Возникает чудовищный заколдованный круг. По данным Эн-би-си, «когда уровень безработицы в США поднимается на 1 процент, число самоубийств возрастает на 4 процента, убийств — на 5, пациентов психиатрических клиник — на 3, заключенных в тюрьмах — на 4, смертность — на 2 процента». Таковы социальные последствия политики Рейгана. Но в каких процентах измерить культурные последствия этой политики? Страх перед безработицей, перед ростом преступности — он из жизни... Но он и из литературы, насаждающей чувство страха, формирующей имидж пассивности, бессмысленности сопротивления властям.
Но вот что интересно: рядом с «инспирированными» или созданными из сугубо коммерческих соображений произведениями, формирующими у читателя безволие и слабость, в 1980-е годы по США распространилась лавина книг, населенных «сильными личностями». Вот лишь несколько примеров: почти одновременно выходят из печати книги А. Мендела «М. Бакунин» и Э. Крэнкшоу «Бисмарк»; сразу две книги получили американские читатели о Муссолини — Д. Смита и А. Джойса; А. Джонг порадовал любителей изящной словесности книгой «Жизнь и время Г. Распутина»; «сильной личностью» (невольно вспомнит читатель его антисоветскую «фултоновскую» речь) представляется сегодня и Уинстон Черчилль, и о нем две книги получает любознательный читатель — «Черчилль. Молодой человек торопится» Т. Моргана и «Черчилль и де Голль» Ф. Кирсоуди; о том, каким волевым и сильным должен быть руководитель государства, читатель узнает из книги Н. Маккензи «Бегство с острова Эльба. Падение и побег Наполеона»...
Книги эти далеко не равнозначны — ни по сверхзадаче авторов, ни по художественным достоинствам. Но поставленные рядом, в списке... Это уже тенденция. Они работают на имидж буржуазной идеологии: авторитарные режимы эффективнее демократических... Стиль руководства «вождей» прошлого может быть полезен сегодня... «Сильные личности» приходят тогда, когда они нужны нации... И так далее. Зачем они нужны буржуазной идеологии, эти имиджи? Невооруженным глазом видно — Америка переживает кризис личностей. Вспомните бесцветных ее президентов последних лет, как правило, бесславно, а то и со скандалом покидавших «овальный кабинет» Белого дома. Американцы заражены скепсисом по отношению к администрации. Эрозия веры в саму систему (!) вызывает сегодня у американцев духовную недостаточность. Вот откуда то совершенно невероятное идеологическое шоу во время Олимпиады-84, направленное на прославление американского образа жизни. Вот откуда те миллионные тиражи мемуарных, исторических, документальных и художественных книг, прославляющих сильную личность во главе государства вообще и во главе американского государства в частности. Шовинистический шабаш, напоминающий выход охотнорядцев на очередной погром, — явление не случайное в современной Америке. Это не случайно прорвавшийся, а посеянный и любовно взращенный буржуазными идеологами шовинизм, это результат многолетней обработки умов. Увы. и при помощи литературы.
«В целях сохранения прибылей и власти элита развращает массы, но и сама развращается массами, так как для обеспечения собственного господства создает неполноценную литературу. Результатом этой диалектики является упадок всего общества». Нужны ли комментарии к этому пессимистическому, но сегодня как никогда справедливому замечанию американского социолога Майкла Харрингтона? Разве только одно замечание: это признание я выписал из книги Харрингтона, изданной в Нью-Йорке в... 1965 году. Книга называлась «Случайное столетие» (можно перевести и как «Нечаянный век»). Двадцать лет прошло... А ведь книга Майкла Харрингтона — не футурологическое исследование. Но то, что два десятилетия назад казалось тревожной тенденцией, сегодня, увы, становится нормой.
Итак, и это признают сами американцы: сегодня в Америке создается «неполноценная литература», цель которой — развращение масс, манипулирование их сознанием. Разумеется, эта литература далеко не всегда создается по прямому «социальному заказу» буржуазной идеологии. Нередко появлению такой литературы способствует и самоцензура авторов. И погоня за прибылью. И самообман. «Мы даем американцам именно то, чего бы им больше всего хотелось». Эти слова принадлежат кинорежиссеру Спилбергу, «счастливчику Спилбергу», как его называют коллеги за то, что он получает от своих коммерческих лент, таких, как «Челюсти», «Контакты третьей степени», «Звездный путь-2» и др., прибыли, которые другим и не снились. Так вот, Спилберг «давал» американцам фильмы с космическими супергероями, насыщенные жестокостью, а потом сделал добрый и гуманный фильм «Внеземной», суть которого можно было бы свести к такому тезису: мыслящие существа способны найти общий язык, даже живя в различных галактиках, а уж на одной-то Земле и вовсе можно попытаться понять друг друга. И этот фильм принес ему не меньше прибылей, чем, скажем, «Челюсти»: кинозрители Запада устали от жестокости, от пропаганды ненависти.
