всегда немного его побаивалась. Возможно, стоило бы попытаться смотреть на Имри как на подопечного, а не как на друга, которому просто нужно немножко помочь.
Это не значило, что Вернестра не выкладывалась, не учила Имри джедайским премудростям. Просто она больше, чем следовало бы, тревожилась о том, хороший ли из нее учитель. Сила знала, она старалась как могла, но все равно ее не покидало ощущение, что это не совсем то.
Что этого мало.
– Верн! Вот ты где.
Открыв глаза, Вернестра увидела, что рядом стоит Имри. Бледные щеки падавана раскраснелись. Из всех обитателей «Звездного света» только один звал ее «Верн», поэтому девушка ничуть не удивилась, обнаружив ученика в саду медитаций. Парнишка, который был изрядно выше ее и к тому же крепко сложенный, ухмылялся, как будто Сила открыла ему какой-то новый секрет.
– Так понимаю, беседа о мечах с мастером Эйвар выдалась плодотворной? – Имри месяцами расписывал необычную рукоять меча и фехтовальную технику мастера-джедая, так что Вернестра в конце концов сдалась и спросила распорядительницу «Звездного света», не будет ли она так добра поспарринговать с юношей. К удивлению девушки, та с готовностью согласилась. Мастер Эйвар не жалела своего времени, особенно когда дело касалось падаванов, и Вернестра втайне надеялась, что когда-нибудь станет таким же компетентным учителем, как мастер-джедай. Но пока что она отнюдь не считала себя таковым.
Какая ирония: впервые она усомнилась в своей джедайской компетентности, когда взялась обучать падавана. Ведь, по идее, это у нее должны быть ответы на все вопросы?
Имри чуть ли не пританцовывал от возбуждения и сейчас скорее походил на младшего ученика, чем на падавана.
– Погляди!
Он протянул Вернестре свой меч. На рукояти появились дополнительные трубки: они зажгутся, когда Имри включит оружие.
– Я сказал мастеру Эйвар, как мне нравится ее меч, и она немного помогла мне с проектированием. Она говорит, что дополнительный вес поможет при обратном замахе, ну и вообще меч намного лучше лежит в ладони. Клянусь, уж этот я не потеряю. – Имри ухмыльнулся. Предыдущего своего меча он лишился около года назад и до сих пор пользовался временным из оружейной маяка. Лишь пару месяцев назад он совершил паломничество за новым кайбер-кристаллом, что было опасным делом из-за постоянной угрозы нападения нигилов. А после трагедии на Вало, где один кошмарный день унес огромное множество жизней, для джедаев стало тем более важно держать излюбленное оружие под рукой. После той атаки все джедаи перешли в полную боевую готовность. Теперь уже мало кто считал, что нигилы – это не более чем мелкая локальная угроза, и в последние пару недель даже самые закоренелые пацифисты при первых же признаках опасности хватались за мечи.
Повсюду, кроме сада для медитаций.
– Имри. – Вернестра распрямила скрещенные ноги и поднялась. – Мы в саду.
– О, точно! Извиняюсь, – смутился падаван. В возбужденном состоянии он иногда вел себя как нексёнок, но быстро исправлял свои ошибки, что определенно шло ему в плюс.
Потому что ошибок он совершал неимоверное количество.
– А еще тебя там ждет комдроид, – сказал Имри, сунув меч обратно в футляр. – Как понимаю, их тоже в сад не пускают.
Вернестра улыбнулась и взъерошила волосы ученику, хотя тот был на полголовы выше ее.
– Да, это верно. Он не сказал, кто звонит? – На «Звездном свете» прямые голозвонки – в отличие от записанных сообщений, которые передавались каждый день, – были редкостью и обычно предназначались для важных уведомлений. За исключением мастера Эйвар, Вернестра не знала никого, кто бы регулярно пользовался прямой голосвязью.
Имри покачал головой и двинулся следом за наставницей, которая зашагала к выходу. Покой и безмятежность сада сменились туманом, который выпускали сверху увлажнители, и наконец длинный и блестящий белый коридор вывел их в один из главных вестибюлей «Звездного света». После сада медитаций какофония космической станции оглушала, и Вернестра вздохнула.
Возможно, стоило вернуться в Порт-Хейлип, когда мастер Эйвар предложила такой вариант. На «Звездном свете» сделала остановку мастер-джедай Джоринда Боффри, делфидианка с грубой морщинистой кожей и мягким нравом; она сказала Вернестре, что для нее найдется место в тамошнем маленьком храме, однако в то же время посоветовала прислушаться к Силе и поступить согласно ее воле. Вернестра сомневалась, что это Сила так надолго задержала ее на «Звездном свете», но благодаря своему присутствию она смогла помочь в нескольких спасательных экспедициях. К тому же если бы они с Имри тогда покинули маяк, то не узнали бы так много нового. В Порт-Хейлипе особо ничего не происходило, и Вернестра отложила свое возращение, чтобы сполна прочувствовать жизнь на станции-маяке, которая была не столько аванпостом, сколько оживленным городом. Возможно, она чересчур задержалась, и Орден решил отослать ее обратно на Хейлип.
– О, вот и он. – Имри указал на маленького двухколесного дроида, который катил в их сторону, как-то неуверенно балансируя. К шасси дроида крепился серебристый шест, увенчанный плоским экраном, на котором мигало имя Вернестры.
