— Лапочка! — обиженно восклицает Горги, отскакивая.
— Ого. — А это снова Лукас.
— Ты повторяешься, — ехидно отвечаю я, наблюдая, как Горги, которая снова попробовала приблизиться, получает от Лапочки от ворот поворот. Меня окатывает волной обиды, которая захлестывает горгулью. — Горги, ну что? Не признали в тебе сокровище за дурным характером? — дразню я. — Давай, попробуй еще раз, не робей.
— А как? — испуганно поворачивается ко мне Горги.
Она топчется на месте, а затем снова подбирается вперед, аккуратно, бочком, лязгает от переизбытка эмоций челюстью, и Лапочка опять замахивается на нее, шлепает по голове раз, второй, третий. Горги отскакивает и отворачивается.
— Ну почему? — вопрошает она расстроено. — Почему?
Я смеюсь — просто не могу удержаться, одновременно пытаясь своим спокойствием и радостью немного подбодрить Горги. В конце концов, даже неудачное знакомство можно исправить — я убедилась в этом на собственном опыте.
Лукас кладет ладонь мне на живот, пока плоский, но любой маг уже сможет почувствовать там упрямое биение новой жизни.
— Я тут узнал, — говорит Лукас, целуя меня в висок, — что дети сильных магов часто встречают фамильяров в школе, а иногда — даже раньше.
Я улыбаюсь и кладу ладонь поверх его руки.
— Жду с нетерпением.
Конец