В X в. были сделаны также переводы "Хвадайнамака", пехлевийский текст которого еще существовал в то время, на новоперсидский язык. Известно о существовании персидских переводов, а также об их сводных редакциях. Этими переводами воспользовался Фирдоуси при создании своей эпопеи "Шахнаме".
Легендарная история Ардашира Папакана известна нам также из древнеармянской литературной традиции. Так, Моисей Хоренский (конец V в.) в 70-й главе второй книги "Истории Армении" упоминает ряд легендарных сюжетов, связанных с Ардаширом, которые, по его утверждению, он почерпнул из сочинения, персидское название которого приводится им как "Раст-сохун" (=ср.-перс. rāstsaxwan, "правдивое слово"). Это сочинение, по свидетельству Моисея Хоренского, было написано Барсумой и переведено на греческий писцом царя Шапура II (309-379) по имени Хорохбут (арм. Xorohbut < ср.-перс. Xwarrahbūt), перешедшего на сторону греков и принявшего христианство. Приводим перевод этого отрывка древнеармянского текста Моисея Хоренского (Хор., II, 70) [13].
"Этот Хорохбут был писцом Шапуха (т.е. Шапура II), царя персов, и, попав в руки греков в то время, когда Юлиан, он же Парабатос (=Отступник), с войсками отправился в Ктесифон и там же погиб, пришел при Иовиане к грекам в составе придворных служителей. Приняв нашу (т.е. христианскую. — О. Ч.) веру, он был назван Елиазаром и, изучив греческий язык, изложил деяния Шапуха и Юлиана. Вместе с тем он перевел и историю предков — книгу, которую персы называют «Раст-сохун», написанную его товарищем по неволе, которого звали Барсума. Ознакомившись (с ней), мы пересказываем сейчас из нее в этой книге, опуская их пустые басни. Ибо неуместно нам сейчас повторять басни о сне Папака, и об исхождении пламени, вьющегося из Сасана, и об укрытии (его) вместе со стадами, о луне и предсказаниях халдейских звездочетов, и то, что было после этого, и о замысле Ардашира о блуде и убийствах, и о нелепых рассуждениях дочери мага о козле — и обо всем другом. А также и о том, как козою был вскормлен младенец под сенью орла, и о том, как вещал ворон, и о защите храбрым львом при содействии волчицы, и о добродетели единоборства, и о том, что в духе аллегорий. Но мы расскажем только достоверное, что поистине подобает истории".
В этом отрывке содержится совершенно определенное указание на наличие уже в IV в. н. э. какой-то письменной фиксации легендарных сюжетов, связывавшихся с личностью Ардашира Папакана. Вопрос о взаимоотношении этих сюжетов и "Карнамака" будет рассмотрен ниже; сейчас же остановимся еще на одном памятнике армянской литературы, обнаруживающем знакомство с легендой об Ардашире. Это анонимное сочинение "Агафангел" (середина V в.), греческий перевод которого сохранил — в поврежденном виде — не дошедшую до нас в армянском оригинале начальную часть этого труда, так называемый "Пролог" [14].
Здесь описывается приход Ардашира к власти и свержение Ардабана, причем взаимоотношения Ардашира и Ардабана излагаются Агафангелом в явно легендарной форме, с несомненными отголосками сюжетов, близких, хотя и не идентичных, тем, которые содержатся в "Карнамаке" или у арабоязычных авторов и в "Шахнаме" Фирдоуси.
История, приведенная византийским историком Агафием (VI в.), также является легендарной. По Агафию (II27) [15], мать Ардашира была женой Папака, сапожника по профессии, сведущего в астрологии. Папак по составленному им гороскопу узнал, что потомство гостящего у него в доме в этот момент некоего военного, по имени Сасан, достигнет великой славы, и свел свою жену с гостем. Родился Ардашир, который воспитывался Папаком на правах его сына. Между Папаком и Сасаном возникает ссора из-за права на отцовство и достигается компромисс: Ардашир будет называться сыном Папака, но будет считаться Сасанидом. В отличие от "Карнамака", согласно которому Ардашир является внуком Папака и законным сыном Сасана, у Агафия происхождение основателя династии Сасанидов представлено и как незнатное и незаконное, что, видимо, является тенденциозной обработкой самого византийского историка.
Попытки установить отношение "Карнамака" к "Хвадайнамаку", не дошедшему до нас ни в среднеперсидском оригинале, ни в ранних арабских переводах, предпринимались неоднократно. Уже Т. Нёльдеке сомневался в том, что версия предания об Ардашире, как она выступает в "Шахнаме", может быть непосредственно возведена к "Карнамаку", несмотря на то что все сюжетные линии последнего в "Шахнаме" присутствуют — с незначительными отклонениями — лишь при трех дополнительных сюжетах и сценах. Т. Нёльдеке предполагал существование какого-то источника, отклоняющегося от "Карнамака" [16]. В. В. Бартольд видел в "Карнамаке" одну из двух дошедших до нас (второй он считал "Аййадгар-и Зареран") частей пехлевийского "Хвадайнамака" [17].
Представляется поэтому небесполезным для внесения большей ясности в этот вопрос провести общее сопоставление версий истории об Ардашире, принимая за основу "Карнамак". При сопоставлениях композиционно-сюжетные характеристики "Карнамака" мы будем передавать в соответствии с приведенным выше сюжетным планом [18].
