Максим махнул рукой и побежал со стадиона по аллее. Тут же вся компания с хохотом и визгом сиганула за ним. Пришли в себя!
Путь пролегал в гаражный кооператив, стоявший сразу же за школой. Длинные ряды кирпичных гаражей с бетонными крышами, покрытыми толью и залитыми гудроном, тянулись несколькими рядами. Максим подбежал к первому гаражу, залез на школьную ограду, потом, ловко цепляясь руками и ногами, поднялся наверх по неровно торчащим кирпичам, прямо на крышу гаражного ряда. Арина с опаской посмотрела на это действо. Что они делают, зачем это? Это же наверняка опасно для жизни и, как минимум, противозаконно!
— Люська, чего ты застыла как истукан? — Арина ощутила сзади довольно чувствительный толчок в спину от Аньки. — Давай быстрее, пока никто не увидел как мы на крышу полезли!
Арина не застыла как истукан, чувствовала она себя отлично! Просто некстати пришло на ум предупреждение мамы, чтобы она не вздумала ходить на пустырь и в гаражи! А сейчас вся дружная компания как раз-таки и направлялась в эти самые гаражи! И что делать? Отказаться идти со всеми? Это же ерунда какая-то… Тем более вчера на пустырь, где чуть не утонул Макс, вчера уже ходили…
Конечно же, забраться на крышу гаража для Арины не представляло никакой сложности, поэтому она, осторожно цепляясь за кирпичи, поднялась по ним и спокойной походкой направилась за Максимом. Остальная компания полезла за ними. Странно, но Стас каким-то образом умудрился залезть на гараж ещё и с футбольным мячом в руке. И теперь шёл по крыше и слегка попинывал его перед собой.
Путь лежал к самому последнему гаражу, за которым находился небольшой запущенный сквер. В это время сквер был ещё пустой, только прогуливались двое собачников. По лужайке бегали бело-рыжая колли, играясь с немецкой овчаркой серого цвета. Собаки сразу учуяли посторонних рядом, но ничем не выдали присутствие малолетних хулиганов на крыше гаражей.
— Вот наше место! — заявил Макс.
У крайнего гаража рос большой клён, одна из ветвей которого росла горизонтально, и почти подходила к гаражу. При известной сноровке можно было перелезть на ветку, с неё на дерево, а с дерева спуститься на землю, или… Наоборот, подняться выше. Само дерево почти нависало над гаражом, и надо признаться, под его густой сенью было довольно уютно. Компанию можно было увидеть только при большом желании.
Здесь же на крыше, под деревом лежал неизвестно кем затащенный старый матрас, картонки, какие-то старые тряпки. Арина с большим подозрением посмотрела на всё это. Они что, собираются сидеть на этом мусоре⁉ Помойка!
Так и оказалось. Максим первым делом стряхнул матрас, сбросив мусор и пыль, бросил на толевую поверхность крыши, и предложил всем садиться.
— Милости прошу к нашему шалашу, — усмехнулся Макс.
— А можно я не буду? — осторожно спросила Арина. — Тут грязно!
— Как хочешь, можешь стоять, — пожал плечами Стас. — Но только тебя могут увидеть с земли или из школы, а это было бы нежелательно.
И опять Арине пришлось внять голосу народа. Честная компания расположилась в кружок, Макс достал из кармана олимпийки колоду карт, перетасовал их и раздал всем присутствующим.
Арина уже играла в дурака с Малининой и Соколовской, когда все вместе ехали на первенство СССР, поэтому никаких сложностей в игре она не нашла. Сначала играла наравне со всеми, а потом благодаря хорошей памяти стала выигрывать чаще: она помнила, какие карты были в игре, какие были биты, и с большой долей вероятности могла сказать, какие карты остались и у кого. Если отнять от них свои, то ход игры можно было легко контролировать.
Чаще всего в дураках оставалась Анька из-за своей неосмотрительности, поэтому она через некоторое время заявила, что не будет играть в такую дурацкую игру, и полезла на дерево. Вернее, пыталась залезть, потому что Арина бросила играть и внимательно уставилась на неё.
— Ты что это делаешь? — строго спросила Арина. — Остановись немедленно!
— На дерево хочу залезть, — объяснила Анька. — А чё? Полезли вместе, Люська! Ты раньше до «корзины» залазила, а я только до «кресла», но сейчас я твой рекорд побью и залезу до «турника»!
— До какой ещё корзины, какого кресла и турника? — с опаской спросила Арина и посмотрела вверх на дерево. Клён был огромный. Главный ствол шёл почти вертикально вверх, но от него в разные стороны на разной высоте отделялись толстые ветки.
— Вот же «кресло», а вон «корзина», а вон там, на самом верху, «турник»! — глядя на Арину как на умалишённую, сказала Анька и показала на одну из толстых ветвей, находящихся на высоте метров шести от земли, а потом вверх.
