Горкентаун, небольшой городок, построенный вместе с фортом много веков назад, находился в двухстах лигах севернее Карлона у южного входа в Горкен-проход и служил главным опорным пунктом ахаров на севере.
— Мы всегда теряем солдат зимой, — заметил Джейм. — Кто-то непременно замерзнет, заблудившись в снегах.
Гилберт нахмурился, недовольный тем, что его прервали.
— В прошедшую зиму наши потери катастрофически возросли, — продолжил он назидательно. — К тому же солдаты Горкен-форта одни из лучших в Ахаре, все — из личной гвардии герцога Борнхелда. Как мне стало известно, и герцог, и лорд Магариз, командир Горкен-форта, крайне встревожены, что потеряли за зиму восемьдесят шесть человек. Да, зима — враг ахаров, но теперь оба предполагают, что среди снежных заносов завелся и другой враг.
— Вряд ли герцог Борнхелд так уж встревожен, — спокойно возразил Морисон. — Последнее время он все крутится при дворе, хотя наместнику Ихтара самое место в своей провинции.
Гилберт сверкнул глазами. Похоже, его принимают за недоумка — его, который денно и нощно трудится, собирая нужную информацию.
— Герцог Борнхелд был в Ихтаре в месяце Цветов и в месяце Роз, брат Морисон, и не только в своих резиденциях в Хсингарде и Сигхолте, но и в Горкентауне, куда ездил специально, чтобы проинспектировать гарнизон. Возможно, брат Морисон, ты был слишком занят сбором церковной десятины и потому не знаешь об этом.
— Гилберт! — гневно воскликнул Джейм.
Гилберт неохотно склонил голову, показав стриженую макушку. Вряд ли он пожалел о своих словах, но по сердитому взгляду Брата-Наставника нетрудно было понять, что юноше не избежать порицания, когда останется с ним с глазу на глаз.
Подняв голову, Гилберт невозмутимо спросил:
— Продолжать?
Джейм раздраженно кивнул.
— Солдаты из Горкен-форта нашли несколько трупов, в которых признали своих погибших товарищей, — сообщил Гилберт ледяным голосом. — Так вот, эти трупы были наполовину съедены. Ни в Ихтаре, ни в Рейвенсбанде не водятся звери, которым по силам справиться с закованным в доспехи солдатом, вооруженным мечом и пикой.
— Может, солдаты стали жертвами снежных медведей? — предположил Джейм. — Ходят слухи, что на крайнем севере Рейвенсбанда эти звери нападают и на людей.
— Горкен-форт слишком далеко от места обитания этих хищников, — возразил Гилберт. — Чтобы попасть в Ихтар, медведям пришлось бы пройти по Горкен-проходу, а это шестьдесят лиг, или перевалить через Ледяные Альпы, но медведи в горы не забираются, — Гилберт покачал головой. — Полагаю, снежные медведи здесь ни при чем.
— Может, к гибели людей причастны рейвенсбандцы? — задумчиво проговорил Морисон.
Рейвенсбанд, расположенный в дикой бесплодной местности, формально считался еще одной провинцией королевства, которой также управлял Борнхелд. Эту провинцию населяли полудикие племена, занимавшиеся охотой на тюленей и снежных медведей. Их мало что связывало с ахарами, и герцог с согласия короля почти не вмешивался в их жизнь.
— Полагаю, что и рейвенсбандцы здесь ни при чем, — с расстановкой ответил Гилберт. — Они пострадали не меньше наших солдат. Часть племен рейвенсбандцев уже подалась в Ихтар. Их люди рассказывают страшные вещи.
— Что именно? — спросил Джейм.
— А то, что вместе с ветрами, дувшими всю последнюю зиму, перемещались с места на место кровожадные существа, охотившиеся за человеческой плотью. Узнать об их приближении можно было только по шепоту, доносившемуся с порывами ветра, а увидеть лишь после того, как они наедятся. До нападения на жертву они невидимы, а насытившись, светятся ее кровью. Рейвенсбандцы, не боящиеся даже снежных медведей, всю зиму старались не отходить далеко от дома.
— И что же, все жертвы этих существ безропотно умирали?
— Вовсе нет. С этими существами сражались, но, говорят, они бестелесны. Меч протыкает их, не причиняя вреда. Человек, схватившийся с этими существами, почти наверняка обречен. Только немногим удалось унести ноги.
— Может, эти кровожадные существа действуют по указке отверженных? — шепотом предположил Морисон, первым отважившись назвать имя противника, которое у всех крутилось на языке.
— Подожди, Морисон, — сказал Джейм. — Пусть Гилберт расскажет все до конца, — все трое уже забыли о недавней размолвке, вызванной неуместным замечанием Гилберта.
— Солдаты лорда Магариза также видели эти призраки, видели перед смертью, — зловеще продолжил Гилберт. — Это стало известно со слов тяжело раненного солдата, который, перед тем как испустить дух, успел доложить Магаризу о схватке с противником. Так вот, этот солдат рассказал, что его атаковали бестелесные существа, против которых его оружие оказалось бессильным.
— Как этим призракам удалось ранить солдата, закованного в доспехи? — недоуменно спросил Джейм.
— По словам умиравшего, эти бестелесные существа просочились в щели между доспехами и одеждой и в конце концов добрались до тела.
