– Неужели нельзя добраться до острова поскорее? – спросил Семён Семёнович, беспокойно расхаживая по комнате взад-вперёд.
– Есть один способ, – вздохнув, сказал Самоделкин. – Летающая бочка.
– Что это такое? – удивился географ.
– Это моё последнее изобретение, – пояснил Самоделкин. – Если мы сядем в эту бочку и зададим приборам нужный курс, то уже через несколько мгновений окажемся в нужной точке Земли, но…
– Что «но»? – тут же переспросил Карандаш.
– Я её чуть-чуть не доделал, – потупившись, грустно ответил Самоделкин. – Я же не знал, что она нам так скоро понадобится.
– А что ты не доделал? – спросил Семён Семёнович.
– Моя летающая бочка пока не умеет тормозить, – сказал Самоделкин. – Пойдёмте, я вам покажу.
Друзья вышли во двор около мастерской железного человечка.
– Вот она, видите, какая красивая! Внутри есть небольшой пульт управления и автомат для газированной воды. Летает она почти со скоростью света, но тормозить пока не умеет.
– Ничего не попишешь, – сказал, отдуваясь, профессор Пыхтелкин и первым полез в летающую бочку. – Нам надо торопиться, скорее, друзья!
Карандаш и Самоделкин забрались в бочку следом за профессором и захлопнули за собой люк. Железный человечек надавил на рычаг управления, и летающая бочка, оторвавшись от земли, в ту же секунду рванула в небо с невероятной скоростью.
Никто из случайных прохожих даже не обратил внимания на этот удивительный старт трёх смелых друзей. И только усатый дворник, поливавший из резинового шланга улицу, задрал голову, когда над ним что-то мгновенно свистнуло, и, удивлённо пожав плечами, продолжил поливать пыльный тротуар.
Глава третьяКомпьютерная Баба-яга и другая виртуальная нечисть
Карандаш и Самоделкин чихнуть не успели, как летающий бочонок стал стремительно снижаться, а вернее, падать с огромной скоростью. Самоделкин едва-едва нажал на рычаг, и сбоку вырвался парашют. Но это не помогло. Не успев даже толком раскрыться, парашют зацепился за верхушку финикового дерева, и летающий бочонок с тремя путешественниками повис, словно большая спелая груша, всего в нескольких метрах от земли.
– Чуть не разбились, – проворчал кто-то внутри бочонка.
– Я же предупреждал, что механизм торможения у меня ещё не отлажен, – объяснил Самоделкин, открывая крышку люка.
– Зато добрались быстро! – радовался Карандаш.
– Не просто быстро, а моментально, – удивлённо пробормотал учёный. – Не прошло и минуты, как мы вылетели, а уже на месте. Вот это да!
– Так значит, это и есть тот самый знаменитый Остров мертвецов и привидений? – спросил Карандаш, спускаясь по лианам, которые повсюду свисали с веток деревьев.
– Он! – решительно подтвердил географ. – Судя по карте и компасу, мы находимся именно на этом таинственном острове.
– Пока что-то никаких привидений не видно, – оглядываясь, сказал Самоделкин и вслед за художником спустился на землю.
– Это потому, что сейчас день, – сказал Семён Семёнович. – А как написано в книгах, вся нечисть, как правило, вылезает по ночам.
– Куда же мы пойдём? – поинтересовался Карандаш.
– Будем искать пленников, – пожал плечами профессор Пыхтелкин.
– Как же мы их найдём, если даже не знаем, где они находятся? – спросил Самоделкин.
– В письме, которое нам принесли, сказано, что их держат в сыром подземелье, – размышлял вслух Семён Семёнович. – А если есть подземелье, значит, есть и замок. Вот его-то мы и будем искать.
– Я предлагаю идти вперёд, пока что-нибудь не найдём, – сказал Карандаш.
– Что, например? – спросил Самоделкин.
– Какие-нибудь следы наших разбойников, – пояснил волшебный художник. – Когда они ходили по острову, то наверняка оставили следы. А по этим следам мы отыщем и самих пленников.
– Верно! – согласился Самоделкин. – Пойдёмте скорее вперёд, может быть, что-нибудь да отыщем.
И железный человечек, раздвигая руками свисающие с деревьев лианы, первым начал пробираться вглубь острова. Профессор и Карандаш двинулись за ним.
Вскоре впереди показалось что-то необычное. Путешественники на всякий случай остановились, чтобы получше рассмотреть это «что-то».
– Избушка какая-то, – тихо пробормотал Самоделкин.
– На курьих ножках, – добавил Карандаш и засмеялся: – Прямо как в сказке про Бабу-ягу!
– Ох, не к добру это, – негромко произнёс профессор Пыхтелкин.
– Подумаешь, избушка, – подходя чуть ближе, смело сказал волшебный художник Карандаш. – Мы её не испугаемся. Я даже знаю, что нужно ей сказать!
И, не дожидаясь, пока Самоделкин начнёт его останавливать, громко произнёс:
– Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом!
Однако избушка его не послушалась, а осталась стоять так же, как и стояла.
– Ну пожалуйста, – вежливо добавил волшебный художник.
И произошло чудо: избушка заскрипела, закряхтела и, словно проснувшись от вековой спячки, медленно повернулась к друзьям передом.
Географ от удивления так и сел.
– Как в сказке! – ахнул он.
– Это кто же мне опять спать не даёт? – проворчал внутри избушки старческий голос. – Вот сейчас как стукну метлой по спине!
