{24}. «Беседы Стебута оставляли неизгладимый след в его учениках»,— вспоминал ученик Стебута А. Ф. Фортунатов{25}.
В 1867 г. Стебут напечатал в журнале «Сельское хозяйство и лесоводство» работу «Сорные травы и их истребление», написанную по сочинению немецкого ученого Кирхгофа. В том же году в «Земледельческой газете» он опубликовал статью «Луговые сорные травы и их истребление».
«До 1867 г.,— писал Стебут,— я воздерживался от всякой другой деятельности кроме преподавательской в Академии. Но по настоятельному желанию министерства, чтобы преподаватели Академии старались сблизить ее с обществом, я принял участие в работах Московского общества сельского хозяйства и 25 января 1867 г. был избран членом его. С этого времени моя деятельность принадлежала не одной только Академии, но и Московскому обществу сельского хозяйства. Уже осенью 1867 г. я был депутатом от Общества на съезде, состоявшемся при Петербургском собрании сельских хозяев, и прочитал на этом съезде доклад „Главнейшие основания для организации сельскохозяйственных школ”»{26}.
Московское общество сельского хозяйства, начав свою работу в 1820 г., оказало большое влияние на развитие сельскохозяйственной мысли в России в XIX и начале XX в. Забегая вперед, скажем, что в 1876 г. Стебут выступил в Обществе с докладом «О мерах для подготовления хороших управляющих имениями», в котором ставил вопрос об увеличении числа средних сельскохозяйственных учебных заведений и поднятии в них уровня преподавания, об организации низшего сельскохозяйственного образования и о практике в частных хозяйствах. В том же году он участвовал в обсуждении вопроса о лесоохранении и лесоразведении. Стебут доказывал, что введение опушек и лесных изгородей, имеющих целью защиту от ветров, должно быть обязательным, в виде натуральной повинности, и что учреждение опеки над частными лесами не является единственным способом лесоохранения и что более верная мера—экспроприация лесов, имеющих государственное значение. Кроме выступления с рядом докладов (о конкурсе зерносушилок, о повреждении хлебов гессенской мухой и др.), Стебут принимал участие в делах Земледельческой школы и Бутырского хутора. Именно по его предложению было учреждено Товарищество, состоящее из 10 членов Общества, которому отдавалось в аренду хуторское хозяйство. В число членов Товарищества в 1868—1872 гг. входил и Стебут.
Петровская академия
В начале 1866 г. у Стебута обострилась невралгия. Это побудило его просить о летнем отпуске. «Я должен был ограничиться поездкой на морское купанье в Одессу,— вспоминал Стебут.— Но непостоянство температуры морской воды около берегов Одессы и бывшая в то время в Одессе холера еще более расстроили мои нервы.
Лето 1867 г. я должен был провести в Академии и в течение двух месяцев исполнял должность директора Академии. В 1868 г. я напечатал в журнале „Сельское хозяйство и лесоводство” работу „Гипсование почвы” [...]
Здоровье мое было настолько дурно — я страдал страшными невралгическими болями,— что я вынужден был просить о заграничном отпуске для лечения минеральными водами и получил этот отпуск с 15 мая до 1 октября. Этой поездкой за границу я воспользовался для того, чтобы сделать несколько экскурсий по почвоведению около Потсдама и в Саксонии и побывал в Галле, где познакомился с Юлиусом Кдоном, директором сельскохозяйственного института. Пользование франценсбаденскими водами и морскими купаньями в Трувиле настолько укрепило меня, что в 1869 г. я повторил такой же курс лечения, получив заграничный отпуск с 2 июля по 1 октября. После этой поездки здоровье мое еще более улучшилось и я после очень удачного лечения холодной водой на несколько лет запасся силами, позволившими мне усилить несколько мою деятельность».
Примерно в то время в Московском обществе сельского хозяйства открылся, при деятельном участии Стебута, Комитет земледелия. Стебут ограничился в нем ролью товарища председателя. В работе Комитета главным образом участвовали профессора Петровской академии, в том числе П. А. Ильенков. «Заседания Комитета были довольно оживленные,— писал Стебут,— особенно когда вырабатывалось несколько докладов к съезду русских сельских хозяев, который должен был быть в 1870 г. С открытием Комитета я сделал в нем сообщение „О почвенных картах Деллеса, Бенигсена-Фердера и Лоренца”, в котором высказал свой взгляд на классификацию почвы и критически отнесся к существующим классификациям». Стебут дал в нем исторический обзор предложений по классификации почв и охарактеризовал карты окрестностей Парижа, Галле и карты Австрии. Он указывал на невозможность составления карт без предварительной разработки хорошей классификации почв. Это сообщение, напечатанное в 1869 г. в «Русском сельском хозяйстве», было упомянуто В. В. Докучаевым как первая и единственная статья в русской литературе по данному вопросу.
