— Лисах. Тебе было с ним больно? — вдруг спрашивает Олс.
Глава 11. Поцелуи
Олс буквально прожигает меня давящим пытливым взглядом, и я даже не имею сил отвести глаза. Только и могу, что обнять себя за плечи защитным жестом.
— Было, — осторожно признаюсь я, — но очень недолго. Потом стало хорошо.
Смущаюсь, но не отвожу взгляда, теряясь в темноте его глаз.
— Первый раз у людских женщин может быть больно, — пристально глядя на меня, говорит он.
Я пожимаю плечом, всё же опускаю глаза.
— Ева, скажи мне, — в его голосе проскальзывают опасные интонации. — Второй раз тоже? Болело?
Мои щёки пылают, мне неловко об этом говорить.
Олс берёт мой подбородок своей большой рукой, мягко, но непреклонно давит вверх, вынуждая поднять голову и взглянуть в его глаза.
— Второй раз, — повторяет он. — Болело?
— Чуть-чуть, — тихо говорю я, — намного меньше, чем в… в первый. Сразу прошло.
Отшатываюсь от Олса — потому что Олс хмурится, его нижняя губа оттягивается вниз, проявляя два громадных клыка. Он тут же плотно закрывает глаза, и клыки втягиваются назад.
Олс делает глубокий вдох, выдох, разжимает судорожно сжатые кулаки. Смотрит на меня.
Теперь его лицо выглядит прежним. Даже с лёгкой улыбкой.
— Эта злость не для тебя, не бойся. Иди ко мне, маленькая, — протягивает он мне руку. — Со мной тебе больно не будет.
Я наоборот, делаю шаг назад. Ну их всех. Клыкастых.
Олс вдруг оказывается рядом со мной — пугая своей скоростью, немыслимой для таких больших размеров.
Заключает меня в осторожные объятия — нигде не давит. Но и не дёрнуться. Не двинуться.
Замираю, дрожа всем телом.
— Мой поцелуй тебе понравился, — в его голосе проявляются возбуждающе-рычащие интонации.
И меня от одного звука его властного голоса тут же охватывает жар. Моя магия пробуждается в ответ на изменившийся тон его голоса, волнуется, что-то требует от меня.
Олс наматывает мои волосы на кулак, легко, совершенно не больно — тянет, вынуждая запрокинуть голову. И накрывает губами мои губы.
Властно, неотвратимо. Присваивая, подчиняя.
Лаская, одаривая.
У меня вырывается хриплый стон, мои губы сами открываются для него.
Моя магия раскрывается, принимая давление его внутренней силы, сплетается, растворяется с ней, становясь чем-то намного большим.
Во всём теле вспыхивает пламя, хочу, чтобы сильнее прижимал к себе, ещё жарче целовал, откровеннее ласкал.
Но я обездвижена в его могучей хватке. Даже двинуться не могу, обнять, обвить шею руками, хотя нестерпимо хочется.
Всё, что мне доступно — отвечать на поцелуй, неумело повторять движения его языка и твёрдых губ, и глухо постанывать от его поцелуя.
— Сладкая Ева, — выдыхает он, отрываясь от моих губ и осыпая лицо поцелуями. — Маленькая, невесомая. Нежный цветок. Тебя же тронь сильнее, отметины останутся. Или что похуже. Но я не боюсь тебя трогать, — движение широких ладоней по спине, вниз, на мои ягодицы, — знаю, что хрупкая. Ни за что не наврежу тебе.
Он сжимает меня сильно и бережно за ягодицы и спину, поднимает, прижимая к себе, и несёт к постели.
Не знаю, как Олс этот делает, но теперь страха меньше… наоборот, томление, переходящее в предвкушение. Но всё равно, опасений у меня много.
— Лисах давал мне возможность отказаться, — выдыхаю я, хватаясь за его мощную шею.
— Ты же не отказалась, — усмехается он, укладывая меня на мягкую постель.
Я сжимаюсь, смотрю на него, разрываясь между страхом и жгучим желанием.
— Чего боишься? — спрашивает он, нависая надо мной и проводя ладонью по моей груди. — Всё уже случилось.
Краснею, выгибаясь под его лаской.
— Ты… больше Лисаха, — всё же признаюсь я. — Очень боюсь, Олс. Очень.
Он не утруждается тем, чтобы найти завязки на платье. Легко разрывает ткань на мне, отбрасывает в сторону.
Перехватывает мои запястья, когда я пытаюсь прикрыться, разводит их широко в стороны.
— Я не буду овладевать тобой, пока ты сама не попросишь, — твёрдо говорит он. — Есть много способов дать наслаждение жене без проникновения. Я буду тебя целовать, Ева. Везде и много целовать. Пока сама не захочешь больше.
Его горячий рот накрывает мою грудь, умелый быстрый язык обводит сосок, давит, ласкает, лижет — вспыхнувшие в ответ ощущения рассеивают мой страх.
Другая грудь под его губами, ещё быстрее. Мой громкий стон.
Его поцелуи ниже.
Живот, мои раскрытые бёдра…
— Олс! Что ты.. Ох… как же… ммм… Оллллс…
Меня выгибает от умелого поцелуя на моих нижних губах. Олс держит мои ноги широко, раздвигает нижние губы языком, чертит возбуждающие узоры между ними, ласкает складки, втягивает ртом чувствительный бугорок.
От порочности его действий, я пунцовая, щёки пылают, но я ни за что сейчас не остановила бы его.
Моё удовольствие взрывается вулканом, заставляя содрогаться всем телом, пока большие руки Олса держат меня твёрдо и бережно.