Так чего же больше всего хочется самим американцам? Ответ не так, видимо, прост, как это пытаются представить те, кто создает произведения «массовой культуры». Имеет место своего рода подстановка: «массовая культура» якобы дает массовому потребителю этой культуры то, что он от нее ожидает, формируя поделками «масс-культуры» низкопробный вкус, невысокие духовные потребности, запросы, а потом — отвечает на эти запросы, давая массам свою низкопробную продукцию. Круг замкнулся. Потребитель получил то, «что ему больше всего хочется»...
И создает «массолит» конвейер, с которого сходит литература, метко названная «жвачкой для ума». Масштабы этой «фабрики грез» просто грандиозные. 35 млрд, страниц в год составляет продукция американского «массолита». Канадское издательство «Арлекин» только в 1982 году продало 218 млн. экземпляров так называемых «розовых» романов в 52 странах мира. В 1983 году оборот фирмы превысил 350 млн. долл. Несколько итальянских фирм только в 1983 году продали более 32 млн. экземпляров книг низкопробных «розовых» серий. Объем этих книжек, пишет итальянский еженедельник «Панорама», в среднем 150 страниц; чтобы их можно было прочесть за полдня, словарь прост и прямолинеен и состоит из 350—400 самых расхожих слов. Постепенно «субкультура» вытесняет подлинную культуру, псевдолитература — литературу. А поскольку главный девиз этой «массовой литературы» — «Назад от действительности!», нетрудно понять, что она приносит не только коммерческие прибыли, но и политический капитал. Вот почему у «массолита» такие возможности. Вот почему конвейер работает без остановок. При всех незначительных различиях, фирмы «массолита» работают по одной модели. Работай по такой модели — и все будут довольны: и власти, ибо ты работаешь на их «спокойствие», и читатели, ибо ты освобождаешь их от необходимости думать, и ты сам, ибо материальные проблемы твои решены. И ты сам, если только тебя не мучает совесть... «Бросьте принимать жизнь всерьез!» — это девиз не только коммерческой «массовой литературы». Это и один из весьма выгодных буржуазной идеологии имиджей, стереотипов поведения и мышления, старательно насаждаемых в массах с помощью средств литературы и искусства.
Удачно сказал по этому поводу американский критик Дж. Сазерленд в своей книге «Бестселлер», вышедшей из печати в 1981 году: литература «массолита» — это литература с высокой степенью предсказуемости. И речь идет не только о предсказуемости сюжета. Нетрудно предсказать и идеологическое содержание такой литературы, заложенные в ней идеологические имиджи. «Если бы вдруг «массолит» перестал приносить доходы, — точно подметила газета «Монинг стар» (в январе 1983 г.), власти должны были бы взять расходы на себя: идеологическая прибыль с лихвой окупила бы затраты».
Разумеется, «массолит» каждой из капиталистических стран, при всех объективных сходствах, имеет и свою специфику, зачастую объясняемую причинами исторического характера. Так, скажем, отличие «массовой литературы» США прежде всего в том, что она повышенно активна в утверждении идеалов американского общества. Она формирует 100-процентных американцев. А что такое 100-процентный француз, англичанин, итальянец? Ассоциации чисто внешние, национальные... Вот 100-процентный американец — это человек, на 100 процентов преданный американским «идеалам», американскому образу жизни, системе идеологических стереотипов, которые так старательно формирует сегодня (сегодня — во «времена Рейгана» — старательнее, чем когда-либо) американская массовая литература.
Меняется тактика буржуазной идеологии, изыскиваются все новые и новые формы воздействия на сознание и подсознание людей — как у себя в стране, так и за рубежом, идет поиск новых методов «психологической войны» против мира социализма с использованием каналов литературы и искусства. Меняется и «массолит». Если ранее для нее были характерны грубоватая апологетика, откровенная лакировка американской действительности, то сегодня это считается «дурным тоном». Ибо бессмысленно утверждать, что в Америке Рейгана, Америке, попирающей международное право, врывающейся в мирные дома гренадцев и сальвадорцев, взрывающей мирные суда в портах Никарагуа, в Америке расовой дискриминации, бесправия, безработицы, в этой Америке все в порядке, ибо невооруженным глазом видно: порядка-то и нет... Так появляется в «массолите» новая тенденция: воспевать американский образ жизни через... «откровенный разговор» о еще кое-где имеющихся недостатках и недочетах. Так «массолит» становится для буржуазной идеологии своеобразным «клапаном» для выпуска пара недовольства. Так появляются в рамках «массолита» псевдокритические произведения, выполняющие заданную буржуазной идеологией роль. И даже король американского «массолита» миллионер-писатель Гарольд Роббинс создает роман из жизни... рабочего класса — «Воспоминание об одном дне». Очередной миф о настоящем американце, вступающем в борьбу за интересы народа и одерживающем победу. У главного героя — профсоюзного лидера Дэна Хаггинса — много врагов: и тайных и явных. Явные — это капиталисты (написанные с доброй симпатией капиталистом Роббинсом), тайные — это коммунисты, интеллигенты, «высоколобые». Коммунисты науськивают рабочих на предпринимателей, что ведет к ненужным жертвам. А ведь можно и договориться с этими явными врагами рабочих — капиталистами. И возникнет гармония, классовый мир, и доходы каждый будет получать в зависимости от своего вклада в общее дело.