В 1869 г. устраивались публичные лекции в пользу недостаточных студентов Петровской академии. Стебут прочитал лекцию об «Истощении и удобрении почв», напечатанную в том же году в журнале «Русское сельское хозяйство». Позднее он вспоминал: «В это время возникла мысль основать орган Петровской академии — мысль, к которой весьма сочувственно отнеслись профессора академии, и в предварительном собрании по этому поводу редактором был избран я и в помощь мне М. В. Неручев{27}. Но осуществление этой мысли затруднялось неимением средств, а потому я ухватился за желание Московского общества сельского хозяйства также иметь свой орган, чтобы соединить оба органа в одно. Таким образом, явился в свет журнал „Русское сельское хозяйство”, задача которого, как я ее понимал, выяснена мною в обращении редакции журнала к читателям в первой книжке журнала».
М. В. Неручев
В обращении к читателям Стебут особенно подчеркивал значение местных условий в сельскохозяйственном деле: «Вот уже около 50 лет мы хлопочем о введении у себя плуга, но до сих пор не имеем пригодных для наших условий плугов и, хотя это невыгодно для нас, пашем плугами, которые фабрикантам Западной Европы угодно сбывать нам. Мы хлопочем о фосфатах и других заводских туках, оставляя без внимания имеющиеся у нас под рукой средства удобрения и улучшения почвы: отбросы сахарных заводов, кости, золу, торф, известь, компосты и т. д. Мы заводим травопольные севообороты и сеем клевер там, где не нужно». Стебут указывал на отсутствие в России «основ знания хозяйственного дела и местных условий, к которым должно приноравливать первое». «Запад более столетия впереди нас в сельскохозяйственном отношении,— писал он.— Мы должны догнать Запад возможно скорее, должны взяться за серьезное изучение дела — изучение, которое давало бы нам возможность ясно и верно оценивать местные условия хозяйства»{28}.
Стебут оставался редактором журнала два года. После него редакция перешла к Неручеву и Людоговскому. Однако последний через год вышел из редакции и дело продолжал один Неручев. Журнал закрылся в 1876 г.
В апреле 1863 г. оставил Петровскую академию ее директор Н. И. Железнов. «В 1869 г. случилась неприятная история, вследствие которой Н. И. Железнов должен был оставить место директора,— вспоминал Стебут. — Конечно, поступок его был бестактен: обвинить Совет перед министерством в том, что он предполагал только возможным и чего в действительности еще не было, но он растерялся и принял отказ членов Совета в частном собрании у него сделаться судьей между ним и студентами за нежелание Совета содействовать ему. Все же как человек он был лучший директор Академии до сих пор. Как неумелый администратор он много повредил Академии». Место директора предлагалось П. А. Ильенкову. Однако тот отказался, предложив его Стебуту. Но и Стебут, в свою очередь, не принял это предложение.
В 1870 г. Стебут участвовал в публичных чтениях Общества любителей естествознания и антропологии, членом которого он состоял. Его лекцию «О посеве вообще и о рядовом в особенности» тогда же напечатал журнал «Русское сельское хозяйство». В том же году вышло второе издание сборника его статей «Сельскохозяйственное знание и сельскохозяйственное образование».
В конце 1870 г. праздновался 50-летний юбилей (Московского общества сельского хозяйства. На состоявшемся тогда же 2-м Всероссийском съезде сельских хозяев Стебут сделал доклад по вопросу, насколько удовлетворяет своим целям деятельность русских сельскохозяйственных обществ. Позднее Стебут вспоминал: «Встреченный весьма сочувственно, он несомненно враждебно настроил многих членов сельскохозяйственных обществ. В докладе я требовал некоторого ограничения деятельности наших больших обществ для того, чтобы сделать эту деятельность более плодотворной, и рекомендовал устройство местных обществ. Кроме того, я приготовил для прочтения на съезде лекцию об обеспечении кормовыми средствами скота на рубеже северной и средней полосы России, которую, однако, не мог прочитать по нездоровью, она была напечатана в журнале „Русское сельское хозяйство”» {29}.
Съезд сельских хозяев был созван с целью обсуждения сельскохозяйственных проблем и мер по улучшению сельского хозяйства в России. Петровская академия! предложила ряд вопросов по разделам программы и, в. частности, по земледелию — о выгонной системе хозяйства, о применении извести и азотных туков (доклад по этому вопросу также был сделан Стебутом), о применении фосфорных и калийных удобрений, о способах приготовления навоза, о возделывании льна, подсолнечника, кормовых трав. В перечне и формулировке этих вопросов видна рука Стебута.
Как уже говорилось, при Московском обществе сельского хозяйства был создан Комитет земледелия. «Одной из его задач,— писал Стебут,— сделалась по моей инициативе пропаганда плужных пахарей». Для основания особого капитала на устройство и развитие конкурсов Стебут прочитал публичную лекцию «Об обработке почвы», напечатанную в «Русском сельском хозяйстве».
В это же время Общество по распространению технических знаний, членом которого Стебут состоял почти с самого его основания, решило выступить с публичными чтениями. По предложению Стебута было решено всесторонне освещать вопросы, включенные в программу чтений. Стебут прочитал две лекции о возделывании льна. Они вызвали обсуждение мер к поднятию льноводства и льняной промышленности в России» Составленный по этому вопросу Стебутом и Людоговским доклад был заслушан на промышленном съезде в Москве в 1872 г.