Дверь открылась.
– Это же Баба-яга! – прячась за Самоделкина, прошептал Карандаш.
– А вы кто такие? – Баба-яга удивлённо вытаращилась на путешественников. – Да неужто вы все трое – Иванушки-дурачки?
– Мы никакие не Иванушки! – позвякивая пружинками, храбро ответил Самоделкин.
– И не дурачки! – добавил из-за его спины Карандаш.
– А кто же тогда? – ещё больше удивилась старуха. – На Иванов-царевичей вы и подавно не похожи. Вы зачем по нашему лесу шастаете?
– Мы путешественники, – сообщил Самоделкин. – Вы тут в лесу, случайно, двух подозрительных разбойников не встречали? Один такой худой, с длинным носом, а второй, наоборот, толстый, с рыжей бородой и в тельняшке.
– Нет, не встречала, но если увижу, то обязательно вам скажу, – зевнув, пообещала Баба-яга и неожиданно ласково проворковала: – Заходите в дом, гости дорогие, я вас чаем с малиновым вареньем угощу.
– Заходить к ней в дом опасно! Вы что, забыли, на каком острове мы находимся? – зашептал друзьям Самоделкин. – Зажарит вас на сковородке под сметаной, тогда узнаете, где раки зимуют.
– Всё равно нам нужно где-то ночевать, – сказал профессор Пыхтелкин. – А оставаться ночью в лесу, тем более на этом острове, ещё опаснее. Идём в дом, – решительно сказал учёный и тихо добавил на ухо Самоделкину: – Здесь что-то не так, это какая-то ненастоящая Баба-яга. Нужно за ней понаблюдать.
Вскоре друзья сидели за столом и пили ароматный чай с бубликами и вареньем.
– А вы самая настоящая Баба-яга? – спросил Карандаш старушку. – Та самая, из сказок?
– Она самая, касатик, она самая, только я добрая Баба-яга. Хотя иногда, конечно, я становлюсь злой, – нахмурившись, предупредила Баба-яга.
– Как это «иногда»? Не понимаю! Люди или добрые, или недобрые! – решительно заявил волшебный художник.
– Я сама ничего не понимаю, касатики мои, – ответила Баба-яга. – На меня порой вдруг напасть какая-то находит: я начинаю чихать и сразу становлюсь злой и всякие пакости делаю… А-апчхи!
– Будьте здоровы, бабушка! – дожёвывая бублик, пожелал Самоделкин.
– Кушайте, касатики мои, кушайте, – приговаривала Баба-яга. – А вот у меня ещё есть грибочки маринованные, вкусненькие, свеженькие, кушайте на здоровье, не болейте!
– Не ешьте грибов! – страшным голосом закричал профессор Пыхтелкин, вырывая у Карандаша миску с грибами. – Это же мухоморы с поганками!
– А-апчхи! Ой, что же это я делаю? – запричитала старушка. – Я же вам говорила, что иногда сама не своя делаюсь. Пойду-ка лучше постелю вам на печке.
И старушка зашаркала в кладовку.
– Странная она какая-то, – подозрительно прошептал Самоделкин. – То добрая, чаем нас угощает, а то отравить пытается.
– И вообще, откуда здесь, на Острове привидений, взялась сказочная Баба-яга? – спросил Карандаш. – Я думал, что они только в сказках да в мультфильмах встречаются.
– Я всё понял! – неожиданно заявил профессор Пыхтелкин. – Эта Баба-яга – не настоящая. Она компьютерная!
– Как это – компьютерная? – удивился Карандаш.
– А так! Кто-то нарисовал Бабу-ягу на компьютере. Может быть, сидит этот «кто-то» здесь, на острове, и передаёт нам изображение Бабы-яги с помощью специального устройства. Теперь поняли?
– Ничего не понял. Разве такое возможно? – удивился Самоделкин.
– При помощи компьютера почти всё возможно, – улыбнулся учёный. – А если на этом острове всё ненастоящее, то бояться нам нечего.
– Может, бабка и компьютерная, а гадости делает самые что ни на есть настоящие, – сердито сказал Самоделкин. – Вон – чуть мухоморами нас не отравила.
– Верно, милок, верно, – раздалось у друзей за спиной. – Я ненастоящая!
– Ага, созналась! – обрадовался Самоделкин. – Признавайтесь, бабуля, это пират Буль-Буль и шпион Дырка всё подстроили? Заманили нас на этот остров, чтобы опять разные гадости выделывать?
– Нет, ни про какую дырку я не знаю, – покачала головой Баба-яга. – А вот что живёт на острове какой-то страшный человек, точно знаю. Он и меня смастерил с помощью этого, как вы говорите… кимпутера, будь он неладен! Вот и получается: то я хорошая, а то – плохая. Как начну чихать, верный признак, что этот оглоед свою машину завёл. Сразу начинаю гадости делать, а-апчхи! Кушайте грибочки, кушайте!
Глава четвёртая,беспокойная, потому что Баба-яга рассказывает на ночь страшилки
Когда наступила ночь и путешественники отправились спать на печку, где им постелила компьютерная Баба-яга, началось самое удивительное.
Профессор Пыхтелкин сразу начал тихонечко похрапывать, а Карандаш и Самоделкин долго не могли уснуть, ворочались с боку на бок. Баба-яга села за стол и занялась любимым делом: стала гадать на картах.