едпочесть нельзя. Данте? Конкретно с Миланом его связывала только кратковременная политическая интрига. Да Винчи? О сколько нам открытий чудных готовит интернета дух! Дивин знал, что «Тайная вечеря» находится в Милане, но не подозревал, что практически половину жизни Леонардо провел в этом городе – сначала с тридцати до пятидесяти, затем еще около десяти лет. Да, во Флоренции художник вырос, в Риме работал, но самые продуктивные зрелые годы провел в Милане. Именно здесь он рисовал «Даму с горностаем», «Мадонну Литту», «Джоконду». И Антон водил его к коню Леонардо!
Дивин поставил на да Винчи. Разбираем следующую фразу: «Three books will help you fi nd me. Три книги помогут найти меня».
– Тоши, нигде нет. Я звоню Сергею, – Елена стояла серая, опустошенная.
– Что он сделает? Примчится?
– Но он же должен знать!
Ей нужна была поддержка, как бы ни хотел Дивин отстраниться от совершенно не известных ему отношений Елены с бывшим мужем.
Вилла Реале – дворцово-парковый ансамбль эпохи классицизма.
– Обязательно позвони. Только не нагнетай. Пока ничего страшного не произошло. Мальчик загадал загадку и ждет, что ее разгадают, – Дивин не стал рассказывать о том, как ждал Антона в кафе, которое тот должен был найти по описанию. Сердце матери не обманывает, и в данном случае Антон не обнаружится за столиком ближайшей пастичерии.
Предположим, Антон выбрал Леонардо да Винчи, но были ли у художника три книги? Дивин помнил только Шахматный сборник с иллюстрациями Леонардо и Атлантический кодекс, составленный потомками из черновиков и зарисовок мастера, его он видел в библиотеке Амброзиана. За деталями следовало идти туда.
Петр застегивал пальто у дверей, когда из глубины квартиры вышла Елена:
– Я вызвала машину. Это автомобиль Сергея, он им пользуется, когда приезжает в Милан. Мерседес чуть дальше по улице. Черный… ты его найдешь… других не будет… Водителя зовут Вадим.
Машину Петр узнал сразу – миланцы на таких дорогих моделях не ездят. Пять минут до метро, там четыре короткие остановки, и до библиотеки минуты три, прикинул Петр. На машине получилось дольше – они сделали дугу к замку Сфорца и только оттуда въехали в центр. С Вадимом договорились, что он подождет рядом.
– Здесь можно стоять?
– Если надо, я встану прямо у дверей, – со спокойной улыбкой ответил Вадим. Петр с любопытством рассматривал его во время поездки – открытое невозмутимое лицо, короткие русые волосы с модным пробритым пробором, в Милане мужчины старше сорока стриглись чаще и современнее молодежи. Одет в неброский темный костюм и черную рубашку. Хотелось угадать, работает ли он в фирме Сергея и если работает, то в какой должности: охранник, начальник службы безопасности? Для спецагента у него был слишком невозмутимый вид. Вадим не только не задал ни одного вопроса, но даже ни разу не посмотрел на Петра.
Подлинник Атлантического кодекса эффектно размещался в центре главного библиотечного зала в окованном широкими металлическими полосами сундуке. Отдельные страницы или их копии вынесли на стенды. Перед стендами стояли модели зубчатых передач и военных машин с рисунков Леонардо. Дивин задержался у чертежа укрепления с подробным объяснением, как будут подниматься затворы, чтобы вода из внутренних резервуаров хлынула во внешний ров. Немного представляя Леонардо, Дивин был уверен, что затопление рвов предполагалось в момент захвата их неприятелем. Простое решение с подводом воды из ближайшей речки не устраивало великого мастера, он предпочитал сюрпризы.
На одном из листов Дивин увидел зубчатую передачу в движении: словно в мультфильме, сложная деталь прокатилась по листу, ритмично застывая в разных ракурсах. Рисунок был настолько сложен, что Дивин сначала принял его за компьютерное оживление наброска Леонардо. Всмотрелся, нет, рисунок выполнен пером. Но как точен рисунок мастера, насколько безупречно он владел перспективой!
Мешанина из загадок раздражала Дивина. Как хотелось обнаружить на одной из страниц Атлантического кодекса пирамиду-колонну со сценой Бичевания. Пройти по маршруту Витторио Спада с помощью подсказок Антона и в конце обнаружить юношу, веселящегося от того, что утер нос Дивину и первым натолкнулся на код. Учитель Леонардо увидев, как тот рисует на его картинах второстепенных ангелов, поклялся больше никогда не брать в руки кисть. Дивин должен признать поражение и вручить Антону лупу и любимый заварочный чайник. Ученику, превзошедшему учителя! Но пирамиды не видно, да и не стоит ее искать – выставку устроили уже после смерти nonno, выдумщика архитектора. Два сюжета существовали отдельно. Сокровища Спада, спрятанные сто лет назад, волновали Петра не сильнее клада Таинственного острова, их поиски были не более чем интеллектуальной игрой. А вот мальчик живой, где-то прячется, и найти его следовало быстро.
