- Иначе он не оказался бы у тебя, - вместо этого ответил Шимура, просматривая сухую выжимку данных, изложенных на бумаге.
- Основную особенность объекта они уже раскрыли, - начал Орочимару, готовясь выстроить разговор в нужном для себя русле. В конечном счете, некоторые сведения он намеревался оставить при себе. Особенно после сделанных им неожиданных открытый, - этот человек почти полностью невосприимчив к чакре демона.
- Почти? – переспросил старейшина, сверкнув острым взглядом своего глаза.
- Он до сих пор в коме, - привел аргумент к своему «почти» ученый.
- И нет возможности сделать так, чтобы он из нее вышел? – голос Данзо выражал полное безразличие, но Орочимару прекрасно чувствовал сильный интерес главы пока еще всего АНБУ (на переправе коней не меняют, но Третий явно настороженно относился к возросшему влиянию своего старого друга на волне военного положения).
- На данный момент – нет. Мне не хватает данных, - говорить, что для получения этих данных было бы неплохо «покопаться» в объекте исследования при помощи скальпеля он не стал. Заинтересованность именно в живом и невредимом незнакомце со стороны начальства была очевидной
- Продолжай, - кивнул такому пояснению Данзо, не отрываясь от изучения документа.
- Для определения причин, по которым чакра Лиса не оказывала на него особо сильного негативного эффекта, мною была проведена проверка его собственной чакры. Результат вышел крайне занятным…
- …вся его чакра – на 80% состоит из чакры Лиса, - процитировал часть письменного доклада старейшина и перевел взгляд на Орочимару, - А такое вообще возможно?
- Сложно сказать, - пожал плечами саннин, - Мы не имеем доступа к таким личностям, как джинчюрики. Но исходя из данных о тех, с кем лично мне удавалось контактировать, то это пока уникальный случай…. Хотя, этот момент мне кажется, наименее интересный.
- Наименее? – хмыкнул старейшина с какой-то долей иронии, что на его каменном лице практически не отразилось, - Восемьдесят процентов чакры биджу в теле человека, при этом этот человек не джинчюрики, и опять же при этом эта чакра не наносит ему никакого урона…. Наименее? А что тогда наиболее?
- Чакра биджу у него, как и у любого джинчюрики – это приобретенная сила. И если биджу нет, то и запасы демонической чакры начнут иссякать. Причем, как правило, довольно быстро. Данный случай – полностью соответствует этому принципу. С того момента, как объект был доставлен мне в лабораторию и по сегодняшний день общий процент сокращения доли чакры лиса составил почти семь процентов.
- Куда медленнее, чем в «обычном» случае? – поинтересовался Шимура, сверля взглядом саннина. Тот кивнул.
- Можно и так сказать…. Если вычесть такую мелочь, как смерть после извлечения биджу у джинчюрики и неминуемую смерть у любого, кто получил такую порцию йокай, - с сарказмом заметил Орочимару. Сарказм, к слову, столкнувшись с ледяной стеной в виде без эмоционального взгляда старейшины, схлынул обратно.
- Я так понимаю, основная загвоздка заключается в оставшихся двадцати процентах, - заключил Данзо, бросив взгляд на записи.
- Именно так, - тут же кивнул саннин, ступив на непрочный лед. Говорить, что же собой представляют эти оставшиеся двадцать процентов чакры объекта исследования, он хотел меньше всего. И не собирался делать этого, скормив начальнику лишь часть правды.
- Запись гласит об особых точках сосредоточения собственной чакры исследуемого, - вновь привел информацию из доклада Орочимару.
- Да, - согласился тот, - Его чакра, находясь под давлением чакры лиса, сосредоточилась в определенных узлах его тела. И сформировала тем самым, защитный блок от проникновения йокай. Такие части организма, как мозг, сердце, печень, почки, половые железы, все восемь внутренних врат, очаг и желудок полностью защищены от негативного эффекта. Но это вряд ли бы сработало, если бы не дополнительные заслоны, которые работали чем-то вроде фильтра, которые заметно ослабляли йокай и делали ее более пригодной для организма.
- У чакры есть какие-то особые свойства? – поинтересовался Данзо, полностью сосредоточившись на Орочимару. Тот под испытывающим взглядом лишь пожал плечами.
- В каком-то роде, наверное. Сказать определенно точно пока сложно…. Тут дело скорее не в свойстве самой чакры, а в ее своеобразном использовании. Склоняюсь к тому, что в свое время объект, оказавшись в зоне воздействия йокай, смог выстроить свою чакру так, что она работала как неплохой защитный механизм. И та часть, которую я смог обнаружить и о которой я вам говорил – не единственная. Существовала еще одна, которая работала на поверхности. Уровень тенкецу.
- Хочешь сказать, что йокай проникла в его тело уже измененной благодаря фильтрам на тенкецу, оказалась в системе циркуляции, где наткнулась на очередные фильтры и постепенно смогла нейтрализовать весь отравляющий характер той чакры?
Орочимару кивнул. Данзо сделал нужный вывод, опираясь на его «рабочую» версию. И оставалось надеяться, что на этом все и закончиться.
