Таким образом, прокуратура закрыла дело против Дениза. Там, где нет истца, нет и судьи. Если потерпевший не дает показаний против предполагаемого преступника, а другие улики или доказательства отсутствуют, прокурор не может предъявить обвинение. Лейла имела полное право отказаться от дачи показаний, потому что она была женой Дениза. Это сделано для того, чтобы избавить супругов, партнеров и даже родственников до третьей степени родства от сложного конфликта между тем, чтобы обвинить близкого человека, и тем, чтобы обмануть следствие, а значит, понести ответственность за дачу ложных показаний.
Это право заходит настолько далеко, что предыдущие показания, которые, как в случае Лейлы, были даны ранее в полиции, больше не могут использоваться, если свидетель позже ссылается на свое право отказаться от дачи показаний.
Вернемся к делу: как уже было сказано, Лейла вернулась к Денизу по настоянию брата Мехмеда. Чтобы его успокоить, она и ее брат Мехмед умолчали о том, что она жила с Борисом, пока Дениз находился под стражей, и сказали ему, что она сбежала в женский приют. Но неприязнь Лейлы к Денизу и ее любовь к Борису не исчезли. Лейла хотела развода – желание, которое она озвучила мужу, но, к несчастью, женщина была убита за три дня до намеченной даты развода.
Суду не потребовалось много времени, чтобы признать Дениза виновным в убийстве. Он сам признался в совершенном преступлении. Помимо этого, было несколько свидетелей, которые непосредственно наблюдали за совершением преступления.
В итоге лишь одна глупая ошибка стоила Лейле жизни той ночью. Ее ночная встреча с Борисом была идеально спланирована: после тайного разговора с возлюбленным по телефону, как она часто делала, Лейла сообщила мужу, что они с трехлетней дочерью проведут ночь у ее сестры Мелис. На самом деле она оставила дочь с Мелис, чтобы встретиться с Борисом. Затем Лейла ушла из квартиры, где проживала вместе с супругом, и отправилась домой к соседке, чтобы прихорошиться перед встречей с Борисом. Ее сестра тоже ждала там и собиралась выйти из дома вместе с ней и ее дочерью. Из окна Дениз увидел бы, как они втроем вместе выходят из дома. Все выглядело бы совершенно безобидно. Но на самом деле Борис должен был дождаться их троих возле машины и Дениз не должен был его увидеть.
По невнимательности Лейла оставила свой мобильный телефон в квартире и забыла удалить номер Бориса из списка контактов. Случилось неизбежное: Дениз проверил список звонков на мобильном телефоне и обнаружил незнакомый номер. Когда он нажал кнопку «повторный набор», то сразу узнал голос Бориса. Теперь ему стало ясно, что происходит. Сначала Дениз постучал в дверь соседки, где, как он полагал, находилась его жена, но не получил ответа. Борис предупредил соседку и Лейлу, чтобы те не открывали дверь Денизу. Лейла и соседка молчали и вели себя так, будто никого не было дома.
В поисках жены Дениз встретил на лестнице Мелис. Она уже положила сумки в машину Бориса и собиралась забрать Лейлу и ее дочь. Когда Дениз спросил, где ее сестра, женщина хладнокровно ответила, что не знает, и на всякий случай ушла на другой этаж, чтобы Дениз не последовал за ней и не наткнулся на Лейлу. Оттуда она позвонила Лейле на телефон соседки и сказала, что ее ищет Дениз и ей ни в коем случае нельзя выходить из квартиры.
Лейла не послушала сестру! Она устала прятаться и скрывать свою любовь, свою свободу, свою жизнь, и поэтому решила честно поговорить с Денизом. Что было дальше, уже известно.
Лейла лежала на полу, когда соседка услышала крики из квартиры напротив и открыла дверь. В тот момент Дениз отпустил ее. Взгляд Лейлы в последний раз встретился с большими карими глазами ее трехлетней дочери, а после устремился вверх и ее сердце остановилось. 24 колотых ранения: некоторые из них настолько глубокие, что пробили насквозь туловище женщины. Когда приехала скорая, Лейла уже была мертва.
Вероятно, вы задаетесь вопросом, какое отношение все это имеет к идеальному убийству?
В ходе судебного разбирательства Дениз был признан виновным, пусть и «всего лишь» в убийстве: без присвоения совершенному преступлению особой тяжести. Это немаловажно, ведь в таком случае осужденный в принципе может выйти на свободу через 15 лет, несмотря на пожизненное заключение, которое обязательно влечет за собой убийство. Однако если суд сочтет преступление особо тяжким, то осужденному, кроме минимального срока тюремного заключения в 15 лет, следует отбыть дополнительный срок, прежде чем он сможет быть освобожден условно-досрочно. В среднем это срок от 23 до 25 лет, если освобождение вообще будет возможно, принимая во внимание интересы безопасности общества.
Несмотря на жестокость и хладнокровие, с которым Дениз совершил преступление, он отделался относительно легко. В конце концов он не только убил свою жену с особой жестокостью, но и сделал это на глазах у их дочери. Неужели мотивы Дениза не были особо предосудительными?
