Женщина вдруг умолкла и неловко рассмеялась:
— Ой, что это я заболталась! Раз уж ты пришла, так заходи в дом! Братья дома, бабушка тоже… А все-таки что ты принесла? Как же давно все это было, у меня аж мурашки по коже!
Женщина прижала обе ладони к груди и показательно содрогнулась всем телом, а потом посторонилась, чтобы Кики могла пройти внутрь, и звонко крикнула вглубь дома:
— Слушайте все! К нам залетела любопытнейшая весть!
От входа тянулся коротенький коридор, ведущий в комнату, в которой стоял большой приземистый стол. За столом сидели двое парней, которым совсем недолго осталось до того, чтобы называться взрослыми, девушка, а с ними мужчина и женщина, скорее всего их родители. Должно быть, это были браться и сестра. Женщина была очень похожа на ту, что открыла Кики дверь. В глубине комнаты в кресле-качалке сидела сухонькая старушка, на голове у нее красовался премиленький чепец. Похоже, все как раз сели за стол попить чаю.
— Что за любопытнейшая весть? — Все разом подались на голос, обращаясь к Кики. Их слова прозвучали так слаженно и дружно, что Кики невольно отступила на полшага назад.
— Это ключ, принадлежавший вашему многоуважаемому предку, капитану Гого. Его случайно нашли в лавке Онами. Это небольшой магазинчик на Галечной улице, он торгует старыми морскими вещами… Вероятно, вы о нем слышали?.. Когда с ключа счистили грязь и патину, обнаружилось, что здесь выгравирован ваш адрес, вот владелец лавки и решил, что будет вернее всего доставить его вам, поэтому я привезла ключ сюда по его просьбе. Разумеется, это все дело прошлое, так что для начала хотелось бы просто узнать, может, из семьи кто остался, просто попробовать хоть что-то выяснить… Раз есть ключ, то к нему должен быть и замок, и им одиноко друг без друга… Так сказал господин Онами. — Кики показала ключ, который она все это время крепко сжимала в ладони.
— Ну разумеется, каждому ключу свой замок. Они по-своему едины. — Мужчина взял находку в руки.
Все уставились на ключ, по очереди просили подержать его в руках, подставляли бьющему в окно солнечному свету, вертели, рассматривали.
— А! Так это же, наверно, от нее! — Один из парне вдруг покачнулся всем телом.
— Он должен быть от «ну-а-вдруг-шкатулки»! На ней ведь точно такой же узор! — почти сразу вслед за ним вскричал второй парень, а девочка, громко топая на бегу, поднялась по лестнице и вскоре вернулась, сжимая двумя руками шкатулку, чем-то напоминающую сундук для сокровищ.
— Вот, это она! Это непременно должна быть она! Вот вам и замочек!
Тускло мерцающая шкатулка была сделана из какого-то металла. Это была вещица изящнейшей работы. Узор на ней слегка подстерся, видимо, от времени, но было видно, что он совпадает с узором на ключе. Девочка слегка потрясла шкатулку, из нее раздалось постукивание. Когда люди в комнате услышали этот звук, у всех на лицах разом проступило радостное предвкушение.
— Ну, наконец-то мы узнаем, что это за «стук-постук». Давно, страшно давно хотели выяснить, что же это такое! — И снова все голоса прозвучали в удивительном согласии. А потом раздался такой же дружный вздох.
Взгляды всех, кто был в комнате, разом прикипели к замочной скважине. По ту сторону небольшого отверстия царила полная темнота, она была похожа на какой-то волшебный глаз. Который внимательно смотрел на собравшихся.
— А в самом ли деле там что-то есть?
— Хочу посмотреть!
— Да, наконец-то мы сможем это увидеть!
— Сбудется мое давнее желание!
— Мы до сих пор как только ни силились ее открыть, ни один ключ не подходил. Злились даже порой, уже хотели даже сломать ее. Дедушка как-то раз ее нарочно о камень хряпнул, но она и тогда выстояла, — пояснила девочка, обернувшись к Кики.
— Уж очень она крепкая, эта шкатулка.
— Позвольте мне исполнить эту важную роль и раскрыть всем ее секрет!
Один из юношей взял ключ и вставил его в замочную скважину. Ключ вошел как намасленный. Все разом вздрогнули, потом переглянулись, а затем уставились на ключ в скважине. Никто не двигался и даже почти не дышал.
Кики тоже смотрела на скважину, застыв, как каменное изваяние.
С полмгновения — и девочка вскинулась, попросила отчаянно:
— Ну, я тогда поверну ключ, можно? Это же исторический момент! Та-дам!
— Эй-эй, стоп, постой! — протянув руку вперед, вскричал мужчина, который, скорее всего, был отцом семейства. Все взгляды обратились на него.
— А вы уверены, что ее нужно открывать? Точно ли оно того стоит? — Отец обвел всех взглядом.
Все уставились на него.
— Если мы ее откроем, все будет кончено. Если мы все узнаем, конец тайне. Не будет больше наших «ну а вдруг» праздников. Вы в самом деле этого хотите?
— Ох! — судорожно выдохнул кто-то.
— А ведь и правда!
— Мне это не нравится! — воскликнула девочка.
— И мы больше не сможем соревноваться!
— Да. И я не смогу больше дарить вам призы. Те самые «бабушкины призы», которых вы с таким нетерпением ждали. В незнании состоит одна из наших маленьких радостей… — проговорила молчавшая все это время бабушка.
