люди заинтересовались частым исчезновением среди себе подобных, Коллегии ничего не осталось делать, как обратиться к воплощённым.
Нечего и говорить — многие воплощённые-маги не доверяли мне — косые взгляды при встрече и прицельные в спину были весьма красноречивы.
Например, на другой день как мы ушли из Леро в Хамунаптру, в одном из переходов на меня наскочил какой-то борзой «ниндзя». Очень быстрый, дерзкий, как пуля резкий. Не помню, где я ухитрился перейти дорогу якудзе. Тем не менее, он явно хотел меня нашинковать в капусту своей катаной. И даже успел чиркнуть по щеке зачарованным оружием. Но не более того. «Цепи Варуны» обездвижили мага. Довольно сильного — первого уровня. Может, он этого и не хотел, но поговорить пришлось. Тут и выяснилось — звать его Хасимото-сан, и он меня с кем-то перепутал. В плане того, что ему поступила информация, что надо ликвидировать одного лейра в стане воплощённых, обманом туда проникшего. И фотографию мою дали. А разошлись нормально. Хороший мужик он оказался, правильный.
Однако надо было решить, как всё-таки быть с лейрами; что это будет за «сходняк» после такого повального истребления, которое лейры устроили магам. Ситуация выглядела очень ненадёжно и шатко. До разговоров ли тут? Но и текущее положение никого не устраивало, и после многочисленных дебатов, глубокого анализа положения решено было провести «саммит».
Собрание провели в районе Чернозёмска, что называется, в «чистом поле» и выглядело это примерно как «стрелка» конкурирующих мафиозных структур.
Маги прибыли к месту встречи первыми, что было оговорено заранее, чтобы подготовиться и исключить ситуацию, в которой лейры смогли бы внезапным ударом выбить оставшихся сильнейших магов Патруля.
Тем не менее, когда все заинтересованные стороны выяснили, что нет «подставы» и «засады», перешли к основному вопросу.
Так были приняты и утверждены взаимные договорённости по поводу легализации воплощённых. Магам разрешалось иметь в городах, заслуживающих внимания, отделения Патруля. Разумеется, исключительно с целью борьбы с вампирами, оборотнями и дабы предупреждать нарушения со стороны тех магов, которые не признали за лейрами силу, но были рассеяны и творили свои дела втихаря. Само собой, условия ставили лейры, по праву победившей стороны, но было «выбито» и разрешение находиться в населённых пунктах гражданским воплощённым, прошедших регистрацию в местных отделах Легиона.
Унизительно, конечно, но уже что-то. В перспективе, проглянула возможность создания базы для исходной сети Патруля, я же оставался для лейров персоной «нон грата» и подлежал немедленному «уничтожению при обнаружении». Только ещё спустя месяц-другой лейры прониклись, наконец, тем, что им либо придётся терпеть меня, либо снова воевать со всем Патрулём. Регистрацию я обязан был проходить при переезде в каждый город под своим именем, но меня это мало волновало — я в любой момент мог изменить внешность и документы. Да и лейры это понимали — «регистрация» больше льстила их самолюбию.
В настоящее время было-то всего на губернию Леро двадцать шесть Патрульных, включая Мету, Эльзу, Валентину, Юлию, Олесю, Линду и Дженнифер — наших девчат. Мета и Валентина работали в Аналитическом секторе, Эльза, как уже говорил — в контрразведке, а вот Юля, Олеся, Джен и Линда были оперативниками, и приходилось им, пожалуй, труднее всех. Я же числился лишь консультантом по вампирам и по перемещению гражданских Воплощённых в пределах региона.