— Что-то и правда меня проняло, — бледно улыбнулась Виктория. — Но ты на всякий случай будь осторожнее, ладно? Хотя бы в ближайшие несколько дней.
Наверное, она тоже устала. Им с Дегейром приходилось куда сложнее, чем мне. Хорошо еще, магические преступления в суде рассматриваются вне очереди, иначе в больнице для душевнобольных довольно быстро стало бы на трех пациентов больше.
Решив, что спорить сейчас будет самым настоящим свинством, я смиренно кивнула.
— Буду.
— Вот и умница. — Вики, кажется, выдохнула с облегчением. — Мы с Дегом не можем лишиться своего самого ценного консультанта.
— Ну так приставь ко мне охрану, — подхватила шутку я.
— Не положено, — сдвинула рыжие брови следователь.
Обменявшись еще несколькими фразами, мы, наконец, распрощались. Я помахала ей, тихо понадеялась, что не увидимся мы хотя бы неделю, а лучше две или три, и запуталась в лабиринте узких улочек Эмшира. Только здесь ощутила летнее тепло. Холод и сопровождающий его запах полностью ушли.
Город всегда действовал на меня успокаивающе. Жмущиеся друг к другу мрачноватые здания из темно-серого камня, неяркие вывески с вязью узоров, разноцветные сполохи цветов на окнах жилых домов, стук каблуков по мостовой и изредка возникающий земляной запах от кого-то, кто на первый взгляд мало чем отличался от основной массы прохожих. Проведя большую часть жизни в глуши, где кроме нескольких домов и старого храма давно забытых богов ничего и не было, я по-настоящему ценила то, что окружало меня теперь.
И иногда, закрывая магазин, несколько кварталов проходила до дома пешком. Не потому, что женщине не принято водить автомобиль, даже если она может себе его позволить, просто мне нравились узкие улочки в некотором отдалении от шумных площадей. Там чувствуется настоящий дух Эмшира. И именно в этих лабиринтах чаще всего встречаются фигуры в старомодных одеяниях с отсутствующими лицами, видимые только мне, но это не страшно. Как правило, им ничего не нужно и они просто проходят мимо, обдавая земляным духом, я же время от времени получаю идею для очередной куклы и потом всю ночь просиживаю за работой, а утром иду открывать магазин невыспавшаяся, но до неприличия счастливая.
Сегодня город тоже подарил идею, правда, к куклам она не имела отношения.
И вместо того, чтобы пойти домой или в магазин, неожиданно для себя я вышла к вокзалу. Прогулялась мимо современного здания из камня и стекла, посомневалась немного… Страх служил предостережением, но желание поступить по наитию было сильнее. В конце концов мне надоело бороться с ним, и я отправилась покупать билет.
Как раз успела на отправляющийся экспресс. Буквально в последний момент вскочила.
Внутри меня ждало несколько не самых приятных часов. Если на улице не обращать внимания на скользящие рядом тени легко, то в замкнутом пространстве, да еще в присутствии других людей сделать это не так-то просто.
Не смотреть слишком пристально, не реагировать, если они понимают, что я их вижу, и пытаются заговорить о погоде, например… Брр! Это в Эмшире меня знают, а среди посторонних могут возникнуть проблемы. Поэтому я сразу же нашла себе место у окна, устроилась на жестком сиденье и прикрыла глаза. Буду сидеть так всю дорогу. Главное, на самом деле не уснуть и не пропустить нужную станцию.
Однако опасалась я зря, сонливость не накатила. Вместо нее пришли мысли о Сано Аржисе. Странно, вообще-то, учитывая, что он ничем не отличался от всех предыдущих, даже угрожал так же.
И все же что-то цепляло, просто так взять и выкинуть его из головы не получалось.
Этот странный человек появился в Эмшире около года назад. Все тогда еще удивились, что он купил дом прямо возле старого кладбища. Помню, местные матроны даже поговорить с ним на эту тему порывались… Впрочем, их благие намерения заметно пошли на спад, стоило всем как следует разглядеть нового соседа. Впечатление он производил с первого взгляда. А когда выкупил у прежнего владельца похоронное агентство и рядом с ним по ночам стали ошиваться всякие подозрительные личности, по Эмширу поползли слухи. От обвинений Аржиса в незаконных делишках до подозрений в колдовстве. Темном и поэтому запрещенном, разумеется.
Мне тогда до этого всего было мало дела, все мысли и свободное время занимало любимое дело и помощь следователям. А вот Лика, сестра моего жениха, помнится, поначалу сокрушалась: такой перспективный жених — и со сдвигом!
Сомневаюсь, что, говоря так, она могла представить истинные масштабы бедствия.
А неделю назад Дегейр нарушил негласное правило и позвонил мне среди ночи:
— Ксилена, ты должна это увидеть! — Голос мужчины звенел от переизбытка эмоций. — Быстро собирайся, экипаж я за тобой уже послал.
В другой момент я бы обязательно разворчалась насчет звонка в неурочное время, да и на место преступления меня обычно не вызывают, мне главное потом свеженькую тень отыскать. Но было в голосе Дега что-то эдакое… И я покорно побрела одеваться.