– Я Вернестра Роу, – окликнула девушка, когда дроид проскочил мимо. Автомат едва не опрокинулся, пытаясь развернуться. Комдроид врезался в проезжавшего мимо астромеха, который испустил серию недовольных гудков. Попятившись, машина сделала разворот и наконец остановилась перед Вернестрой и Имри.
– Вернестра Роу, – повторила девушка. Экран с ее именем снова замигал и высветил цифровую клавиатуру.
– Пожалуйста, введите пароль, – попросил дроид.
– Эм-м… у меня нет пароля. – Они стояли посреди коридора, и прохожие обходили их с обеих сторон. Вернестра попыталась отойти к одной из стен, чтобы не мешать дроидам и разумным существам, которые спешили по своим делам. Имри моргнул раз, другой. Его обычно румяное лицо побледнело.
– Тебе не кажется, что сегодня народа больше, чем обычно? – поинтересовался он.
Вернестра кивнула:
– Видимо, большой транспортник с фронтира сделал остановку.
– Можно я вернусь к тебе уже за обедом? – спросил Имри. Вид у парнишки был нездоровый, взгляд метался по сторонам, оценивая многочисленные тела, заполнявшие вестибюль.
– Оглушает? – спросила Вернестра. После катастрофы на Вало Имри как будто еще острее стал улавливать настроение окружающих, и почему-то особенно сильно на него влияли большие группы не чувствительных к Силе существ.
– Очень, – сознался он.
– Почему бы тебе не вернуться в сад медитаций? Я зайду за тобой, когда разберусь с этим паролем, – предложила Вернестра. – И держи меч в футляре!
Имри кивнул и поспешно зашагал обратно, а мириаланка снова переключила внимание на мигающий экран.
– Пожалуйста, введите пароль, – повторил дроид.
– Да он сломан, – донеслось откуда-то из середины вестибюля.
Обернувшись, Вернестра увидела своего хорошего знакомого, который, улыбаясь, смотрел на нее.
– Рит! – воскликнула девушка. – Ты уже вернулся из руин Дженеции?
Падаван кивнул. Рит Сайлас был прилежным юношей с бледной кожей, каштановыми волосами, глазами, в которых светился разум, и очень милым отвращением к приключениям. Вернестра знала Рита с детства, отчего так странно было каждый раз видеть его с падаванской косичкой. Рит служил зримым напоминанием о том, насколько Вернестра обогнала своих сверстников, пускай сейчас сама она и пребывала в некоторой растерянности.
Рит почесал в затылке и слегка улыбнулся:
– Ну да, руины оказались куда меньше, чем мы считали, а после трагедии на Вало мастер Комак решил, что нам лучше вернуться, не дожидаясь вызова. Думаю, мы принесем больше пользы здесь, если поможем разобраться с нигилами.
– Да. На Вало было… – Вернестра замолчала, вспоминая побоище на недавно вступившей в Республику планете. Республиканская Выставка планировалась как грандиозный фестиваль, который должен был объединить Галактику, продемонстрировать силу и многогранность Республики, одновременно послужив для Вало церемонией встречи в семье планет. Однако из-за атаки нигилов она обернулась массовыми жертвами. Столько боли, столько смертей… Из джедаев, которые были тому свидетелями, никто, похоже, не желал говорить о грандиозности произошедшего, хотя республиканские каналы новостей только и трещали о катастрофе, обсасывая конспирологические теории касательно причин несчастья.
– Там было трудно.
– Ох. Я не знал, что ты тоже там была, – сказал Рит. – Прости.
– Ничто не происходит без причины, даже если эта причина становится ясна не сразу. Так действует Сила. В смысле, я сама себе постоянно это повторяю. Понимаю, трагедию так не отменить, но я должна думать о том, что происходит сейчас.
А если нет, то, возможно, она найдет способ, чтобы отныне лишь купаться в спокойной безмятежности космической Силы и никогда больше не возвращаться к суетной рутине живой Силы.
Живой Силой называли энергию, связывающую все живое между собой, космическая же – это сама огромная Галактика. При желании было нетрудно раствориться в ее безбрежности. Некоторые джедаи с неодобрением относились к тем, кто слишком пренебрегал своей физической оболочкой, идя на зов космической Силы.
Впрочем, временами Вернестра и сама чувствовала этот зов, подобный далекому шуму волн, и гадала, что же она найдет, если отправится на этот звук до самых разведанных границ Галактики. Однако она редко позволяла себе такие мысли.
– Пожалуйста, введите пароль, – пробубнил комдроид.
– Нет у меня никакого пароля! Клянусь, я сейчас меч достану, – зарычала Вернестра.
– Ничего, если я?.. – Рит указал на машину.
Вернестра посторонилась:
– Прошу.
Рит стукнул ладонью по боку дроида, отчего несколько прохожих обернулись. Экран замигал и высветил пустую комнату.
– О, спасибо! – поблагодарила Вернестра.
– Всегда пожалуйста! Ну, я лучше пойду помогу мастеру Комаку разгрузить корабль. Увидимся! – Рит исчез в толпе, и Вернестра снова сосредоточилась на комдроиде. Тот, кто звонил, очевидно, ушел по своим делам. Девушка стала вглядываться в экран, силясь разобрать, что там на заднем плане. Она практически ожидала увидеть Эйвон Старрос. Это был бы не первый раз, когда бывшая подопечная взламывала коммуникатор, чтобы поболтать с ней.