– А какой был скрип, вы не припомните? – расспрашивал специалист по нечистой силе у тёти Моти.
– Противный такой: «У-у-у-ы-ы-ы-ы-у-ы-у-у!» – изобразила тётя Мотя.
– Понятно, – ответил профессор Пыхтелкин. – Обычно так закрывается крышка гроба, когда покойники в склепах прячутся. Я ведь изучал все виды скрипа и треска, – похвастался учёный.
– Так значит, это был самый настоящий покойник?! – задрожала и закрыла лицо руками тётя Мотя.
– Возможно, – кивнул Семён Семёнович. – Вы лучше через это кладбище больше не ходите, раз там такие безобразия творятся.
– Ни за что не пойду! – закивала тётя Мотя. – Даже за сто миллионов рублей!
Разволновавшись, тётя Мотя так сильно топнула ножкой сорок шестого размера, что со стола посыпалась посуда, а кофейник опрокинулся профессору на брюки.
Учёный убежал в свою комнату переодеваться, а к гостинице на всех парах уже неслась ближайшая подруга Матильды Степанида.
– Смотри, что я раздобыла для тебя! – весело приплясывая, крикнула Степанида и показала подруге маленький пузырёчек с зеленоватой жидкостью.
– Это что такое? – спросила тётя Мотя.
– Зелье приворотное для твоего профессора! Дома нашла, можно не заказывать, – пояснила повариха. – Выпьет эту жидкость и сразу влюбится в тебя!
– А может быть, не надо? – не очень уверенно спросила тётя Мотя. – Жалко его, сердешного, поить каким-то зельем приворотным. Почему у него такой цвет подозрительный, а? Может, отрава какая?
– Это специальный настой из лягушачьих лапок и тараканьих усиков, – пояснила Степанида. – Мне его одна уважаемая добрая колдунья когда-то продала за большие деньги.
– А вдруг он наглотается этих лапок лягушачьих и сам в какую-нибудь жабу превратится? – заупрямилась Матильда.
– Ты хочешь замуж за своего учёного или нет? – строго спросила Степанида.
– Очень даже хочу! – закивала головой тётя Мотя. – Он такой хороший, такой умный, Семён Семёнович. Он мне очень нравится.
– Тогда подлей ему в кофе эту жидкость и жди, – повелела подруга.
– А долго ждать-то придётся? – заторопилась Матильда, выхватывая из рук Степаниды заветный пузырёк.
– Думаю, что не очень, – ответила повариха. – Может быть, до вечера, в крайнем случае – до завтра.
– Хорошо, – согласилась тётя Мотя и, отвинтив пробку, решительно выплеснула настой профессору Пыхтелкину в чашку свежего кофе.
Глава девятаяСыщик Гриша Одуванчиков начинает собственное расследование. Сторожевая коза Дуська
Раскалённое солнце нещадно палило с самого утра.
Карандаш и Самоделкин гуляли по деревне. Карандаш захватил с собой блокнот и простым карандашом рисовал по дороге всё, что видел: лес, корову, гусей, кур, кошку, собаку, поросят, сено и даже старую телегу.
Самоделкин тоже не ходил без дела: чинил и ремонтировал везде, где требовалась его помощь. Он был мастером на все руки, поэтому помогал каждому, кто его просил. Взяв инструменты, он за два часа починил в деревне три забора, одну дверь, калитку и два сарая. Козявкинцы были очень довольны.
В деревне каждый занимался делом. Доярки доили коров, дворники подметали пыльные улицы, а председатель бегал по полю и проверял, кто как работает. Все были при деле. Или, вернее, почти все.
Кое-кому в этой деревне давненько было очень скучно. Душа просила чего-нибудь романтично-героического. И терзала эта душа не кого-нибудь, а местного агронома Одуванчикова. Свою работу он выполнял исправно, но душа просила чего-то другого. Сначала Гриша Одуванчиков не понимал, чего именно она просит. Но увлечение детективами наконец рассеяло туман. Однажды утром Гриша Одуванчиков отчётливо понял, что хочет стать сыщиком.
– Хватит уже о свёкле, морковке и сусликах думать, – громко сообщил Гриша своей козе Дуське. – В мире столько нераскрытых преступлений! Преступники и воры так и шастают у нас под ногами, так и шастают. А мы смотрим на это сквозь пальцы.
Для убедительности Гриша поднёс козе Дуське к носу растопыренную ладонь. Но глупая коза ничего не поняла и облизала её тёплым шершавым языком. Но агронома с цветочной фамилией Одуванчиков это не смутило. Он решил стать настоящим сыщиком.
Гриша купил большое увеличительное стекло, парик, накладную бороду (чтобы изменять внешность при слежке за подозрительным лицом) и даже выучил несколько приёмов самбо.
Всё могло пригодиться в борьбе с настоящими преступниками. Агроном надеялся, что ему удастся поймать какого-нибудь злодея, за что он получит большую золотую медаль. Или в крайнем случае его наградят именными серебряными часами, на которых будет написано: «За храбрость».
А ещё Гриша Одуванчиков каждый день тренировал свою козу Дуську. В одной книжке он прочитал, что у настоящего сыщика обязательно должна быть обученная собака, которая умеет брать след и определять по запаху, куда убежал преступник. И самое главное, она должна задерживать опасных бандитов, бросаться на них и кусать. Но собаки у Одуванчикова не было. Зато была хорошая коза Дуська с острыми бодучими рогами и четырьмя копытцами.
