Вместо ответа Дэймитри переступил порог шатра и отодвинул часть ширмы, открывая вешалку с рядом одинаковых шёлковых то ли платьиц, то ли и вовсе нижних сорочек, белых в голубой цветочек.
– В этом вы будете встречать претендентов.
– Серьёзно? – войдя в шатёр, Юлисса приблизилась к новой рабочей униформе, пощупала один экземпляр.
Всё-таки сорочка.
Извращенец, чтоб его!
– Вы же не собираетесь каждый раз сжигать собственную одежду?
– Сжигать?
И почему кажется, будто она что-то да упустила?
– Вам будут сообщать о выходе нового участника. Есть расписание и полный список претендентов, прошедших первый этап… ознакомитесь перед началом, – властный указал на разложенные на столике бумаги. – Вы встречаете его на лугу, представая перед участником в образе умеренно доступном…
– Каком-каком образе?
– Умеренно доступном, – на холеном лике властного появилось выражение безграничного смиренного терпения, как у учителя, вынужденного по десять раз втолковывать нерадивому ученику одно и то же. – Но не слишком. И ни в коем случае не развратном.
– Может, вы определитесь, быть ли мне целомудренной, как древняя богиня-девственница, или же развратной, подобно её коллеге по пантеону?
– Умеренно недоступном, – выдал Дэймитри после недолгого размышления. – Уверен, с этой частью вы прекрасно справитесь и без моих наставлений.
Доступная на вид и не развратная, угу. Два в одном, смешать, но не взбалтывать.
– И что дальше?
– Далее вы подпускаете участника настолько близко, насколько это возможно, и демонстрируете истинную свою сущность.
– А участники что должны делать? – Юлисса обошла шатёр кругом, потыкала пальцем в подушку, мельком проглядела бумаги на столе.
– Совладать с вами.
– Пардон?
– Они должны схватить вас и доставить моей племяннице.
– То есть мне ещё надо позволить себя похитить и облапить?
– Это всего лишь соревнование, игра. Всё понарошку. Бека ожидает неподалёку отсюда, и лапать вас в истинном виде вряд ли кто-то станет.
– Ага… правда, обжечь бедолаг я могу вполне себе по-настоящему.
– Претенденты не дураки и не настолько отчаянные, чтобы пытаться удержать вас голыми руками. Рядом охрана и целители, о риске, повторяю, участники осведомлены, соответствующий документ подписали все. И я лично буду наблюдать за ходом конкурса. Вам не о чем беспокоиться, Юлисса.
– Действительно, – Юлисса взяла список, просмотрела повнимательнее.
– Сегодня пройдёт пять претендентов, и заканчиваем мы до захода солнца, – продолжил Дэймитри. – Следующая пятёрка завтра, оставшиеся послезавтра и вечером того же дня будут объявлены результаты второго этапа. Выбывшие вернутся домой, те, кто успешно пройдёт, в воскресенье приступят к третьему, по завершению коего определится победитель. И тридцать первого декабря по человеческому летоисчислению мы объявим о помолвке Беки с победителем.
– А если не найдётся счастливчик? – уточнила Юлисса. Не нашёлся же таковой за восемь лет, так почему должен возникнуть нежданно-негаданно на девятый год?
– Значит, не объявим, – философский оптимизм дядюшки поражал, да.
– Особые пожелания будут?
– Например? – мужчина вопросительно вскинул брови.
– Ну, не знаю… например, кого-то надо целенаправленно завалить, а кого-то наоборот… подтолкнуть в верном направлении.
– Ни в коем случае, – в голосе даже суховатые неодобрительные нотки появились. – У нас честный отбор, без игры в поддавки. И если бы я хотел… подтолкнуть кого-то в верном направлении, то Бека вышла бы замуж ещё после первого её отбора.
– Тридцать минут, – сообщила заглянувшая в шатёр девушка и тут же умчалась прочь.
– Что ж, не буду вам мешать, – Дэймитри склонил голову и стремительно вышел.
Полог с шелестом опустился, оставив Юлиссу одну. Обмахиваясь списком, она повернулась к вешалке, цапнула крайнюю сорочку.
Целомудренная и сексуальная в духе романов Арнетти. Предупредил бы только кто властного, что в жизни подобное сочетание встречается крайне редко. Уж точно не с её типом внешности.
И характером.
Да и о пресловутой истинной сущности забывать не стоит.
Ладно, делать нечего, пора начинать это шоу.
* * *
О появлении властного возвестил вкрадчивый, едва слышный шелест отодвигаемого полога. Впрочем, Юлисса как раз застёгивала шорты и потому строгому нанимателю не грозило увидеть больше уже продемонстрированного.
– Прошу прощения, – Дэймитри даже извиниться удосужился.
– Ничего страшного, я уже закончила, – Юлисса сняла с ширмы майку, надела и повернулась к мужчине лицом. – Я вам одну сорочку сэкономила.
– Правда? – судя по недоумению во взгляде, услышать подобное Дэймитри точно не ожидал.
– Один претендент… кажется, номер третий… отпустил меня, едва моя кожа начала накаляться, и сбежал с каким-то совершенно немужественным визгом, – охотно пояснила Юлисса. – Я чуть не оглохла… и до сжигания вашей непотребной униформы дело не дошло. А вот тот смуглый мальчик старался изо всех сил. Даже жалко его стало…
– Надеюсь, вы ему не потворствовали? – мгновенно посуровел властный.