В месте, которое она назвала «кресло», толстая ветка делилась на две, которые шли под очень острыми углами друг от друга, и действительно, на них можно было улечься спиной, что и повлекло такое, казалось бы, странное название этого места.«Корзина» же находилась на гораздо более опасной высоте, примерно на высоте третьего этажа. В этом месте ствол разделялся на несколько более тонких стволов, и действительно, с определённой натяжкой это место можно было назвать «корзиной» и даже посидеть там, свесив ноги. Но самым опасным был «турник». Он находился на самом верху, на высоте 5-го этажа. Там две тонкие ветки шли одна над другой, и на верхней можно было повиснуть, как на турнике. Казалось невероятным, что туда кто-то смог залезть, но этому было прямое доказательство: к верхней ветви «турника» была привязана какая-то тряпка, оставленная неведомым древолазом. Она была недосягаема для обычных людей, как Эверест. Но всё же там кто-то когда-то был…
Глава 5Бег за мороженым, а потом за рыбой
Громадный клён возвышался над гаражами как причудливый монстр, угрожающий округе. А вдруг в нём есть душа?
— Как вы лазаете по такой верхотуре? — невольно спросила Арина, снова посмотрев на дерево. — Это же небезопасно. Нет, это идиотизм какой-то!
Дерево с одной стороны, выглядело лёгким для подъёма, потому что обладало бугристым стволом. На него можно попытаться подняться при известной сноровке. Но зачем? Это опасно и ничего не даёт ни в каком плане. Тем более, для того чтобы забраться туда, нужно определённое снаряжение: каска, прочная одежда, щитки на колени и локти и альпинистское снаряжение со страховкой. Когда Арина озвучила всё это своим друзьям, они долго смеялись.
— Люська, тебе точно к юмористам надо, ты такие перлы выдаёшь, которые без смеха слушать нельзя, и при этом с таким умным серьёзным видом! — захихикала Анька. — Не ты ли туда лазать научилась? И меня учила?
— Смотрите, как надо лазать! — заявил Макс, которому тоже наскучила игра в карты.
Он подошёл к толстой ветке, проходящей рядом с гаражом, легко ступил на неё и, держась за ветки помельче, пошёл по направлению к стволу. Потом, цепляясь руками и ногами за бугры в стволе, поднялся до толстой ветки, на которой находилось «кресло». До «кресла» просто так, стоя, добраться было невозможно: толстая ветвь была лишена веток помельче, поэтому Макс сел на неё верхом и, передвигаясь таким образом, работая ногами и руками, добрался до «кресла». Лёг спиной на расходящиеся под острыми углами две ветви и свесил ноги вниз.
— Вот я лежу! Какие тут страховочные верёвки? — рассмеялся он. — Легкотня! Сейчас на корзину полезу! А потом и на турник! На турнике уже был Васька из пятьдесят третьего дома! Это его майка там! А теперь я буду! Смотрите, толпа!
На «корзину» забраться было намного труднее, чем на кровать: ствол шёл абсолютно вертикально, при этом руки охватить его полностью не могли, приходилось лезть вверх, цепляясь за обломки старых сучьев и бугры в стволе. Опасность грозила тем, что рука или нога могли соскользнуть, и тогда можно было упасть с приличной высоты, минимум с третьего этажа.
Однако, однако… Не зря же Арина Стольникова в своём времени увлекалась скалолазанием на скалодроме, из-за чего бывали конфликты с Бронгаузом, постоянно затиравшем ей о «нежелательном тренировочном кейсе». Честно признаться, для неё подняться по такому дереву было бы делом нескольких секунд, ведь она штурмовала на скалодроме стены до 20 метров высотой, а среди них были и «вертикали», и «положилово», и «отрицалово», и «пузо», когда приходилось подниматься по выпирающему под углом в 90 градусов вниз большому круглому бугру. А здесь-то… Обычная лёгкая «вертикалка».
Но был один нюанс: техника безопасности. Она привыкла лазать на высоту в каске, защитных щитках и со страховочной верёвкой, потому что была очень здравомыслящей девушкой, понимающей, когда стоит рисковать, а когда нет. Рисковать нужно на ледовой арене, а чтобы произвести впечатление перед друзьями, рисковать не стоило, это было бы полнейшей дуростью. Но почему эти советские подростки такие дурные, и увлечения у них такие опасные? Неужели в СССР все дети такие или ей просто так «повезло»: получить в друзья таких экстремалов?
Блин… Арина неожиданно вспомнила отца. Он точно ничего не говорил о том, что у него был старший брат! Вообще не говорил! Молчал на эту тему, почему Арина и удивилась, когда узнала про Максима, когда попала сюда в феврале! Но оказалось, что сейчас у него брат есть. Неужели… Боже, неужели Максим погиб? В юном возрасте? А если он разобьётся прямо сейчас, упав с этого здоровенного дерева? Нужно немедленно что-то предпринимать! Громадный клён неожиданно стал смотреться как злой тролль или великан, склонившийся над компанией друзей, который хочет забрать юную жизнь. Нужно не дать ему это сделать!
— Ты знаешь, подняться на это дерево очень просто: при известной сноровке достаточно лишь крепко держаться руками и ногами за кору и сучья, — небрежно сказала Арина, когда Максим начал с «кресла» передвигаться к основному стволу. — Намного труднее пробежать 60 метров и сдать норматив на мастера спорта. Я бегаю на быстроту как кандидат в мастера спорта по бегу, и тот, кто меня сможет одолеть, получается, выполнит норматив мастера спорта. А это 7 с половиной секунд, между прочим! Готовы рискнуть?