Илья Муромец — страница 9 из 40

42 Илья Муромец с Добрыней на Соколе-корабле

По морю, морю синему,

По синему, по Хвалынскому,

Ходил-гулял Сокол-корабль

Немного-немало двенадцать лет.

5 На якорях Сокол-корабль не стаивал,

Ко крутым берегам не приваливал,

Желтых песков не хватывал.

Хорошо Сокол-корабль изукрашен был:

Нос, корма — по-звериному,

10 А бока зведены по-змеиному.

Да еще было на Соколе на корабле:

Еще вместо очей было вставлено

Два камня, два яхонта;

Да еще было на Соколе на корабле:

15 Еще вместо бровей было повешено

Два соболя, два бо́рзые;

Да еще было на Соколе на корабле:

Еще вместо очей было повешено

Две куницы мамурские;

20 Да еще было на Соколе на корабле:

Еще три церкви соборные;

Да еще было на Соколе на корабле:

Еще три монастыря, три почесные;

Да еще было на Соколе на корабле:

25 Три торговища немецкие;

Да еще было на Соколе на корабле:

Еще три кабака государевы;

Да еще было на Соколе на корабле:

Три люди незнаемые,

30 Незнаемые, незнакомые,

Промежду собою языка не ведали.

Хозяин-от был Илья Муромец,

Илья Муромец, сын Иванов,

Его верный слуга — Добрынюшка,

35 Добрынюшка Никитин сын,

Пятьсот гребцов, удалых молодцов.

Как изда́лече-дале́че, из чиста́ поля

Зазрил, засмотрел турецкой пан,

Турецкой пан, большой Салтан,

40 Большой Салтан Салтанович.

Он сам говорит таково́ слово:

— Ах вы гой еси, ребята, добры молодцы.

Добры молодцы, донские казаки!

Что у вас на синем море деется?

45 Что чернеется, что белеется?

Чернеется Сокол-корабль,

Белеются тонки па́русы.

Вы бежите-ко, ребята, ко синю́ морю,

Вы садитесь, ребята, во легки́ струги,

50 Нагребайте поскорее на Сокол-корабль,

Илью Муромца в полон бери;

Добрынюшку под меч клони!

Таки слова заслышал Илья Муромец,

Тако слово Добрыне выговаривал:

55 — Ты, Добрынюшка Никитин сын,

Скоро-борзо походи во Сокол-корабль,

Скоро-борзо выноси мой ту́гой лук,

Мой ту́гой лук в двенадцать пуд,

Калену стрелу в косу сажень!

60 Илья Муромец по кораблю похаживает,

Свой тугой лук натягивает,

Калену стрелу накладывает,

Ко стрелочке приговаривает:

— Полети, моя каленая стрела,

65 Выше лесу, выше лесу по подне́бесью,

Не пади, моя каленая стрела,

Не на́ воду, не на́ землю,

А пади, моя каленая стрела

В турецкой град, в зелен сад,

70 В зеленой сад, во бел шатер,

Во бел шатер, за золот стол,

За золот стол, на ременчат стул,

Самому Салтану в белу грудь,

Распори ему турецкую грудь,

75 Ращиби ему ретиво́ сердце!

Ах, тут Салтан покаялся:

— Не подай, боже, водиться с Ильей Муромцем,

Не детям нашим, не вну́чатам,

Не вну́чатам, не правнучатам,

80 Не правнучатам, не пращурятам!

43 О Соколе-корабле

Ай по мору же по синему Хвалынскому

Туды бегал-то Сокол-корабль по тридцать лет,

Он по три года на якоре не стаивал,

Ко крутому бережечку не пришативался,

5 Ко морским желтым песочкам не присачивался,

Краю желтого песочка [в] глазах не видал.

Еще всем-то Сокол-корабль изукрашен был,

Еще нос ли корма по-туриному,

Ну бока були[6] взведены по-лашиному,[7]

10 Ну на Соколе на корабле немного людей,

И только три удалы добры молодцы.

Ну что носом-то владал млад Полкан-богатырь,

Ну кормою-то владал млад Алеша Попов,

На середочке сидел Илья Муромец,

15 На середочке сидит, всем он ко́раблем владат.

На Полкане-то шапка железная,

На Алешеньке сапожки зелен сафьян,

На Ильюшеньке кафтанчик рудожелтой камке́,

На кафтане-те петельки шелко́выя,

20 Во петельках пуговки золо́чены,

Во каждой во пуговке по камушку,

Ну по дорогу по камушку по яхонту,

Во каждом во камушке по льву́-зверу.

Нападали на Сокол-корабль черны вороны,

25 Ну крымские татара со калмыгами,

Ну хотели-то Сокол-корабль разбить, разгромить,

Ну разбить, разгромить и живком задавить.

Тут Ильюшенька по кораблю похаживает,

Он тросточкой по пуговкам поваживает

30 Ну во пуговках камушки разгоралися,

Его лютые звери рассержалися,

И что крымские татары испужалися,

А калмыги в сине море побросалися,

А удалы добры молодцы оставалися,

35 От Киева до Чернигова добиралися.