– Нет, конечно. Вы же сами сказали, никакой игры в поддавки. Но он хоть не сильно пострадал?
– Им занимаются целители.
– Он пройдёт в следующий тур?
– Зависит от общих результатов. Однако могу вас заверить, что сбежавший… – Дэймитри нахмурился в явной попытке вспомнить имя. Похоже, не преуспел. – Что номер третий на следующий этап не попадёт.
– А тот мальчик… он совершеннолетний? – Юлисса взяла босоножки, лежащие на ковре, заменявшем в шатре пол, прошла мимо мужчины к ложу, присела на край.
– Да. К участию в отборе не допускаются лица моложе двадцати одного года. Почему вы спрашиваете?
– На всякий случай, – Юлисса сунула ноги в обувку, наклонилась, застёгивая узкие ремешки. – А в чём вообще смысл этой игры голодаю… тьфу, матримониально озабоченных? Ну схватят меня претенденты за руку или ещё за какую часть тела, ну увидят, как я, вся такая красивая, превращаюсь на их глазах в огненную чуду-юду, ну а дальше-то что?
– Участники предупреждены об особенностях этого этапа. Их задача – сообразить, как лучше доставить вас моей племянницей, не получив при том ожогов четвёртой степени.
– Вот так сразу должны сообразить и начать действовать? Без плана, подготовки и прочего?
– Не думайте об этом, Юлисса, – отозвался Дэймитри небрежно. – Как претенденты справятся или не справятся с заданием – не ваша забота. И жалеть их не нужно, они знают, на что идут. В одном из отборов моей сестры участвовал оборотень и не привычный всем волк, а саблезубый тигр и претендентам пришлось немало постараться, чтобы совладать с ним. Зато достойнейший стал супругом молодой княжны, – странная мрачная тень в глазах властного появилась и исчезла мимолётным видением.
Надо полагать, вряд ли у князя с полдюжины сестёр, значит, речь, скорее всего, о матери Ребекки. Справившийся с целым саблезубым тигром-оборотнем герой женился на княжеской сестре, то бишь он, соответственно, отец Ребекки. А теперь вопрос – где он сейчас? Сестры Дэймитри нет в живых, это понятно, но где-то же должен остаться её супруг-вдовец? Или он тоже умер, и Ребекка перешла под опеку дяди? И если так, то как давно? С первого отбора – недаром же он начался на год позже, чем принято! – или раньше?
Или вовсе позже?
– Завтрашняя пятёрка проявит больше находчивости, будьте уверены, – с толикой насмешки продолжил мужчина. – С первыми заходами всегда так: бросаются не глядя, готовы пожар голыми руками тушить, лишь бы пройти на следующий этап. Вторые будут умнее, просто так на рожон не полезут, к тому же в их распоряжении больше времени на планирование. Третьи же учтут опыт и ошибки первых двух заходов, воспользуются ещё большим сроком на размышления и покажут себя с наилучшей стороны.
– И как происходит распределение по пятёркам?
– Жребий, – насмешка стала открытой. – Не думаете же вы, что я по собственному усмотрению их разделяю, отправляя первым заходом потенциальное пушечное мясо, а наиболее перспективных оставляя на потом? Иногда бывало и так, что выигрывали из первых заходов.
– А на первом и третьем этапах что делают? – надо же уточнить детали, пока властный в настроении о нюансах рассказывать.
– На первом проходят небольшой квест, как нынче модно говорить в мире людей. На третьем решают логическую задачу. Ничего сложного, как видите.
Юлисса встала, и Дэймитри шагнул к пологу, предупредительно поднял лёгкую ткань.
– Вы ведь не откажетесь поужинать с нами? И вы, и ваша подруга, разумеется.
– С нами?
– Со мной и Бекой.
– Участников отбора на ужин не зовут?
– Нет, что вы. Обычно мы ужинаем вдвоём, если в Чайке нет гостей или у меня не возникает неотложных дел вне замка. Что до претендентов, то на время проведения отбора они с личными слугами располагаются в отдельном крыле, где их обеспечивают всем необходимым, включая трёхразовое питание.
– Тогда зачем палаточный городок? – Юлисса направилась к выходу.
На лужке, озарённом лучами заходящего солнца, снова суетился персонал, наводил порядок, что-то проверял, подавал кому-то непонятные знаки, порождая стойкое сходство со съёмочной площадкой.
– Это наш, служебный, – Дэймитри замер с тканью в руке, ожидая, пока Юлисса выйдет. – Оттуда я наблюдаю за происходящим.
– Вот как?
– Здесь повсюду камеры, – мужчина отпустил полог и пошёл рядом с Юлиссой через лужок. – Я же говорил, мы не настолько дремучие, как может показаться.
Вот теперь это точно шоу.
То самое, на выживание.
Только неясно, кто кого и зачем выживает.
* * *
Когда привлекательный и отнюдь не бедствующий мужчина приглашал Юлиссу на ужин, под вечерним приёмом пищи подразумевался приятный романтический вечер в ресторане, сиречь свидание, из которого могло сложиться что-то путное, а могло и не выйти ровным счётом ничего. И в компании подруги ходить доводилось, на свидание импровизированное, двойное, и в составе группы поддержки. Но чтобы мужчина приглашал на ужин с собой и своей великовозрастной племянницей – такого в жизни Юлиссы ещё не бывало.