— Садитесь, — сказал Бегайм и махнул белой короткопалой ручкой.
Но никакого другого сиденья, кроме кресла самого Бегайма, в комнате не было. Колумб беспомощно огляделся и продолжал стоять. Диего подумал, что на месте отца он сел бы на стол, назло этому невеже.
Колумб начал объяснять цель своего прихода. Он задумал осуществить западный путь в Индию, через море Тьмы. Что думает об этом Бегайм?
— Это не новая мысль, — равнодушно сказал Бегайм. — Всем образованным людям известно, что в теории этот путь возможен. Но на практике он представляет непреодолимые трудности и потому считается неосуществимым. Что вы имеете прибавить нового, что могло бы изменить существующую точку зрения?
— Тосканелли приветствовал моё великое и великолепное желание пуститься на поиски этого пути, — упрямо сказал Колумб.
— Тосканелли? — насмешливо прервал Бегайм. — Тосканелли уже писал об этом проекте королю лет семь или восемь тому назад. Его письмо хранится в королевском архиве. Что вы ещё имеете прибавить?
— Тосканелли прислал мне в подарок свою карту.
— А вы видели мою карту? — с гордостью воскликнул Бегайм и встал с кресла. Неожиданно он оказался совсем коротеньким и толстым, похожим на старую женщину.
Карта Бегайма
Повсюду в комнате, и на столе и на полу, были разбросаны куски картона, покрытого пергаментом. Некоторые куски были изогнуты, а другие — ещё плоские. Все они были расписаны изображениями кораблей и рыб, гербами и знамёнами и разрозненными очертаниями земель и морей. Быстро нагибаясь и покряхтывая, Бегайм стал подбирать эти куски и складывать их на столе.
— Это моя карта, — говорил он при этом, — или, вернее, глобус, изображающий земной шар. Это будет большой глобус, самый большой в мире. Я подарю его моему дорогому городу Нюрнбергу. На нём будет начертан весь мир — Европа и Африка в Западном полушарии, Азия — в Восточном.
Бегайм выпрямился, вытер пот с шеи и сказал:
— Сейчас я покажу вам, какие трудности вас ждут. Во-первых, магнитные скалы…
— Я думаю, что это смешные сказки, — сказал Колумб.
— Ах, вы так думаете? — крикнул Бегайм и побагровел. — Вы так думаете? Кто вы такой, чтобы думать? И как вы смели придти ко мне, рассказывать здесь, о чём вы думаете! Я знаю, что магнитные скалы есть. Я читал об этом во многих учёных трудах. И я нанёс эти скалы здесь, на юго-востоке от Индии, так что если вы пойдёте на запад, то по пути вы обязательно на них натолкнётесь. Вот здесь остров Брандан; я поместил его в этих широтах, потому что здесь мореплаватели видели этот остров в последний раз. Но с тех пор он, вероятно, переменил место, потому что этот остров — бродячий. Вот здесь, пониже тропика Козерога, вы видите острова, где живут люди-псоглавцы, что значит — люди с собачьими головами.
— А мы видели человека с тех островов, — вдруг сказал Диего. — У него была человечья голова.
Бегайм даже захлебнулся от возмущения. Он только шевелил пальцами и не мог сказать ни слова. Наконец он крикнул:
— Пусть этот мальчишка замолчит! С каких это пор такие мальчишки разевают рот в моём присутствии?
— Ах, замолчи наконец, Диего! — крикнул Колумб. Он был очень бледен и расстроен и был бы рад ударить Бегайма.
— Вот, — продолжал Бегайм, немного успокоившись. — Здесь я изобразил разных сирен, или морских женщин, и других чудовищ, которые водятся в тех морях. И моя карта, мой глобус — это не карта Тосканелли, потому что его карта лежит в королевском архиве и мыши кормят ею своих мышат, а мой глобус я подарю моему городу Нюрнбергу, и португальский король даёт мне деньги, чтобы я кончил его, потому что он тоже хочет иметь мой глобус.
Колумб насупился и с отвращением перебирал куски пергамента. Его смущало, что такой знаменитый учёный помещает на своей карте все эти чудовища и острова и, значит, верит в них. И он позавидовал тем большим деньгам, которые будут затрачены на этот глобус и поддержат во всём мире веру в невозможность западного пути. И, поскольку король даёт деньги Бегайиу, он, наверно, откажет в них Колумбу.
