Черкасов хотел помочь ей вставить хуй, но Си Унь шепнула.
– Сама.
Хуй с трудом вонзился в узкое азиатское лоно. Китаянка задвигала задом, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее. Черкасову доводилось трахаться с лучшими шлюхами Владибурга, но то, что происходило с ним сейчас не было сексом. Это было что-то другое. Это был древний ритуал.
– А! А! А!
Хуй подрагивал, нагреваясь от быстрых движений.
– А! А! А!
И вновь Си Унь не дала своей жертве кончить.
Наклонившись, заглотила залупу, затем весь хуй исчез во рту. Показался на миг, вновь исчез. Показался-исчез.
Азиатский ротик! Что в тебе такого? Как ты умудряешься сдавливать залупу так, что в мозге вспыхивают сладостные картины, щекотать уздечку так, что райские трубы звучат в ушах?
Черкасов закричал.
На этот раз Си Унь не мешала вольному порыву семени. Сперма хлынула ей в рот, Си Унь глотала, глядя на Идеолога Империи. Его лицо показалось ей сейчас удивительно уродливым.
Глава 20
Снегирев напряженно взглянул на Си Унь.
- Вы от Берислава Анатольевича?
- Да, Виталий Витальевич.
Вождь воткнул лыжные палки в сугроб. Присел, расстегнул застежки, снял лыжи.
- Инструктор по китайской йоге?
- Не йоге, Виталий Витальевич. Особый Курс Омоложения, вершина мастерства великого мастера Вонг Пей.
Снегирев шмыгнул носом, сплюнул на снег.
- Вонг Пей?
- Да.
- Так почему Наши Китайские Друзья не прислали самого Вонг Пей?
- Она умерла, Владимир Владимирович, - понурилась Си Унь. - Я ее лучшая ученица.
Снегирев смотрел на девушку, точно не понимая, о чем идет речь. Метрах в двадцати от него темнели спины секьюрити.
- Ясно, - наконец, сказал он. - Одну минуту.
Снегирев сунул руку в карман куртки с вышитыми буквами «СССР» на груди. Достал телефон.
- Алло! Алло, Берислав! Слава, тут подошла девушка, китаянка. От тебя? Ну ладно. А то я думаю, что за дерьмо, откуда она знает Пароль. Мои молодцы ее чуть не пристрелили.
Снегирев засмеялся.
- Слушай, Берислав, что это еще за Китайское Омоложение, о котором она толкует? Вот как? Ни хрена себе. Ясненько, Слава. Ну, до связи. А? Что делаю? Да на лыжах катался. Ну, бывай, брат. Мите привет.
Снегирев спрятал телефон в карман, застегнул пуговку. Посмотрел на Си Унь.
- Пойдемте.
Он взял лыжи в одну руку, палки - в другую и зашагал в сторону виднеющейся черепичной крыши большого дома.
Си Унь пошла рядышком, секьюрити следовали на все тот же почтительном двадцатиметровом расстоянии.
- Напомните, как вас зовут?
- Си Унь, Виталий Витальевич.
- Черкасов лестно отозвался о вас.
- Я рада, - искренне улыбнулась девушка. – Берислав Анатольевич был так добр ко мне.
- Говорит, помолодел лет на двадцать от твоих манипуляций, - усмехнулся Снегирев. В его голосе отчетливо проскользнула зависть.
Секунд двадцать шли молча.
- Так вы хотите в штат, на зарплату? - осведомился Снегирев, стряхнув лыжной палкой снег с еловой лапы. - Нужно все это оформить, как положено.
- Я готова работать добровольно, Виталий Витальевич.
Снегирев удивленно вскинул бровь, и Си Унь поняла, что сморозила глупость.
- Ну, за символическую оплату, - поспешила вставить она.
- Сколько же для вас символическая оплата?
- Пять тысяч долларов.
В глазах Снегирева Си Унь прочла понимание, и мысленно обругав себя, решила быть впредь осторожней. Альтруизм здесь не в почете.
- Подумаем, - сказал Снегирев.
Они подошли к дому канадского типа, сложенному из толстых ошкуренных бревен. Крупный мохнатый пес с радостным лаем ринулся к ним, с ходу вскинул лапы Снегиреву на грудь, чуть не повалив Вождя.
- Ну-ну, Алтай, успокойся.
- Хозяин вернулся.
С заискивающей улыбкой к ним приблизилась молодая и очень красивая женщина. Снегирев посмотрел на нее холодно и пренебрежительно.
- Карина, забери собаку.
Карина вцепилась в ошейник и потащила пса к сараю.
Снегирев оставил лыжи-палки у крыльца. Распахнул дверь.
- Прошу.
Си Унь вошла в широкую прихожую, пахнущую кожей, мехом и деревом.
- Смелее, - Снегирев легонько подтолкнул ее в спину.
В гостиной горел камин. Повсюду на стенах - оружие. Ружья, снайпереки, автоматы. Какой-то из этих стволов подарил смерть архару, чья голова с толстыми спиралями рогов, бестолково таращилась на пришедших. На полу, - шкура медведя с разинутой пастью. Здесь пахло шашлыком, дымком, и, опять же, кожей, мехом и деревом.
- Берлога охотника, - скромно улыбнулся Снегирев. - Присядьте.
Си Унь уселась в плетеное кресло неподалеку от камина. Снегирев опустился во второе. Между ними - короткопалый столик, на котором - снедь.
- Угощайтесь.
