тивостоять таким бедствиям.
Изменение климата должно волновать каждого, кто заботится о здоровье человека. Сжигание ископаемого топлива приводит к выбросу парниковых газов, которые становятся причиной изменения климата. Но сжигание того же ископаемого топлива (например, угля на заводах и электростанциях или дизеля и бензина на транспорте) загрязняет воздух мельчайшими частицами. Из воздуха эти частицы, преодолев защитные барьеры организма, проникают в наши легкие, сердце и мозг и повреждают их. Они настолько вредны, что загрязненный воздух становится причиной смерти более 7 миллионов человек в год.
Изменение климата должно беспокоить и всех тех, кого заботят экономическая стабильность и инвестиционный климат[7]. Не секрет, что в большинстве регионов мира уголь утратил экономические позиции: он больше не может соперничать с более дешевой и чистой возобновляемой энергией, например солнечной[8]. Угольные шахты и заводы по газификации угля повсеместно закрываются, капитал из угольной промышленности уходит. По-видимому, то же самое ждет и другие отрасли, добывающие ископаемое топливо[9]. Центральные банки по всему миру уже оценивают макроэкономические риски для триллионов долларов, вложенных в эти углеводородные активы. Растет понимание, что мы должны постепенно, но решительно смещать акценты в пользу активов чистой энергетики, как более надежных в долговременном плане[10].
И наконец, самое главное: изменение климата должно беспокоить всех, кто стремится к справедливости по отношению к будущим поколениям, – то есть каждого из нас. Если мы не сумеем сделать то, что должны, потомки не смогут компенсировать пагубные последствия нашего провала. Отсюда наша глубокая моральная ответственность перед ними. Неспособность сделать трудный выбор сегодня лишит наших детей и внуков будущего, которого они достойны.
Некоторые люди считают, что мы можем реагировать только на непосредственные угрозы. Но ведь опасности, обусловленные климатическими сдвигами, как раз требуют немедленной реакции. Многочисленные ураганы, циклоны, лесные пожары, засухи и наводнения свидетельствуют об изменении климата, и эти катастрофы становятся чаще, мощнее и захватывают все новые регионы. Мы больше не можем отрицать или игнорировать то, что происходит с климатом. Довольно нерешительных шагов – наши действия должны соответствовать масштабу проблемы.
Часть IДва мира
Глава 1Выбираем будущее
Геологическое время течет неспешно, его эпохи тянутся долго. По крайней мере, так было до недавнего времени. Ледниковые периоды, когда обширные льды покрывали большую часть северных континентов, медленно наступали и отступали на протяжении всей истории нашей планеты. Последний ледниковый период длился около 2,6 миллиона лет. Постепенное потепление, вызванное естественными причинами, влиявшими на климат Земли, привело к таянию вечных льдов, и мы вступили в период голоцена, который продолжался больше двенадцати тысяч лет – вплоть до двадцатого века – при относительно стабильных температурах, отклонявшихся от средней не больше чем на 1 °C[11].
Сложившееся на протяжении этого геологического периода соотношение уровня температуры, осадков и состояния наземных и водных экосистем создало благоприятные условия для расселения и развития человечества. Эта стабильность позволила маленьким кочевым племенам, общая численность которых не превышала десяти тысяч человек, перейти к оседлой жизни, заняться сельским хозяйством, а в дальнейшем построить города и создать промышленное производство. Эта стабильность обеспечила людям долгие века процветания, и численность человечества выросла до нынешних 7,7 миллиарда[12].
В эпоху голоцена «жизнь создавала условия, благоприятные для жизни». И мы могли бы продлить эту геологическую эпоху[13]. Но не стали этого делать[14].
За последние пятьдесят лет мы серьезно подорвали экосистему нашей Голубой планеты и поставили под угрозу собственное существование на ней. Образ жизни, установившийся после промышленной революции, нанес серьезный урон природным системам. Вследствие неограниченного использования ископаемого топлива и массовой вырубки лесов концентрация парниковых газов в атмосфере в настоящее время превышает его максимальный уровень, тот, что существовал задолго до последнего ледникового периода[15]. В результате погодные аномалии – наводнения, периоды сильной жары, засухи, лесные пожары и ураганы – набирают все большую частоту и силу. Площадь тропических лесов уже уменьшилась наполовину и каждый год сокращается еще приблизительно на 12 миллионов гектаров. Если тенденция сохранится, то через сорок лет исчезнет триллион гектаров леса – площадь, равная территории всей Европы[16]. За последние пятьдесят лет поголовье млекопитающих, птиц, рыб, пресмыкающихся и земноводных уменьшилось в среднем на 60 %. Некоторые ученые придерживаются мнения, что мы уже живем в период шестого массового вымирания[17]. По последним данным, 12 % существующих видов находятся под угрозой исчезновения, а резкое изменение климата значительно усилит эту угрозу[18]. Более 90 % дополнительного тепла, которое мы выработали за последние пятьдесят лет, поглотили океаны[19]. В результате погибла половина коралловых рифов в мире[20], а площадь летнего морского льда в Арктике, отражающая способность которого позволяет смягчать температурные скачки, быстро сокращается[21]. Тающие ледники уже повысили уровень моря больше чем на двадцать сантиметров, что привело к засолению многих водоносных слоев, усилению штормовых нагонов воды и угрозе существования низинных островов[22]. Другими словами, за последние пятьдесят лет мы вытолкнули человечество и всю планету из благоприятной эпохи голоцена в антропоцен – новый геологический период, в котором биогеохимические условия определяются не естественными процессами, а ощутимым влиянием человеческой деятельности. Люди впервые стали главной движущей силой масштабных изменений климата на нашей планете[23].