Экипаж доставил меня к владениям Сано Аржиса. А там в одном из склепов сидела девушка в образе фарфоровой куклы. Кошмарное зрелище.
Дело стало личным для меня с первого взгляда. Когда же выяснилось, что ее платье — увеличенная копия одной из моих старых работ, а в фарфоре, в который убийца заковал лицо и руки жертвы, был использован мой же секретный ингредиент, погружение в расследование стало полным. Я нырнула в него с головой, до самого утра лазила по погосту в поисках нужной тени, потом с Дегейром и Викторией отправилась осматривать жилье убитой.
Домой меня почти силком спровадили ближе к вечеру, когда сил совсем не осталось, потому что все это время я использовала дар по максимуму, стараясь вытащить из него невозможное. Одновременно выяснялись полезные для дела подробности: у Сано Аржиса обнаружилось криминальное прошлое — в юные годы он стал членом одной из столичных банд и, по слухам, до сих пор занимал в ней не последнее место, ключ от склепа хранился в его рабочем кабинете, поскольку из семьи последних владельцев никого в живых не осталось, а убитая была его любовницей, и накануне вечером они разругались вдрызг.
Ниточки связались в один красивый узелок. По большому счету, тут и без меня все было ясно.
Но утром явилась тень. Сама. Еще одна странность. Обычно они поначалу растеряны и напуганы, поэтому меня привлекают чаще к работе над старыми делами. В крайнем случае, над теми, которые уже лежат на столе у следователей пару недель. Именно столько, как правило, нужно тени, чтобы воплотиться и осознать себя в новой форме существования. Но даже тогда мне приходится потратить некоторое время, чтобы найти нужную и уговорить помочь в расследовании ее собственной гибели. Что поделать, привидения почти все жутко вредные, а поскольку большинство людей их не видят и не слышат, мне они мотают нервы с несказанным удовольствием.
В последний же раз все было иначе. «Кукла» ждала меня в кофейне, куда я неизменно забегаю позавтракать перед тем, как открыть магазин. Она держалась уверенно, была доброжелательна и в подробностях все рассказала. Потом присутствовала, когда я повторяла ее историю следователям. И на суде тоже. Даже поблагодарить не забыла.
Впервые мне попалась такая ответственная тень. Жаль, что я не могла сделать для нее что-нибудь еще.
Подозрения насчет Аржиса подтвердились. Он нанял ораву пронырливых адвокатов и угрюмо отмалчивался, только вот после суда его прорвало угрозами. И крайней почему-то назначил меня. Можно подумать, до разговора с тенью было непонятно, где припрятан ключик от головоломки!
Поезд качнулся, прозвучали знакомые слова.
Черт, из-за этого нелюдя чуть нужную станцию не пропустила! Пришлось резво вскакивать и, рискуя свернуть шею на огромных каблуках, через полвагона нестись к выходу.
Минуту спустя, провожая взглядом хвост экспресса, я пыталась убедить себя, что не делаю глупость. Просто я устала, поддалась сиюминутному порыву, а теперь отступать уже поздно. До ближайшего поезда на Эмшир несколько часов, не здесь же куковать! Подстегивая себя разными рациональными доводами, я отыскала взглядом притаившуюся среди зарослей почти незаметную дорожку и устремилась к ней.
Идти на каблуках по лесным тропкам — то еще удовольствие. За полтора часа я успела не только вспомнить все ругательства, которые знала, но и прошипеть их себе под нос. Не помогло. Ну, разве что время скоротать.
Состояние было нервозное. Я снова чувствовала себя маленькой девочкой, которая безуспешно пытается вжиться в местные рамки. И одновременно восемнадцатилетней девушкой, только что сбежавшей из дома со страшным скандалом.
Теперь мне двадцать шесть, но переживания нисколько не потускнели.
Когда уже начало казаться, что деревни на прежнем месте нет и вообще я заблудилась, впереди показались деревянные стены. Сердце забилось быстрее, ладони стали горячими и немного влажными. Несмотря на то что ноги изрядно ныли, я ускорила шаг.
Ворота были распахнуты и днем не охранялись. Любой мог войти беспрепятственно. Местные считали, что это место охраняет сила древних богов и их служителей. На самом же деле редко кто забредал в такую глушь. Лишь те, кто знал, куда идет.
Некоторое время я бродила по широким улицам, скользила взглядом по деревянным срубам, отмечая новые, разглядывала храм, вид на который открывался с любой точки селения. Вокруг стояла обманчивая тишина, но уж кому-кому, а мне доподлинно было известно, что за частоколами и стенами кипит и бурлит, словно ведьмино варево, жизнь. Кажется, совсем недавно я была ее частью.
Наконец впереди показалась знакомая калитка. И хотя я имела полное право войти, решила вести себя, как гостья: коснулась ладонью золотистой деревянной поверхности и стала ждать. Если нынешняя хозяйка дома, она выйдет.
Кажется, целую вечность маялась… Хотя на самом деле наверняка каких-нибудь несколько минут.
Однако подвига моего не оценили.
— Явилась, — прозвучал из-за дома неприветливый голос. — Судя по твоим тряпкам, в городе ты прижилась. Значит, не насовсем к нам. Зачем пожаловала?