Снегирев протянул Си Унь шампур. Рот девушки наполнился слюной, и она поняла, что дико голодна. Еще бы - перелет от Владибурга до Сочи, затем тряска в такси, электросани, пешкодрал по сугробам. Как не устать и не проголодаться?
- Благодарю.
Ее зубы скрипнули по железу, когда она сдирала с шампура кусок сочного мяса. Си Унь смущенно улыбнулась. Снегирев отвернулся, стал смотреть на огонь. Сам он ничего не ел.
Доев шашлык, Си Унь протянула руку за соком.
- Возьмите вина.
Снегирев собственноручно наполнил бокал, протянул китаянке. Девушка сделала глоток. Ого. Это было лучшее вино, что она пробовала в жизни.
В гостиную вошла Карина.
Снегирев раздраженно взмахнул рукой, и женщина скрылась. Как привидение.
-Я сыта, Виталий Витальевич, - сообщила Си Унь.
Ее губки жирно блестели.
Снегирев взял салфетку, протянул девушке.
- Расскажите мне про Омоложение.
В глазах Вождя отражался огонь камина.
- Это новейшая методика, вобравшая в себя секреты древних мастеров, - заученно выдала Си Унь. - Мы совмещаем несколько видов китайской медицины, направленной на омоложение организма, включая китайский массаж, китайские ванны, китайское иглоукалывание, китайскую травотерапию и китайский ...
Она умолкла, глядя на Вождя.
- Китайский что? - спросил Снегирев.
- Китайский секс, Виталий Витальевич.
Глава 21
- Вы шутите?
Си Унь отрицательно покачала головой.
- Нет, Виталий Витальевич, я не шучу. Китайский секс - главнейшее условие омолаживания. Без него не получится.
Она развела руками и невольно улыбнулась: таким растерянным и жалким выглядел в эту секунду Вождь «величайшей» (а на деле - одичавшей) Империи. Русские: какие они все-таки птенчики.
- Но послушайте, Си Унь, - хрипловатым голосом сказал Снегирев. - У меня есть жена... Карина. Нельзя ли ... без этого?
- Виталий Витальевич, никак невозможно, - отчеканила девушка.
Снегирев задумался, глядя на голову архара. Похрустел пальцами.
- Но что вы имеете ввиду под «китайским сексом»?
В голосе Вождя теплилась надежда.
«Как он верен своей Карине», - с некоторым уважением подумала Си Унь.
- Проникновение вашего члена в мое влагалище, разумеется.
Снегирев взял со столика яблоко. Откусил. Положил обратно.
«Старый импотент», - с неожиданной злобой подумала Си Унь. Ей еще не приходилось уламывать мужика заняться с ней еблей.
- А скажите, Черкасов, он тоже... Ну...
- Да, Виталий Витальевич, Берислав Анатольевич выеб меня.
- Выеб, - повторил Снегирев. - Черкасов вас выеб...
И тут он решился.
- Хорошо! Хорошо, Си Унь.
Девушка испытала громадное облегчение, никак, впрочем, на ее лице не отразившееся. Дорогой товарищ Си Цзиньпин, дорогой и нежно любимый Народ, пока все идет по Плану.
- Я рада, что вы пришли к такому решению, Виталий Витальевич, - вполне искренне сказала Си Унь. - А то, я уже подумала, что я уродина.
Она вытянула к огню длинные ноги, от одного вида которых у любого Члена Партии КНР задымились бы штаны, но Снегирев и бровью не повел.
- Сказать по правде, Си Унь, - Вождь улыбнулся, - я не большой любитель секса. Меня возбуждает другое.
- Что же?
Он долгим, оценивающим взглядом посмотрел на нее.
- Меня возбуждает власть.
«Ну, конечно, власть. Потому ты и желаешь омолодиться, чтобы и дальше править этой ущербной страной».
- Да, власть, - повторил Снегирев и кашлянул в кулак. - Черт, простыл. Что же касается секса, то, уверяю вас, выделывать то, что выделывает в постели Карина, не каждой женщине под силу. Она - олимпийская чемпионка по синхронному плаванию.
- Я не собираюсь соревноваться с вашей женой, Виталий Витальевич. Моя задача - омолодить вас.
- Прекрасная, возвышенная задача.
Снегирев усмехнулся.
- Однако хотелось бы поговорить по функционалу наших ... занятий.
- Что вы имеете ввиду, Виталий Витальевич?
- Ну, как все это будет происходить?
- Виталий Витальевич, разумеется, я составлю индивидуальный план и расписание...
- Си Унь, вы меня не поняли. Я хочу знать, как будет проходить наш с вами секс.
- Виталий Витальевич, - девушка улыбнулась, - я все еще не понимаю вас.
На самом деле, Си Унь все поняла.
- Можно ли использовать гондон?
- Разумеется, нет, - жестко сказала Си Унь.
- Вот как...
- Виталий Витальевич, у меня на руках все анализы, я абсолютно здорова. Меня, как вы помните, проверял Берислав Анатольевич.
- Да-да, я помню, - кивнул Снегирев.
- И я бесплодна. О чем также есть справка.
- Ясно.
Снегирев откинулся на спинку кресла. Си Унь видела: Вождь доволен.
С чего начинается Родина
С картинки в твоем букваре.
Снегирев вынул мобильник.
- Алло? Далияр Степанович? Секунду.
Он прикрыл рукой нижнюю часть телефона.
- Си Унь, вы свободны. Карина или Сергей укажут ваши апартаменты.
Си Унь поклонилась, сложив руки на груди, и направилась к двери.