- Здесь написано, что в генетическом плане у него есть определенные отклонения от нормы, - вернулся к документу Шимура, - Проясни этот момент.
- Особый геном. Высокая регенерация, предположительно очень сильный иммунитет к разным вирусным заболеваниям, равно как и к немалому списку ядов. Тесты пока еще не завершены, - рассказал чистую правду саннин и, переведя дыхание, спокойно начал соединять эту информацию с выданной им ранее теорией, подхваченную главой белых масок, - Способность создавать защиту от проникновения йокай вероятно также являются особой уникальной чертой данного генома.
- Геном заточенный за защиту и выживание, - задумался старейшина, на некоторое время казалось бы, полностью уйдя в себя, а затем потянувшийся к одной из лежащих рядом на его столе папок. Вскоре в руке Данзо оказалась небольшая фотография, которую он внимательно изучил под светом свечи. Саннин все это время молча ожидал продолжения от начальства. Оно не заставило себя ждать, - Дай его полную внешнюю характеристику.
- Хм…. Человек мужского пола, на вид предположительно лет на двадцать. Рост метр восемьдесят. Вес около пятидесяти килограммов. Очень худощав. Кожа бледная. Лицо – овальное. Глаза глубоко посаженые. Волосы – каштановые. Глаза – карие с заметно-красноватым оттенком и ромбовидным зрачком (не иначе под влиянием силы Лиса).
Данзо потер подбородок. Внимательно всмотрелся в записи. Порылся в еще одной папке, где некоторое время задумчиво вчитывался в какой-то документ.
- Весьма интересно, - сказал он, наконец, вновь пристально взглянув на собеседника, - Давай подытожим. Человек, личность которого нам не известна, обнаружен на месте запечатывания Девятихвостого лиса. По результатам анализа выявлено, что он обладает высокой регенерацией, иммунитетом к ядам и болезням, поразительной устойчивостью к йокай, которая попав в его организм, становиться для него совершенно безвредной благодаря довольно сложной системе защиты из его собственной чакры. Так?
- Совершенно верно, - кивнул саннин.
- При всем этом до сих пор восемьдесят процентов его чакры составляет демоническая йокай, пусть и несколько ослабленная по сравнению с основной силой лиса. Но этот процент медленно снижается, так как ничто не подпитывает его извне, - продолжил старейшина, отчего-то хмурясь.
- Верно, - вновь поддакнул ученый, ожидая вердикта начальника.
- Так как твоя лаборатория полностью изолирована от внешнего мира, йокай, что до недавнего времени была разлита в Конохе, до него не доходила.
Тут уже нахмурился сам Орочимару. Данзо ушел туда, куда сам он не заглядывал.
- Если бы это было иначе, то возможно, он продолжил бы поглощать йокай из окружающей среды. И процентное соотношение его собственной чакры и силы демона оставалось бы неравномерным. Оказавшись в изолированном помещении, где йокай в него более не поступает, он начал постепенно это равновесие восстанавливать…. Интересно получается.
Данзо позволил себе улыбнуться. И это на его лице выглядело по-настоящему жутко. Что даже видавший виды саннин про себя отметил это. Равно как и то, что старейшина пришел к несколько неожиданным выводам. О которых сам Орочимару, увлекшись разгадкой несколько другой стороной сущности своего «объекта» не заметил.
- Каков нынешний уровень его чакры? – спросил Шимура.
- Сейчас…. На крепкого чунина, - задумчиво сказал ученик Третьего, на что получил очередной непривычный оскал вместо улыбки от собеседника.
- То есть он, являясь обычным чунином по чакре, держит в себе силу лиса, по объему соизмеримую с уровнем каге… - спокойно заметил Данзо, делая свои выводы.
- Похоже на то, - ответил саннин, осознав, что было на уме у его собеседника. И что тот изначально увидел в добытом объекте. И не нужно было даже говорить те заветные слова, что крутились на языке у старейшины в этот момент, чтобы понять то, в каком направлении пойдут дальше исследования. Возможность не ждать порядка пятнадцати-двадцати лет до того момента, когда главный военный потенциал деревни достигнет необходимой зрелости, а получить нужное средство в течение года-полтора для противостояния активизировавшемуся Облаку…. А уж если при этом это средство будет полностью под его контролем, это уже станет идеальным поворотом для главного оппонента Третьего.
Шимура не стал дальше размышлять вслух. Вместо этого он предпочел ограничиться сухими распоряжениями, которые говорили сами за себя.
Выяснить степень родства данного человека с представителями клана Сенджу разных поколений, при этом не забыть сравнить полученные данные с Узумаки. Подготовить объект к проверке его памяти менталистами Корня. Подготовить объект к снижению доли йокай в его теле через запечатывание оной для повышения уровня собственно его чакры. При этом найти необходимые пропорции между этими двумя силами для оптимального контроля.
Орочимару покидал кабинет главы Корня с мыслями о том, что ему следует ускорить исследование объекта для выявления новых интригующих особенностей, о которых он умолчал в своем докладе Данзо. И о которых другие, как он мог позволить себе думать, вряд ли сразу дойдут, не зная, что и где искать.