Кики, затаив дыхание, следила за тем, как головокружительно все вдруг переменилось.
— Видишь ли, ведьмочка… — обратилась к Кики женщина, которая открыла ей дверь. — Эта шкатулка уже много лет служит тайной нашей семьи. Она не открывается, как над ней ни бейся. Она гремит, если ее потрясти, то есть там наверняка что-то есть, но мы не знаем, что это. Мы прозвали ее между собой «ну-а-вдруг-шкатулка». Ну а вдруг там лежит что-то такое? Ну а вдруг там лежит что-то эдакое?.. Мы смотрели на нее и строили всяческие предположения. Мы завели такой обычай: каждый год, двадцать третьего августа, в тот день, когда капитан Гого потерпел кораблекрушение, собираться возле это шкатулки. А потом, где-то с десять лет назад, дедушка начал забавляться всяческими выдумками о том, что бы могло находиться внутри это шкатулки. Когда его не стало, этот обычай переняла бабушка, и она же награждает призом того, кто выскажет самое интересное предположение.
— Кстати, ведьмочка, а ты как думаешь, что лежит в шкатулке? — Один из парней посмотрел на Кики.
— Что? Вы это мне? — Кики растерянно поглядела на шкатулку.
— Да. Нафантазируй что-нибудь!
— Хм-м… Нафантазировать? Вы так неожиданно спросили… Ну, камешек из какой-нибудь далеко страны… Подойдет?
— Пф-ф, как банально! А еще ведьма! — с явным разочарованием произнес парень.
— Скажи что-нибудь ошеломляющее! Что-нибудь ведьмовское!
— Ох, что ж сказать-то…
Но как Кики ни старалась, ей просто ничего не приходило в голову. Она виновато опустила глаза.
— Ну, например, яйцо, которое надо высиживать триста лет, чтобы из него вылупилась птица!
— Ка-ак? Разве такие яйца бывают? — Кики невольно нагнулась к скважине и попыталась заглянуть внутрь.
— Ну и дела! Ведьма — а так всерьез все воспринимаешь! Так тебе первого приза не получить!
— Я как-то раз сказала, что там лежит ластик, которым можно стирать увиденные сны. Очень интересно придумывать что-то, чего нет и быть не может. Даже интереснее, чем приз за это получить! Все с таким увлечением думают: «Ну, уж в этом году я выиграю!» Целый год этим живем!
— Придумывать небылицы — это замечательно! Мурашки по коже, правда! И все-таки это не обман, хоть и не правда, это такая… невидимая быль, а-ха-ха!
— Ну совсем уж глупости и несуразицы придумывать нельзя. Нужно что-то, что почти могло бы быть, и все же его нет… Вот что самое важное, — проговорила женщина, которая, верно, была матерью семейства, и вздохнула глубоко. — Вот только я вечно проигрываю. Бабушка, вручила бы ты и мне приз хоть разок!
— А вот у него самая интересная догадка была, когда ему исполнилось четыре года, — проговорила девушка.
— Да, я в свои четыре был молодцом! — поднял руку парень.
— А что ты тогда придумал? Расскажи мне, — попросила Кики.
— Я сказал, что в шкатулке лежит «земляная жемчужина». И что если поднести шкатулку к уху, она нашепчет тебе свои секреты. — Парень поднес шкатулку к собственному уху — а потом протянул ее в сторону Кики. — Ну-ка скажи, слышишь? Да слышишь… Наверняка слышишь!
Кики прислушалась.
— Даже не вздумай сказать, что тебе ничего не слышно, ты же ведьма! — поспешил добавить тот. Но и в самом деле что-то словно бы доносилось… Или нет? Но Кики показалось, будто кто-то кому-то и в самом деле что-то шепчет еле слышно.
— Ну вот, слышишь же! Это она и есть — небылица, которую неправдой не назвать. Самая что ни на есть правдивая ложь.
— Эй-эй, так ты что, до сих пор в самом деле в это веришь?
— Ну разумеется! Во мне до сих пор бьется чистое и искреннее сердце мальчишки! А-ха-ха! — Парень расправил плечи и шутливо показал язык.
— Самое замечательное — это то, что ничего нельзя доказать, — кивнул отец.
А юноша вдруг добавил порывисто:
— А ведь в самом деле, если откроем крышку, то станет неинтересно!
— Да!
Все дружно покивали.
— Если мы откроем, то загадочный капитан Гого исчезнет. Останется самый обычный капитан.
— Да… Точно. В самом деле! Пусть лучше чудо всегда остается чудом. Не будем открывать?
— Нет, не станем. Лучше так, как есть.
— Но ведь и увидеть тоже хочется, аж мурашки по коже, как хоется заглянуть! — проговорила девочка.
Оба парня, не сговариваясь, раскинули руки, словно пытаясь обхватить ими воздух.
— Пожалуйста!
— Не нужно все-таки!
— Так будет лучше!
— Точно!
— Согласна. Пусть фантазии продолжают жить.
Все еще раз обменялись между собой легкими кивками. Отец протянул руку, аккуратно достал из скважины торчащий в ней ключ и протянул его Кики.
— Прости, что тебе пришлось везти его сюда.
— Но вы уверены? Вы вправду хотите, чтобы ключ и шкатулка разлучились? Мне кажется, было бы лучше, если бы я просто оставила его у вас… — проговорила Кики, глядя на ключ в своих руках.
— Так лучше! — И снова все говорили хором, в полном согласии.