Iа. В "Шахнаме" два сна, в отличие от трех в "Карнамаке". Сюжет упоминается также у Моисея Хоренского, но говорится лишь об одном сне Папака. Сюжет отсутствует у Агафангела, а также у Табари и других арабоязычных авторов, у которых пророческий сон снится самому Ардаширу. В ином варианте, без упоминания сновидения, этот эпизод встречается у Агафия, причем пророческое предсказание об Ардашире (по гороскопу) здесь приписывается Папаку.
Iб. У Табари и других арабоязычных авторов генеалогия Ардашира — историческая, в отличие от "Карнамака", Агафия, Моисея Хоренского, Агафангела и "Шахнаме".
Iв. Сюжет имеется в "Шахнаме" и известен Агафию, у которого история Ардашира на этом обрывается.
IIа-б. Имеются в "Шахнаме" и отсутствуют в других вариантах.
IIв. Сюжет известен "Шахнаме", где девушке дано имя Гульнар, и Агафангелу, где она носит имя Артадухт.
IIг. Сюжет присутствует также в "Шахнаме", упоминается у Моисея Хоренского. У Агафангела Ардабан сам составляет гороскоп и определяет по нему свое предстоящее низложение. Сюжет отсутствует у Табари и у других арабоязычных авторов.
IIд. Сюжет фигурирует в "Шахнаме", известен Моисею Хоренскому. Отсутствует у арабоязычных авторов. У Агафангела Ардашир, узнав от Артадухт (так у Агафангела названа служанка Ардабана) о предсказанном гороскопом поражении Ардабана, собирает персидскую и вавилонскую знать, убеждает ее выступить против несправедливого и незаконного правителя Ардабана и направляет к Ардабану послов — Зика и Карена. Сюжет побега у Агафангела отсутствует, вместо него излагается эта история.
IIIа. Сюжет излагается в "Шахнаме" и упоминается Моисеем Хоренским. У арабоязычных авторов отсутствует.
IIIб. Вариант представлен в "Шахнаме".
IVа. Сюжет имеется в "Шахнаме", у арабоязычных авторов и у Агафангела, причем у последнего после описания установления власти Сасанидов в Иране история об Ардашире прерывается. У всех авторов этот сюжет излагается по-разному. У Моисея Хоренского прямое упоминание о сражении Ардашира с Ардабаном в данной связи отсутствует.
IVб. Сюжет присутствует во всех версиях, кроме армянских.
V. Имеется в "Шахнаме". Отсутствует в других версиях.
VIа-г. Имеются в "Шахнаме". Отсутствуют в других версиях.
VIIа-б. История женитьбы Ардашира, отсутствующая в "Карнамаке", есть у Табари и у других арабоязычных авторов. Но в них отсутствует сюжет с попыткой отравления, который имеется в "Карнамаке" и "Шахнаме".
VIIв-г. Имеются у арабоязычных авторов и в "Шахнаме".
VIIIа. Сюжет отсутствует во всех версиях.
VIIIб. Сюжет имеется во всех версиях. У арабоязычных авторов и в "Шахнаме" совпадают также детали, в которых они расходятся с "Карнамаком".
IXа. Имеется во всех арабоязычных версиях и в "Шахнаме".
IXб. Имеется во всех арабоязычных версиях и в "Шахнаме" с расхождениями в деталях.
Xа-б. Имеются во всех арабоязычных версиях и в "Шахнаме" с расхождениями в деталях.
Xв. В "Шахнаме" совпадает с "Карнамаком", у Табари и других арабоязычных авторов излагается несколько иначе.
XI. Имеется во всех текстах с расхождением в деталях.
Первый вывод, который можно сделать из этих сопоставлений, заключается в том, что версия "Шахнаме" содержит несравненно больше схождений с "Карнамаком", чем версии арабоязычных авторов, восходящие к своду "Хвадайнаме". И здесь особое значение, как нам кажется, следует придавать схождениям и расхождениям источников в сюжете Iб. Генеалогия Ардашира арабоязычных версий в той ее части, которая касается отца Ардашира, во всяком случае, вполне исторична. Она отвечает той официальной генеалогии этого царя, которая представлена в ранних надписях Ардашира, а титулы, упомянутые арабоязычными источниками, совпадают с титулами шапуровской надписи на Каабе Зороастра (ŠKZ). У Табари отец Ардашира Папак назван царем Парса, тогда как его дед Сасан — владетелем храма огня в Стахре, женатым на дочери одного из местных правителей Парса из рода Базрангидов. В ŠKZ Папак назван 'царем' (ср.-перс. P’pky MLK’, парф. P’pk MLK’), Сасан же — просто владетелем, господином (ср.-перс. S’s’n ZY MR’HY, парф. S’s’ny hwtwy) [19]. Легендарная же генеалогия, которая предстает в "Карнамаке" и согласно которой Папак приходился Ардаширу дедом по матери, не могла бы присутствовать в хронике правителей, составленной по заказу царя той же династии Сасанидов и хранившейся, как о том свидетельствуют Агафий (II27 и IV30) и "Старое предисловие" к "Шахнаме", в дворцовых архивах. Достаточно указать на то, какое значение этот порядок преемственности по родству имел в культе предков и в поминальных ритуалах, совершаемых ежедневно