Уголовный кодекс Германии умалчивает, в каких именно случаях преступлению присуждается особая тяжесть[14].
Принимая решения о том, имеет ли убийство отягчающие обстоятельства, судьи должны руководствоваться примерами из судебной практики.
Отправной точкой является осознание того, что совершенное убийство – это не просто убийство. Вы, скорее всего, согласитесь со мной, что серийный убийца заслуживает более длительного наказания, чем преступник, совершивший одно убийство. Когда тяжесть совершенных преступлений настолько велика, что условно-досрочное освобождение через 15 лет становится невозможным? Судебная практика говорит: если было убито несколько жертв или преступник совершил убийство с особой жестокостью. Если он избрал коварный или чрезмерно жестокий способ совершения убийства, угрожал жизни других людей при попытке убийства или нападении из укрытия. Помимо этого, важно наличие некоторых других характеристик убийства, например корыстного мотива или ухищрения.
Вернемся к Денизу: не было никаких сомнений в том, что при совершении своего преступления он действовал с особым коварством и, следовательно, здесь присутствовала одна из девяти характеристик убийства. Ведь Лейла не ждала покушения на свою жизнь. Она была беззащитна перед нападением, учитывая, что Дениз прикрывал нож рукой и рукавом одежды, и поэтому понятия не имела, что сейчас произойдет. У Лейлы не было возможности защитить себя.
Были ли характер и причина убийства – 24 ножевых ранения, нанесенные на глазах у ребенка, потому что Дениз приревновал – еще одной характеристикой особо тяжкого преступления? Помимо предосудительного способа совершения убийства (коварство, жестокость, опасность для общества) и преступной цели (убить человека исключительно для того, чтобы совершить или прикрыть другое преступное деяние), имеется еще и особо низменный мотив преступления (жажда убийства, сексуальное удовлетворение, алчность и другие низменные мотивы), что превращает «простое» причинение смерти в убийство с отягчающими обстоятельствами. Хотя нападения с ножом являются одним из «стандартных способов убийства», разве поступок Дениза не имел иного качества? Разве не следует считать убийство Лейлы на глазах у ее трехлетнего ребенка совершенным без всякого зазрения совести? А что насчет заявления Дениза о том, что теперь его честь восстановлена?
Если такие мотивы, как алчность, жажда убийства или сексуальное удовлетворение, не являются причиной убийства, но мотив преступника по каким-либо причинам столь же низменный, суд должен проверить, не было ли преступление совершено по другим подобным мотивам. Исходя из судебной практики, это тот случай, когда убийство было совершено из низменных побуждений, и согласно общей моральной оценке мотив Дениза был особо предосудительным, даже презренным. Понятие убийства, совершенного из «низменных побуждений», является изобретением нацистской эпохи, и в то время его рассматривали как эффективное средство устранения диссидентов, критиков и просто недовольных системой, прикрываясь «критериями морали». Сегодня же под эту категорию попадают случаи, при которых существует резкая диспропорция между поводом и актом убийства. Ненависть, особенно на расовой почве, а также гнев, зависть, месть или ревность постоянно упоминаются в качестве базовых мотивов. Также сюда относят и убийства из соображений чести.
Но, несмотря на все это, суд приговорил Дениза к пожизненному заключению «только» за жестокое убийство жены без определения особой тяжести вины. Так что это было сравнительно мягкое наказание. Почему?
Дело приняло неожиданный поворот…
Был теплый осенний день, когда я случайно заметил перед дверями своего офиса две темные фигуры, которые разглядывали вывески различных адвокатских бюро. В них обоих было что-то зловещее: один, помоложе, был очень высоким и сильным, другой был гораздо старше и более коренастого телосложения… Оба носили густые бороды и что-то вроде тюрбанов. Они были облачены в длинные черные одеяния. Когда я спросил, могу ли я им чем-то помочь, более высокий из двоих мужчин молча протянул письмо, написанное на серо-коричневой бумаге из переработанных отходов. Я узнал цвет и узнал эту бумагу. Это был типичный официальный бланк, на котором государство отправляло довольно неприятные письма: уведомления о штрафах, требования об оплате, повестки и тому подобное.
При первом взгляде на письмо с эмблемой полиции в правом верхнем углу бланка я предположил, что речь идет о каком-то незначительном правонарушении, попытке скрыться с места дорожно-транспортного происшествия, вождении в нетрезвом виде, о проблемах с водительскими правами или о чем-то подобном. Однако, присмотревшись, я остановился в замешательстве: в теме повестки было указано: «подстрекательство к убийству». Ниже мелким шрифтом было написано, что потерпевшей стороной является Лейла.
Высоким мужчиной был Мехмед, старший брат Лейлы.
Странно, что человек, числящийся в прокуратуре по такому обвинению, находится на свободе. Любого, кого на серьезных основаниях подозревают в убийстве, всегда помещают под стражу, независимо от того, является ли он исполнителем, соучастником или подстрекателем, вне зависимости от презумпции невиновности