Все трое содрогнулись от ужаса. Брат-Наставник закрыл глаза и воззвал мысленно к Артору, обратившись к нему за помощью.
— Почему же этого солдата не съели? — спросил Морисон.
— По-видимому, они были сыты, разделавшись с остальными солдатами из дозора, — ответил Гилберт.
Джейм встал и подошел к шкафу.
— Думаю, Артор простит нас, если мы выпьем немного вина в неурочный час, — сказал Брат-Наставник, доставая из шкафа бутылку с красным вином и три стеклянных бокала.
Разлив вино по бокалам, Джейм приподнято произнес:
— Широкой борозды, глубокой борозды!
— Широкой борозды, глубокой борозды! — ответили в один голос его помощники, повторив фразу, служившую членам братства и здравицей, и приветствием, и напутствием.
Ритуал и выпитое вино придали собеседникам силы.
— Какие еще известия с севера, Гилберт? — спросил Джейм.
— На севере зима выдалась на редкость суровой. Вы помните, что даже мы страдали от холода и в месяце Ворона, и в Голодном месяце, а снеготаяние началось лишь в месяце Цветов. На севере снег начал таять еще позже, а на Уркхартских горах пролежал все лето.
Джейм удивленно поднял брови. Похоже, Гилберт осведомлен о положении дел во всем королевстве. Вероятно, у него свои источники информации, о которых не знает даже он, Брат-Наставник.
— Если снег лежал на Уркхартских горах и летом, то, вероятно, холода долго держались и в Горкентауне. Скажи, Гилберт, а в летние месяцы эти бестелесные существа появлялись?
— Нет, эти призраки появлялись только зимой.
— Впереди следующая зима, — Джейм тяжко вздохнул. — Видимо, нас ожидают новые беды.
— Так думают и наши братья из обители Горкентауна, — угрюмо сообщил Гилберт.
В Горкентауне располагалась небольшая обитель, в которой жили монахи, приверженцы аскетизма и созерцательного образа жизни, стремившиеся к религиозному совершенству.
— Чем они руководствуются?
— Считают, как уже предположил Морисон, что бестелесные существа действуют по указке отверженных.
— У них на то есть веские основания?
— Они разговаривали с солдатами, а некоторые из братьев в зимние ночи видели во сне демонов.
— Хороши основания! После твоих сообщений, Гилберт, мне тоже ночью снятся кошмары, но я не причисляю тебя к отверженным.
Довольный собственным остроумием, Джейм рассмеялся. Морисон хмыкнул. Гилберт натянуто улыбнулся.
— А скажи, Гилберт, сами братья из Горкентауна видели что-нибудь необычное? — мягко спросил Морисон, стараясь скрасить тяжеловесный юмор Брата-Наставника.
— Ничего необычного сами они не видели, но они сообщают о панических настроениях в городе, о брожении среди солдат гарнизона. Поднять дух людей не могут даже молитвы. Люди боятся ходить по улицам. Страшатся встречи с отверженными.
— Об этих отверженных мы ничего толком не знаем, — в сердцах сказал Джейм. Он поднялся и заходил взад и вперед по комнате, досадуя, что не в силах правильно оценить обстановку, сложившуюся в Ихтаре.
Остановившись, Джейм поднял глаза на Гилберта.
— Оставим пока в покое братьев из Горкентауна. Что сообщают из Смиртона?
Поселок Смиртон стоял на Хлебородной равнине вблизи долины Отверженных, и Джейм не без основания полагал, что если отверженные снова нападут на Ахар, то, выдвинувшись из леса Теней, они начнут наступление из долины, угрожая равнине, житнице королевства.
— Из Смиртона тоже тревожные сообщения. Брат Хаген, местный Хранитель Плуга, уведомил о появлении вблизи долины Отверженных странных существ. За последние несколько месяцев их видели пять раз. Эти создания не имеют ничего общего с теми призраками, о которых мы говорили. Они похожи на людей, но только похожи. Эти существа невысоки и мускулисты, черноволосы, со смуглыми лицами. В темноте их почти не видно. Впрочем, они еще никому не причинили вреда. Скорее сами избегают людей. Каждый раз, когда видели подобное существо, у него на руках был ребенок, и хотя в поселке дети не пропадали, жители уже с наступлением сумерек запирают двери и окна. Возможно, эти существа украли ребенка где-нибудь в другом месте.
— Чем же они отличаются от людей? — спросил Джейм, остановившись около Гилберта.
Советник пожал плечами.
— Я только пересказываю сообщение Хагена. В детали он не вдается.
Джейм вздохнул и похлопал Гилберта по плечу.
— Все-таки я не думаю, что нам угрожают отверженные.
Все ахары прекрасно знали, что тысячу лет назад их предки в течение долгих десятилетий воевали с отверженными, вторгнувшимися в Ахар. В результате боевых действий, названных «Войнами Топора», захватчики были изгнаны, отступив туда, откуда пришли — в Ледяные Альпы и лес Теней. Победив, ахары вырубили в стране все леса, убедившись во время войны, что лесные чащобы помогают противнику укрываться. Однако после победы зародилось поверье, что отверженные вернутся и с помощью колдовства снова попытаются покорить королевство. Преданию верили, и отверженными даже пугали непослушных детей.