— Вкусная, — хрипло говорит он и снова проводит языком по моим нижним губам, — ароматная, сладкая красавица. Мои поцелуи тебе нравятся.
Глава 12. Внутри
То, что делает со мной Олс, средний брат, предводитель орков — стыдно, запретно, немыслимо.
Я осознаю всю недопустимость, но вынуждена признать: да, мне нравится…
Олс проводит ладонями по внутренней стороне моих раскрытых бёдер, не давая их свести. Рассматривает моё пульсирующее наслаждением лоно.
Мои жалкие попытки отодвинуть его бессмысленны, он как камень неподвижен, жадно рассматривает мои нижние губы.
— Мой нежный цветок, — сглатывает Олс и облизывает губы. — Вечность бы пробовал тебя, дышал твоим ароматом.
Он снова целует мои нижние губы, медленно втягивает в рот то одну губу, то другую, проводит языком между ними, обводит вокруг чувствительного бугорка.
Мой громкий стон взлетает под свод шатра, меня выгибает удовольствием.
Олс целует меня снова и снова, обрушивая меня в бурное удовольствие.
Вскоре я теряю способность думать. Его жадные опытные губы, его большие горячие руки везде, на моём теле.
Живот, грудь, руки, бёдра, стопы, шея… Олс заласкивает меня всю… и снова целует между ног, в подрагивающей желанием точке.
Олс переворачивает меня на живот, целует спину… О… как он это делает… м…
Лаская ладонями мою грудь, плечи, ягодицы, бёдра… вырисовывает на моей спине чувственный узор из движений умелых губ и горячего языка.
Безумие… Я уже и стонать не могу, только дышу жадно, дрожу от желания. Оно нарастает, становится нестерпимым… Я уже всё хочу, его, Олса, моего огромного горячего орка, умело и неотвратимо погружающего меня в лаву желаний.
— Олс… мм… ох, Олс… — шепчу как в бреду, — пожалуйста… хочу…
— Позже, моя нежность, — довольно отзывается Олс низким хриплым голосом. — Но кое что я могу дать тебе сейчас…
Продолжая целовать мою спину, Олс властным движением раздвигает мои ноги широко и я чувствую на нижних губах его пальцы.
Ох… Это иначе, чем его губы, но тоже… идеально… Выцеловывая верх спины между моих лопаток, он ласкает меня пальцами между складок, и… погружается пальцем внутрь.
Ммм… уже два пальца, внутрь и наружу, снова и снова погружает их в меня, массирует переднюю стеночку, это даёт мне новое удовольствие, я взрываюсь наслаждением с громким стоном, содрогаясь всем телом, ритмично сжимая влагалищем его пальцы.
Растекаюсь расслабленно на мягкой перине, кожа теперь такая чувствительная… Олс и не думает убирать из меня пальцы, продолжает целовать спину…
Поворачиваю голову к нему… ого… когда он успел раздеться?…
Он просто огромный, с совершенными рельефными мускулами, гармонично-бугристыми руками, мощными пластинами груди, рельефными кубиками пресса, и здоровенным напряжённым членом…
Впервые снова пугаюсь, он правда собирается запихнуть эту дубину в меня?!
— Тихо, маленькая, — понимающе усмехается Олс, — всё позже. Когда ты будешь готова.
Берёт мою руку и кладёт… на свой член… Краснею, но не могу отвести глаз. И руку не хочу отнимать.
В свете огней шатра изумрудный оттенок его кожи выглядит для меня привлекательно… привыкла?.. Как же меня тянет к нему… Трогать его член, оказывается, мне очень нравится.
Шелковистый, гладкий, твёрдый, горячий. С небольшим аккуратным навершием, рельефными венами, ровный и прямой… Красивый, только крупный очень.
— Нравится трогать? — спрашивает он, когда я смелее глажу его.
— Очень… — признаюсь я.
Мои щёки пылают, но я ни за что на свете сейчас бы не отняла руки. Слишком нравится.
— Поцелуешь? — смотрит на меня с жадным предвкушением. — Тебе понравилось, как я тебя целовал. Мне тоже понравится, если ты меня так поцелуешь.
Я просто теряю дар речи. Это так порочно, неправильно, и… притягательно. Мне хочется отблагодарить его за доставленное мне удовольствие.
Сглатываю и робко киваю.
Олс поднимается на коленях, приближает свой член к моему лицу, кладёт большую ладонь на мой затылок, погружается пальцами в мои волосы.
От этого молчаливого приглашения у меня кровь вскипает. Губы сами тянутся к нему… Медленно приближаюсь… Олс не давит рукой, просто перебирает мои волосы, ласкает кожу под моими волосами кончиками пальцев, и это тоже очень приятно…
Вдыхаю его запах — свежий, чистый, терпкий, притягательный. Легко трогаю подрагивающую головку губами.
— Раскрой губы, обхвати, лизни, — тихо-тихо произносит Олс.
Вроде и приказывает, но смягчает голос… Делаю, как он говорит. Смачиваю языком свои губы и обхватываю его член губами. Ммм… вкусный…
Рука Олса в моих волосах вдруг становится монолитной, не давая мне отстраниться… Он делает несколько толкающих движений в моём рту, неглубоко, коротко, это возбуждает меня до крайности.
Он резко вдыхает и выдыхает, отстраняется. Игнорируя мой возмущённый возглас, снова укладывает меня на подушки, и начинает целовать. Сначала я на спине… мои грудь, шея, живот, снова грудь под его жадными губами.