Гриша долго мучился с Дуськой, зато через полгода это была уже не коза, а настоящая боевая подруга. С ней можно было даже в разведку ходить. Она научилась плавать под водой, ползать, лазать по деревьям, блеять страшным голосом, бодаться и лягаться. Короче говоря, умела делать всё, что необходимо для ловли шпионов и разбойников. Если нужно, Дуська даже могла перекусить зубами колючую проволоку.
О том, что агроном готовил себя и козу в сыщики, в деревне не знала ни одна живая душа. Это был секрет. К тому же преступников в Козявкине не было, и Одуванчиков на время затаился.
Как только деревню начали будоражить слухи о нечистой силе, Гриша сразу смекнул: здесь что-то не так! Наконец-то наступил тот самый момент, которого он давно ждал! То есть пробил его звёздный час.
– Никакой нечистой силы на свете не существует! – твёрдо сказал он козе Дуське. – Просто кто-то в деревне задумал совершить преступление. Вот мы и узнаем, кто это! Мы поймаем с тобой преступников, Дуська! – торжественно закончил агроном.
Глава десятаяСтрашная тайна профессора. Частный детектив и его коза начинают действовать
– Надо хорошенько подготовиться перед тем, как мы пойдём ловить эту выхухоль, – задумчиво сказал Самоделкин. – Если она такая ловкая, что её до сих пор никто не поймал, нужно придумать какую-нибудь ловушку.
– Верно, – кивнул Карандаш. – Нам нужна выхухолеловка!
– А что это такое? – не понял профессор Пыхтелкин.
– Если есть мышеловки, значит, должны быть и выхухолеловки, – пояснил волшебный художник. – То есть ловушки для выхухолей.
– А… теперь понятно, – протянул Самоделкин и озадаченно почесал затылок. – Я попробую её сконструировать.
Железный человечек нахмурился и, достав из кармана авторучку, стал чертить на бумаге, что-то бормоча себе под нос.
Карандаш и профессор Пыхтелкин с интересом склонились над чертежом Самоделкина, пытаясь понять, что же там изображено. Через несколько минут работа была закончена.
– Всё! – довольно выдохнул Самоделкин. – Теперь, Карандаш, осталось тебе это нарисовать – и дело в шляпе.
– Что-то я не пойму, что здесь изображено…
…Часы пробили полдень. К этому времени в деревне Козявкино произошло несколько событий.
Вскоре после завтрака к гостинице, как угорелый, примчался директор Сосискин. Он подбежал к столу, выпил в два глотка стакан холодного молока и поинтересовался у профессора Пыхтелкина и его верных помощников, как продвигается расследование.
– Пока никак, – честно признался Семён Семёнович. – Вся нечистая сила, если она, конечно, есть в вашей деревне, выползет наружу ближе к вечеру.
– Вот тут-то мы и устроим на них облаву, – продолжил Самоделкин. – Мы с Карандашом придумали одну штуковину – выхухолеловку. Вот она. Действует как мышеловка, только вместо сыра мы положим туда сахар, – хитро улыбнувшись, объяснял железный человечек. – Она захлопывается с помощью специального механизма, который срабатывает, как только внутри ловушки кто-нибудь окажется.
– А вдруг она, эта нечисть, невидимая, как человек-невидимка? – спросил помощник директора товарищ Кулебякин.
– Наша выхухолеловка всё равно захлопнется, – улыбнулся Самоделкин. – Такой в ней хитрый механизм. Сложно объяснить. Главное, чтобы сама нечисть объявилась, а там уж дело техники!
– Главная нечистая сила – это выхухоль в Козявках, – сказал директор Сосискин. – Из-за неё, проклятой, вся наша деревня, как парализованная, – пожаловался он. – Люди боятся на работу выходить, а летом в деревне работы невпроворот. Уже пора сено косить, иначе коров зимой кормить нечем будет.
– Нам с Самоделкиным сказали, что эта выхухоль давно обитает возле вашей деревни, – вставил слово Карандаш. – Вроде бы за сто лет она многих к себе в болото утащила.
– Да, да, – кивнул директор Сосискин. – Наши деревенские бабки мне все уши про неё прожужжали.
– Если так, то дело плохо, – огорчился Семён Семёнович. – Значит, на деревне родовое проклятие лежит. А его очень трудно снимать.
– Это всё он виноват! – с досадой крякнул директор.
– Кто «он»? – тут же спросил Самоделкин.
– Граф Дракулов, хозяин замка, – пояснил директор Сосискин. – Приехал в наши края из-за границы, построил какой-то мрачный замок, да ещё зверя диковинного в клетке приволок.
– Я наслышан о графе Дракулове, – вспомнил профессор Пыхтелкин. – Мне местные жители рассказывали, что он был вампиром, но я, честно говоря, не поверил.
– То есть как это – вампиром? – испугался директор. – Разве вампиры существуют на самом деле? Я считаю, что всё это самые настоящие враки.
– А вот и не враки! – расстёгивая рубашку, ответил Семён Семёнович. – Посмотрите на мою шею, видите небольшой шрам?
– Да, вижу, – наклонившись, кивнул Сосискин.