44 [Илья Муромец на Волге]

Ох вы, рощи, рощи зелены́е, ли́пушки цветны́е!

Кустарнички молодые, орешнички густые!

Разростились, расплодились по крутым берегам,

По крутым берегам, всё по бы́стрыим рекам,

5 ’Коло Волги, ’коло Камы, ’коло Дона-реки!

Обтекают эти речки славны русски города;

Протекает река Волга ’коло Муромских лесов,

Как плывут-то восплывают кра́сны лодочки на ней:

Красны лодочки краснеются, на гребцах шляпы чернеются,

10 На самом-то ясауле чёрна со́боля колпак.

Они едут — воспевают всё про Муромски леса,

Они хвалют-величают ясаула молодца́,

Ясаула молодца́, Илью Муромца!

КАЗАЦКИЕ БЫЛИННЫЕ ПЕСНИ ОБ ИЛЬЕ МУРОМЦЕ

45 Илья Муромец выезжает в поле

1 Ай, во городе что не стук стучит,

Ай, что не стук-то стучит, что не гром-то гремит —

Илья Муровец,

2 Ай, пертирает свою сбрую, сбрую ратную;

Ай, что копье об копье сам позвякивает,

Свет Илюшунька.

3 А он и стремечко он о стремечко,

Ай, сам пощелкивает, свет Илюшунька,

Илья Муровец:

4 — Ай, государь ты родимый, родной батюшка!

Ой, государыня ты родимая,

Моя матушка!

5 Ой, вы дозвольте мне всё коня седлать,

Ой, мне коня оседлать, мне буланого,

Черногривого,

6 Ой, вы дозво... вы дозвольте мне во чисто́ поле,

Ой, во чисто́-то поле мне проехати

Богатырское,

7 Ай, богатырскую силушку испробовать,

Ай, мне испробовать! — Да заплакала

Его матушка:

8 — Ай, да ты, чада моя, чада, чада милая,

Ай, ты поедешь, Илья, чада милая,

В чужу сторону,

9 Ай, потеряешь свою буйну голову.

Ой, да и кто жа нас допои́т, докорми́т

Всё при старости?

10 — Ай, ты не плачь, ты не плачь, моя матушка!

Ой, я побью, погромлю всех бого́тырей,

Илья Муровец;

11 Ай, я побью, погромлю всех бого́тырей,

Ой, я свернусь, ворочусь, Илья Муровец,

К своей матушке;

12 Ой, я свернусь, ворочусь к своей матушке,

Ой, я дове́к-то буду и поить, и кормить

Свою ро́дную.

13 Ай, допою, докормлю свою матушку,

Ой, да родимого свово батюшку —

Свет Илюшунька!

46 Илья Муромец-Кузютушка собирается во дики степя

1 Ай, да не горы-то сы горами

Сыходилися,

Да не лесы-то сы лесочками

Сыклонялися, —

2 Ай, да и кланялся сын Кузютушка

Своему батюшке,

Государыне да родимой своей

Родной матушке:

3 — Ай, государь ты мой да родимый,

Ро́дный батюшка,

Государыня ты родимая,

Моя матушка!

4 Ай, да купите вы мне, Кузютушке,

Коня доброго,

Коня доброго мне, Кузютушке,

Неученого,

5 Ай, неученого мне конёчика,

Уражоного, —

Да я сам-то его, ведь конёчика,

Я сам выезжу,

6 Ай, да я сам его, что-й конёчика,

Я сам выезжу,

По карахтеру всё конёчика

Свому выучу!

7 — Ай, да не вмеешь ты, моя чадушка,

Ты коня седлать,

Что коня-то седлать, моя чадушка,

Из ружья стрелять,

8 Ай, из ружья стрелять, моя чадушка,

Из винтовочки!

— Да позвольтя жа мне, что-й батюнюшка,

Ехать в полюшка,

9 Ай, сы донскими-то казачёчками

Показаковать,

Мне добра-то коня, вот Кузютушке,

Попроезживать!

10 Ай, залился-то он, что-й Кузютушка,

Горючо́й слезой,

Да-й подался бы он во дики́-то степя́,

Во зака́заны.

11 Ай, поджидал-то он, всё Кузютушка,

Всё дики́х табунов,

Поимал-то себе коня буйного,

Золотистого,

12 Ай, надевал-то он, сын Кузютушка,

Узду шо́лковую,

Накидал-то он да-й седелица

Всё черкесская,

13 Ай, застяга́л жа он все двенадцать подпруг

Сы подпружечкою,

Ну не для красы-то красы вот подпружечки,

Да для крепости.

14 Ай, вот садился жа сын Кузютушка

На конёчика,

Да стрелял жа он, сын Кузютушка,

Из ружелица.

15 Ай, что не стук стучит, ну, во городе,

Да не гром-то гремит, —

Вот Кузютушка на буйном коне,

Как соко́л, летит.

47 Разбойники нападают на Илью Муромца

Воздалече, воздалече было во чисто́м поле,