- Русские пришли сюда откуда-то с востока, - пояснил маркиз Пожарский, - Может русские и есть потомки атлантов?
Какие же придурки эти русские, думал Генрих Тамм, не уберечь такую замечательную книгу. Хорошо хоть маркиз немного запомнил.
Все беседы с Пожарским проходили по вечерам у него дома, а днём доктора учились у травниц. Эти две пожилые крестьянки знали о лекарственных растениях гораздо больше, чем ван Бодль, и просто в тысячу раз больше чем Генрих.
А ведь ещё ему выпало счастье сидеть на уроках Кеплера и Майра в школе. Учиться рисовать у самого Рубенса и изучать математику и геометрию у Симона Стивена. Ну и что, что рядом сидят дети. Учиться с детьми не стыдно.
Стыдно не учиться!
Событие четвёртое
Лукаш Донич смотрел на рисунки, принесённые Петром Пожарским, и не понимал. Как? Как он придумывает всё это? На этот раз княжич принёс эскизы серёг. Их было пять разновидностей. Все пять были с камнями разного цвета. Но форма серёг была одна. В золотую розеточку вставлялся огранённый камень, потом шла петелька, к которой прикреплялся листочек чуть вогнутый внутрь и с загнутым острым кончиком. Листочек тоже был золотым, но с лицевой стороны был покрашен краской того же цвета, что и камень, а потом залакирован. Таких совершенных серёжек ювелиру видеть не доводилось. Но вид был не главным, главным был шарнирный замок, который не позволял серьгам выпасть и потеряться, но легко расстёгивался, если потянуть за скобку вниз (английский замок). Это был шедевр ювелирной мысли. Сейчас серьги просто вешались на изогнутую проволочку (дужку) и легко слетали, да ещё и мешались эти свисающие дужки.
- Эти замки могут принести целое состояние в Европе. Там так делать не умеют, - сообщил Лукаш Пожарскому, когда перестал восторгаться.
- Лукаш, а сколько сейчас у тебя человек работает? - улыбнулся княжич.
- Двадцать человек, но в основном это только ученики. Они только перья и умеют делать, - посетовал ювелир.
- Ну, ты не прибедняйся. У тебя самая большая мастерская в России, а может и во всём мире, - хлопнул его по плечу Пётр.
- Это так, но я всё равно не успеваю сделать все заказы.
- У тебя остались знакомые в Праге или других городах? Напиши им письма, пусть они приезжают. Опиши, как вы работаете, сколько у вас заказов. Про Рубенса напиши и вообще про Вершилово. Всем сразу дом построю, а если заслужит, то и терем. Там сейчас война и она будет идти ещё очень долго. А у нас здесь войны не будет больше никогда. Напиши.
- Я уже думал над этим, но мне-то от этого какая польза? - кивнул Лукаш.
- Давай так. Им, если это мастера, а не подмастерья, 50 процентов прибыли. Тебе 25 и мне 25. Думаю, это будет справедливо, - предложил Пожарский.
- Хорошо, я напишу письма в Прагу и переговорю с другими иноземцами, с тем же Рубенсом и Кеплером, может они кого подскажут, - обрадовался ювелир.
- Теперь, смотри дальше, Лукаш. Это я хочу послать в подарок жене князя Владимира Тимофеевича Долгорукова и его четырём дочерям. Но одной из дочерей, старшей, Марии надо в этом, же стиле сделать большой комплект. Нужно два кольца, на безымянный палец и на мизинец. Это будут зелёные комплекты, в цвет глаз. Ещё в комплект должны входить браслет в этом же стиле и цепочка с кулоном. Сможем? Нужна помощь Рубенса? - остановился княжич.
- Да, уж, не помешает, - покрутил в растерянности головой Донич.
- И самое главное, украшение на голову. Это индийское украшение. По пробору на голове идёт цепочка, а к ней прицеплен такой же кулончик, как и серёжка только немного побольше. Понятно?
- Сколько же будет стоить такой комплект. На него можно купить маленький город, - упал на стул ювелир сражённый невероятностью замысла.
- Лукаш. У нас с тобой столько денег, что двести рублей больше или двести рублей меньше не повод для паники, - засмеялся княжич, - Можешь такой же сделать и своей жене, - разрешил он.
- Потом к ней нужно будет приставлять десяток стрельцов, - пошутил Лукаш.
- Ну, смотри. Твоё дело. У тебя золото с камнями ещё остались? - спросил вдруг княжич.
- Почти всё ушло на ручки, - подтвердил опасение Пожарского ювелир.
- Ладно, я собираюсь в одно место. Заодно и золотом с камнями там разживусь. Но я пришёл не только из-за украшений. Умеет моя турчанка Марты (Марфушка) делать губную помаду. Я её немного усовершенствовал и теперь она выглядит вот так, - Пётр показал ювелиру ярко-красный заточенный вверху с одной стороны до половины цилиндрик, - его нужно вставить в вот такой футлярчик, - ещё один листок с эскизом лёг перед ювелиром.
Лукаш внимательно посмотрел. Сначала нужно было снять колпачок. А потом цилиндрик помады можно было вывернуть вверх, покрутив отдельную часть снизу. Соединялась верхняя и нижняя части с помощью своеобразного винта. Опять гениальное изобретение.
- Как сделаешь, вставь туда помаду и подари жене, - предложил княжич, - а мне нужны тысячи таких футлярчиков из разных металлов. Для богатых и для очень богатых.
