Петя подчеркивал, что для такого мужчины моя девственность может оказаться решающим фактором. Я – стриптизерша, потому что обстоятельства вынудили меня выйти на эту сцену, но я осталась чистой и непорочной девушкой. Да, танцевала обнаженной, но сколько приличных девушек танцуют обнаженными (или, скорее, полуобнаженными) во всемирно известных парижских заведениях? Их никто не считает проститутками, потом они успешно выходят замуж. Это только иногда ставят знак равенства между проституткой и моделью или стриптизершой. Хотя некоторые девушки сами в этом виноваты.
И вот в тот судьбоносный вечер меня увидел Юрий Владимирович Шубаков, владелец заводов, газет, пароходов… То есть у него имелись акции каких-то заводов, к газетам он вроде бы не имел никакого отношения, пароходов не было, была любимая и единственная яхта, названная «Ольга» в честь мамочки.
Юрия Владимировича в ночной клуб моего двоюродного брата привели друзья. Вообще он не был и не стал любителем ресторанов, клубов и прочих увеселительных заведений. В рестораны он ходил исключительно есть. А вообще, он был домоседом, много работал, а вечером любил полежать перед телевизором и лежа посмотреть футбол, лучше английский. И еще он очень любил плавать.
Но в тот вечер он в клуб пришел, а я была в ударе. Юрий Владимирович много лет жил один, то есть, конечно, не один, а без постоянной женщины. Время от времени в его жизнь влезала мамочка, Ольга Петровна, постоянно в ней присутствовала дочь Аня. Аню воспитывали няньки, бонны, гувернантки. Возможно, Юрий Владимирович очень любил свою первую жену. Я не знаю. Я так и не смогла этого понять. Он не говорил про нее, он не хотел ее вспоминать. Я только понимала, сердцем чувствовала, что ему это больно – по прошествии стольких лет! Вроде бы он чувствовал себя виноватым. Но почему? Я не смогла выяснить ответ на этот вопрос. Фотографий первой жены в доме не было, и Аня понятия не имела, как выглядела мать.
Конечно, Юрий Владимирович не жил монахом, но женщины у него подолгу не задерживались. Ему было с ними скучно. И вообще он много путешествовал между принадлежащими ему торговыми центрами. Он был постоянно занят, а женщина в график жизни не вписывалась.
Но он увидел меня. Он был слегка пьян. Друг, который привел его в Петин ночной клуб, сообщил, что я не продаюсь. Юрий Владимирович поспорил с другом (на один из своих торговых центров, который поставил мой будущий муж, и на один из ночных клубов, которым владел его друг), что я буду принадлежать ему. Он никогда в жизни не спорил – ни до, ни после. Но тут в него словно бес вселился. Или, наоборот, это были добрые Высшие Силы, которые решили, что мне пора устроить свою судьбу?
Юрий Владимирович для начала обратился к Пете, Петя отказал ему, как и всем предыдущим претендентам. Он даже моего мнения спрашивать не стал – с поддатыми клиентами, возжелавшими моего тела, у него был короткий разговор.
Но Юрий Владимирович не успокоился, а дал задание своей службе безопасности выяснить обо мне все. Заодно выяснил о Пете. И без приглашения приехал в Петину квартиру, где мы оба проживали, в один из понедельников, которые у обычных людей дни тяжелые, а у нас в клубе всегда были выходными – если только не выпадали на праздники.
Юрий Владимирович начал разговор несколько нестандартно. Первым его вопросом был, на самом ли деле я девственница. Я повернулась к Пете и попросила спустить гостя с лестницы. Гость быстренько выдал кое-что из того, что его служба безопасности накопала на Петю. Это несколько поумерило пыл моего брата, но, отдать ему должное, он заявил, что я для него дороже денег. Я – единственный близкий человек, причем человек, на которого он может положиться. А такими людьми не бросаются. И уж как-нибудь мы вместе выживем. Тем более начинали-то жизнь не в графских особняках, а в питерских коммуналках.
Тогда Юрий Владимирович сказал, что готов на мне жениться.
Мы с Петей широко открыли рты.
– Зачем? – спросила я.
– Вы будете утверждать, что влюбились в Валерию с первого взгляда? – уточнил Петя.
– Ни одна женщина никогда не вызывала у меня такого желания, – заявил Юрий Владимирович.
– Это не повод для вступления в брак, – заметила я.
– Полностью согласен с вами, Валерия, но то, что я, то есть мои люди успели о вас выяснить, заставляет меня думать, что вы – именно та женщина, которая мне нужна. А вы, в свою очередь, привыкли к более старшему мужчине, вашему брату, вы привыкли к тому, что он вас защищает, направляет, заботится о вас. Я готов взять на себя все эти функции. Вы же не хотите замуж за ровесника?
– Нет, – сказала я.
– Вы хотите учиться?
– Да, – уверенно ответила я. – Но я не уверена, что хочу идти в какой-то вуз или колледж, так сказать, вливаться в поток студентов. Я это уже переросла…
– Ваш брат ведь уже начал обучать вас? – вкрадчиво спросил Юрий Владимирович. – Не мог не начать, если мои психологи правильно оценили вас обоих.
Мы с Петром переглянулись. Он на самом деле объяснял мне, как нужно руководить ночным клубом, как вести бухгалтерию. Он готовил из меня помощницу, а я на самом деле хотела учиться. Не вечно же мне выступать в стриптизе! Да и Пете нужен человек, которому он может стопроцентно доверять.