Многие исследования, посвященные эпохе антропоцена, указывают на беспрецедентный уровень ущерба, нанесенного нами планете всего за пять десятилетий[24]. Такого рода анализ основан на допущении, что мы уже сделали окончательный выбор и что нарастающее разрушение будет лейтмотивом всей наступившей геологической эпохи.
Мы придерживаемся принципиально иной точки зрения.
На наш взгляд, разрушительные процессы действительно могут усилиться, но это не является чем-то неизбежным. Новый исторический период начался драматически – это несомненно, но вся история пока не написана. Перо по-прежнему у нас в руке. Более того, мы держим его крепче, чем когда бы то ни было. И мы можем написать историю восстановления – и природы, и человеческого духа. Но для этого мы обязаны сделать выбор.
Когда мы решаем, в каком мире будем жить мы сами и следующие поколения, вариантов у нас немного; в сущности, у нас их всего два, и оба оговорены в Парижском соглашении по климату. Причем следует иметь в виду, что мы уже нагрели планету на 0,9 °C по сравнению со средней температурой времен промышленной революции. В соответствии с Парижским соглашением все государства посредством принимаемых мер по снижению выбросов, которые будут существенно усиливаться каждые пять лет, берут на себя обязательства по «удержанию прироста глобальной средней температуры ниже 2 °C», в идеале – не более 1,5 °C. Для запуска этого процесса в 2015 году 184 страны договорились о том, что будут делать в ближайшие пять лет, и решили каждые пять лет возвращаться к этому вопросу для принятия еще более строгих ограничений, поскольку текущее соглашение – лишь первый шаг к достижению долгосрочной цели – нулевому выбросу.
Мы представляем вашему вниманию оба сценария; один из них воплотится в действительность.
В МИРЕ, КОТОРЫЙ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО СТРОИТ СЕГОДНЯ, СРЕДНЯЯ ТЕМПЕРАТУРА ВОЗДУХА ЗЕМЛИ ПОВЫСИТСЯ БОЛЕЕ ЧЕМ НА 3 ГРАДУСА[25]. Первый сценарий иллюстрирует самую опасную траекторию, – ту, по которой мы движемся сегодня. Если правительства, корпорации и отдельные люди не предпримут дальнейших усилий в развитие тех мер, которые были согласованы в 2015 году, температура на планете продолжит повышаться, и к 2100 году ее прирост составит как минимум 3,7 °C. А если не будут соблюдаться уже принятые ограничения, температура повысится на 4 или 5 градусов. (См. приложение). Конечно, это мрачная перспектива. Хотя многие из худших сценариев смогут реализоваться только во второй половине нынешнего столетия, совершенно очевидно, что к середине века на человечество обрушатся всевозможные стихийные бедствия, биоразнообразие значительно сократится, а нам и нашим детям придется жить в непрерывно разрушающемся мире, причем без надежды на его восстановление.
МИР, КОТОРЫЙ НАМ СЛЕДУЕТ ПОСТРОИТЬ, ОГРАНИЧИТ ПОТЕПЛЕНИЕ НЕ БОЛЕЕ ЧЕМ НА 1,5 °C[26]. Нам не дано перевести стрелки часов назад и вернуть выбросы обратно в трубу. Но даже на нынешней стадии мы можем стремиться к лучшему миру, в котором природа и человечество не просто выживут, но будут вместе развиваться и процветать. Ученые ясно дают понять, что сценарий с потеплением на 1,5 °C все еще достижим, но это окно быстро захлопнется. Чтобы наши шансы на успех были не меньше 50 % (что само по себе неприемлемо высокий уровень риска), мы должны к 2030 году сократить выбросы парниковых газов вдвое по сравнению с нынешним уровнем, к 2040-му – еще вдвое, а самое позднее к 2050 году – добиться углеродной нейтральности