Вертограды духа
ивин выскочил из библиотеки, нырнул в прохладное кожаное лоно автомобиля и попросил Вадима отвезти его к «Тайной вечере». Опять несколько остановок на метро по прямой, но машину на всякий случай лучше держать при себе. На этот раз дорога не петляла, и доехали за пять минут. Петр готовил себя к тарану администрации музея. Скорее всего, к «Тайной вечере» пускают по предварительной записи, небольшими группами и минут на двадцать, как в капеллу Скровеньи в Падуе. Но уверенность берет города. Дивин решил представиться не журналистом или писателем, а телеведущим, собирающимся снимать передачу о Леонардо. За деньги, естественно, но пока он один заранее осматривает локации, чтобы определить, сколько часов съемок оплачивать. Так когда-то профессору Цветаеву пропуском в самое закрытое собрание служило объявление: «Русский царь хочет купить что-нибудь из вашей коллекции».
К мощной кирпичной церкви не подпускали столбики, и Вадим остановился прямо на трамвайных путях. Дивин высадился, огляделся и через дорогу увидел табличку «Винный двор Леонардо да Винчи». Должно быть, ресторан или винотека использует близость к знаменитой фреске. Но что-то толкнуло Петра подойти поближе. Отсутствие витрины с товаром или меню на стене. Хотя если ресторан дорогой… Внутри оказался музей. А винный двор при правильном переводе грянул оземь и обратился в дом и виноградник Леонардо да Винчи, где он жил и огородничал несколько лет.
Дом Ателлани и виноградник Леонардо да Винчи.
Музей Виноградник Леонардо да Винчи.
Знакомый чайный аромат властно повлек Петра внутрь. Ему здесь определенно нравилось, и Антону такой музей был бы по вкусу. Ничего назидательного, никаких последователей-леонардесков по стенам. И ни одного деревянного вертолета «по рисункам гения». Просторные дворы с дешевыми глиняными горшками, неоцененными мраморными обломками и жилистыми лианами в руку толщиной. Не известно, как «шардоне» и «пино нуар», но обвивавший стены дикий виноград у Леонардо задался. За колоннами под выщербленными фресками стояли удобные лавки с подлокотниками, по-соседски перенесенные из ближайшей церкви. В пустой прихожей совсем скромные каменные стены со знаками зодиака и леонардовскими персонажами: мужчина в латах, женщина обнажена, и опять ни одной военной машины, изобретенной Леонардо! Вино растворяет танки, подводные лодки, самолеты… Дверь вела в обшитый резными панелями кабинет явно XIX века, но разве отказался бы художник посидеть у такого камина? Еще одна комната совмещала гостиную и кабинет музейщиков. Пять работников мило щебетали в креслах, не обращая внимания на посетителей. Над лестницей на второй этаж висела огромная карта Милана XVI века. Итальянцы считают, что Леонардо участвовал в сочинении последних укреплений города. Русские считают, что создатели миланской крепости строили и Московский Кремль. Версию итальянцев подтверждают только наброски, а у нас есть доказательство повесомей листов из Атлантического кодекса.
Из гостиной Петр вышел на овальную террасу и оттуда спустился в садик, в котором некоторое время назад попытались возродить лозу Леонардо. Для парка садик маловат. Размером, не количеством скульптур – восемь статуй, два фонтана, барочные решетки на фигурных столбах можно размазать и по гектару. А как продолжение дома приусадебный вертоград роскошен. С такого участка дядя Дивина в Геленджике поил вином весь год соседей лично и усердно, а московских родственников дистанционно и щадяще.
Петр сел на каменную лавку. В саду он был один, и это в переполненном публикой Милане. Машин не слышно, солнце припекает, фигурные окна слепят глаза. Словно зашел к художнику, и он сейчас спустится из мастерской в измазанном переднике. Или выйдет Петр Алексеевич в рубахе с засученными рукавами, половчее перехватит плотницкий топорик: «Что тезка, Петруша, вышел конфуз с мальчишкой, опростоволосился?» И загогочет. Отчего опять явился царь, в Милане не замеченный? Дивин осмотрелся еще раз. Это место напоминало некий тихий уголок за неприступной стеной… Много лет назад знал он, как пробраться через сквозной подъезд в закрытый Высоко-Петровский монастырь, любимый московский монастырь Петра. Царя Петра. Сам Дивин предпочитал обитель его сестры – Новодевичий. Снаружи оставался городской шум, а внутри ждали пустые дворы, уставленные статуями, – в монастыре базировался художественный комбинат.
Тень царя иногда дает подсказки, но не в этот раз. Пора перестать бегать по городу. Уютный виноградник – то место, где стоит поразмышлять еще раз над посланием Антона: «Его почитают в Милане выше князей. Three books will help you find me. Veni, vidi, scritto».
«Его почитают в Милане выше князей. Три книги помогут найти меня. Пришел, увидел, написал». Первое предложение рассказывает о Леонардо да Винчи. С книгами пока не понятно. А вот о последней фразе он еще не думал. «Пришел, увидел, написал». Где можно написать? На заборе среди пятен граффити напротив коня Леонардо. Логично. А если в музее? Антон пришел, увидел виноградник и написал. Ну не на стене же, Антон – мальчик культурный. Но на всякий случай Дивин поискал царапины или следы карандаша на лавке под собой. Где можно оставить надпись в музее?