Княжич ушёл. Лукаш Донич перебирал эскизы и соображал, сколько же нужно ювелиров пригласить из Европы. Сотню.
Событие пятое
Еврейские ювелиры опять пришли вместе. Якоб Буксбаум и Барак Бенцион появились на второй день после того, как княжич вернулся из вояжа за очередной захоронкой атамана Ивана Сокола в селе Мстера. В само село Пётр и уехавшие с ним Иван Пырьев и пан Янек не заглянули, зачем зря светиться. Выкопали одну из оставшихся захоронок, нагрузили две телеги и на полной скорости назад. За восемь дней обернулись. Вот на второй день после возвращения к Петру и явились два ювелира. Привезли они с собой почти двести тысяч рублей. Его долю от продажи ручек в Европе. Ещё два воза драгметаллов.
- Мы рады, что заключили с тобой договор господин маркиз, - начал Буксбаум, - Перьевая ручка - это золотое дно, прибыль не уменьшится ещё несколько лет.
- Рад слышать, - нейтрально отреагировал Пётр, он-то понимал, что сейчас начнётся на самом деле то, зачем эти господа явились.
- Господин маркиз, мы бы хотели поселиться в Вершилово, - вот оно.
- Сколько вас? - опять пока нейтрально спросил Пожарский.
- Шесть семей.
- Хорошо. Есть несколько условий. Первое. Все жители Вершилова отдают в общественный фонд десять процентов от прибыли.
- Десять процентов от четырёхсот тысяч, что мы заработали в этом году это огромные деньги. На это можно купить целый город, - ужаснулся Бенцион.
- Второе. Вы должны построить в Вершилово каменную синагогу и это должна быть самая большая и красивая синагога в мире, - не услышал их Пётр.
- Я не ослышался. Мы можем построить в Вершилово синагогу, - не поверил своим ушам Буксбаум.
- Ослышались вы, господа. Вы не "можете" построить, а "должны" построить. И это должна быть самая красивая в мире синагога. Лучшие архитекторы, итальянский белый мрамор, лучшие резчики по камню. Условие только одно, она должна быть немного ниже того храма, что я сейчас строю, поправил "бедняг" княжич.
- Но Государь запрещает и патриарх ..., - начал было Буксбаум.
- Вам ведь будет не просто найти всех этих мастеров и материалы, но вы если захотите, то сделаете. Вот и я если захочу, то добуду у царя разрешение на строительство. Хоть мне будет и не легко, - перебил его Пожарский.
- Такое строительство будет стоить огромных денег и хотелось бы сначала увидеть разрешение, - улыбнулся печально Бенцион.
- Это принимается, - согласился княжич, - Ещё одно условие. Мне нужно, чтобы вы купили или достали другим путём несколько растений. Их семена. Все эти растения выходцы с Нового Света. Вот рисунки этих растений и их семян, - Пётр протянул давно уже заготовленные для передачи именно этим господам рисунки картошки, подсолнечника, помидоров, баклажанов, перца, фасоли, тыквы, кукурузы и топинамбура.
Ювелиры долго рассматривали рисунки. Княжич постарался, привлёк к рисованию и иконописцев и голландцев.
- Хорошо. Мы постараемся достать семена и клубни этих растений, думаю, нужно это искать в Испании и Португалии, - наконец отвлёкся от созерцания живописи Буксбаум.
- Ещё одно условие, - Пётр достал чернильницу непроливайку, - вот такие штуки нужно начать делать по всей Европе, особенно в Испании, Португалии, Франции, Нидерландах и Англии. Это чернильница непроливайка. Думаю, моряки за это дело ухватятся. Вот эскизы из разных металлов и различной стоимости, Пётр продемонстрировал, что чернила действительно не проливаются и отдал ошалевшим ювелирам листки с эскизами.
Евреи долго крутили и вертели чернильницу, совали туда пальцы, перемазались все в чернилах, но были довольны, как кот, добравшийся до ведра сметаны.
- Эта чернильница чудо. Не обвинят ли нас в колдовстве, - наконец закончил игры Бенцион.
- Продавайте через церковь, - предложил княжич.
Евреи синхронно улыбнулись.
- Условия те же. Мои сорок пять процентов, - поубавил их радость княжич.
- Конечно, господин маркиз, - это, несомненно, справедливо. А, можно тогда чтобы семей было больше шести?
- Если среди фамилий будет Ротшильд, то пусть будет двадцать семей.
- А какой именно Ротшильд вас интересует?
Про Ротшильдов, самых главных богатеев и врагов России, Пётр вспомнил только сейчас, и думал, что династия уже существует. Значит, ещё нет. Что он про них знает, что они откуда-то из Германии потом переберутся в Австрию. Пусть будет Германия.
- Немецкий, - наобум брякнул Пётр.
- Нет проблем, мы найдём Ротшильдов в немецких землях.
- Ещё мне нужна постоянная поставка кофе и какао бобов. Кофе из Турции и какао бобы из Нового Света. Здесь я буду из этого делать несколько вещей, а вы будете продавать это в Европе. Это принесёт денег не меньше ручек, - успокоил закативших глаза ювелиров Пётр.
- Да и последнее условие, дома должны быть точно такие же, как и у меня или у Рубенса, или у Кеплера. И строите их за свои деньги. Место вам завтра покажет Вацлав Крчмар.