Юрий Владимирович сказал, что сам будет обучать меня – на примере своих предприятий.
– Зачем это вам нужно?! – не понимала я.
– Чтобы вы в дальнейшем смогли взять управление созданной мною империи на себя, – как само собой разумеющееся ответил Юрий Владимирович.
Я моргнула. Петя задумчиво посмотрел на него.
– Поясняю, – спокойно продолжал Юрий Владимирович. – Я хочу, чтобы Валерия родила мне сына. Лучше – двоих. Но пока они маленькие, кто-то должен империей руководить. Да еще и неизвестно, что из них вырастет, несмотря на генетику и воспитание. Я уже насмотрелся на совсем не положительные примеры. Родители сделали все, что могли, но получилось совсем не то, чего ожидали. И вроде бы винить некого. А Валерия – уже сформировавшаяся личность, и маловероятно, что она выкинет какой-то фортель. Я считаю, что ее можно обучить. И, главное, она сама этого хочет. Да и вам, Петр, давно пора расширять бизнес.
– Каким образом? – спросил мой двоюродный брат.
Юрий Владимирович заявил, что после того, как его заинтересовала я, он занялся изучением ночных клубов – с точки зрения прибыльности бизнеса.
– Вы уверены, что вас пустят в этот бизнес? – с интересом спросил Петя. У моего брата были какие-то «большие волосатые лапы» из голубого лобби.
– Но я же не в России собираюсь клубы открывать!
Разговор перешел на бизнес, и часть его мне была совершенно непонятна, но я тихо сидела с умным видом на диванчике, пока мужчины обсуждали свои дела и явно прекрасно понимали друг друга. Оба были увлечены! Обоим было интересно!
Я же внимательно рассматривала Юрия Владимировича, набивавшегося мне в мужья. Он не был мне неприятен, скорее наоборот. Он явно следил за собой, ни пузо, ни второй подбородок у него не свисали, был очень аккуратно одет, от него приятно пахло. Светло-русые волосы начали седеть и редеть, но не так, чтобы уж очень сильно. В гости он пришел в деловом костюме, белой рубашке и галстуке. Никаких перстней, но руки и ногти были ухоженными.
Вскоре я поняла, что насчет открытия клубов между моим братом и Юрием Владимировичем достигнута предварительная договоренность. Оставалось решить вопрос со мной. Но неужели Петя меня продаст?
Юрий Владимирович по-доброму посмотрел на меня своими серыми лучистыми глазами, взял мои руки в свои и сказал:
– Лера, давайте мы с вами для начала где-нибудь поужинаем. Поговорим, узнаем друг друга получше.
– Но вы же и так обо мне все знаете, – напомнила я.
– Сведения, собранные службой безопасности, – это одно, а живое общение с человеком – совсем другое. И ведь вы меня совсем не знаете. Я расскажу вам о себе.
Мы начали встречаться. Во время наших встреч в основном говорил Юрий Владимирович. Мне было интересно, а он явно получал удовольствие от подобных сольных выступлений. Может, другие женщины не слушали его так, как я? И поэтому он решил найти женщину значительно моложе? Но он же говорил, что ему с теми женщинами становилось скучно! Скучно, потому что их в первую очередь интересовали они сами и его деньги? Я так и не разобралась в этом вопросе. Я решила для себя, что буду впитывать всю информацию как губка.
В постели мы оказались через три месяца после знакомства. Все это время я продолжала работать в Петином клубе. Юрий Владимирович курсировал между разными городами и странами. Петя продолжал обучать меня ведению дел в клубе и отказывать мужчинам, претендующим на мое тело.
Юрий Владимирович был очень нежен и осторожен. Нет, я не получила удовольствия в первую ночь, но боли почти не было, и мне было приятно. И в последующие ночи мне было приятно, комфортно. Но страсть отсутствовала. Она и со стороны Юрия Владимировича отсутствовала. Но он был готов обо мне заботиться. Он хотел, чтобы я жила в Лондоне, где у него имелся особняк и где училась его дочь от первого брака. Ане тогда было тринадцать лет. Юрий Владимирович хотел, чтобы я присматривала за Аней. Нанятой прислуги, по его мнению, для этого было недостаточно.
Мама Юрия Владимировича жила в Петербурге. Ко мне она отнеслась равнодушно. Ей было не до меня, не до сына, не до внучки. Она устраивала личную жизнь. Все шесть лет, которые я ее знаю, она устраивает свою личную жизнь. И еще она постоянно улучшает свою внешность, то есть это она считает, что улучшает. Я не спорю. Юрий Владимирович тоже не спорит, хотя признается, что с трудом узнает мать на очередной встрече. Образ матери из детства давно стерся у него из памяти. Рассматривая старые фотографии, он только качает головой. Я тоже не могу поверить, что женщина с сыном на тех фотографиях и моя нынешняя свекровь – одно и то же лицо. Лица совершенно точно разные!
Была свадьба с приглашением порядка пятидесяти гостей, в основном – партнеров Юрия Владимировича, потом я родила сына Володю (в Лондоне, в присутствии его отца, который держал меня за руку и на самом деле оказал огромную моральную поддержку). Со вторым ребенком не получалось. Трудно сказать почему…