Меж тем голос Бегайма вдруг стал нежным, как флейта:
— Вот здесь вы видите причину того, что люди стремятся в этот гибельный путь. Здесь вы видите изумительное богатство этих восточных стран, которые можно назвать также западными, смотря по тому, с какой стороны к ним подъедешь. Здесь вы видите остров, столь сильно благоухающий пряностями, что кормчий по этому аромату направляет к острову свой корабль, не руководствуясь другими указаниями и не нуждаясь в них. Здесь вы видите змеиные горы, где змеи сторожат бриллианты, такие большие, как голова этого мальчика, которого вы привели с собой. Здесь вы видите остров, где растёт дерево алоэ и водятся мускусные быки, но люди — дикари и ходят голые. И здесь вы видите благородный остров Чипанго, где растёт золото!
Он поднял палец при этом слове и застыл.
А Колумб, сказав:
— Ну вот, это золото я и привезу! — взял Диего за руку и ушёл. При этом он так сильно хлопнул дверью, как ни разу никто, кроме самого Бегайма, в этом доме дверями хлопать не смел.
Глава третьяО том, что случилось неожиданно
Дело вдруг двинулось вперёд с необычайной быстротой. Колумбу казалось, что он мяч, который перекидывают друг другу опытные игроки. Дворцовый привратник, у которого он попытался разузнать, как следует хлопотать о королевской аудиенции, случайно спросил, в чём его просьба, и вдруг передал его лакею. Лакей повёл его вверх по лестнице, такой широкой, что десять человек могли пройти по ней рядом, не коснувшись друг друга. Наверху лестницы, в аванзале, лакей передал его другому, из числа стоявших там вдоль стен. Но этот лакей повёл его не в огромные открывавшиеся перед ним залы, а боковой дверцей в тёмный коридор и снова вверх, узкой витой лестницей. Здесь Колумб перешёл к третьему лакею, и тот всякими переходами доставил его в маленькую пустую комнату и там покинул.
В комнату вошёл старый писец с золотым чернильным прибором у пояса. Он попросил кратко сообщить имя и дело. Колумб ответил:
— Христофор Колумб, генуэзец. Проект западного пути в Индию.
Тогда писец провёл его в соседнюю комнату, такую же небольшую и низкую, но великолепно убранную. На столе, покрытом сверкающей белой скатертью поверх другой, бархатной, стояла ваза с фруктами и венецианский кувшин со светлым напитком. В одном из кресел у стола сидел молодой человек в чёрной докторской одежде. Но эта одежда была не застёгнута, и из-под неё виднелся богатый придворный костюм. Молодой человек любезно пригласил Колумба присесть и изложить своё дело. Потом, немного подумав, сказал:
— Вы знаете, сеньор, ваша идея приходила в голову многим, но она считается неосуществимой.
— Я совершенно убеждён, — ответил Колумб, — что это плаванье не трудней тех, которые совершают португальские капитаны вдоль побережья Африки. Но оно значительно короче.
— Видели вы карту Бегайма? — любезно улыбаясь, спросил молодой человек. — На ней достаточно неодолимых препятствий.
— Ах, эти препятствия тоже не новы, — ответил Колумб, — я слышал о них от всех старых матросов. Но, сеньор, я позволю себе усомниться в существовании этих магнитных скал, так как ни один очевидец не испытал на себе их влияния. Кроме того, на карте Бегайма они указаны на юго-западе. Можно направить корабль так, чтобы избежать их притяжения, — на запад или северо-запад, и пристать не к Индии, а к острову Чипанго. Тем более, что это значительно сократит и без того недолгую дорогу. Что касается сирен и прочих чудовищ…
— То вы поступите подобно Одиссею и заткнёте воском уши своим спутникам, чтобы они не погибли, услышав пение этих чудовищ? — смеясь, спросил молодой человек.
— Да, сеньор, — вежливо согласился Колумб. — А так как вы читали древних авторов, то вам, без сомнения, встречалось упоминание о том, что берег Индии лежит прямо против нынешнего Кадикса. И если мы отплывём несколько северней, то как раз по прямой линии, будет остров Чипанго.
— Благородный остров Чипанго, — сказал молодой человек и, передразнивая Бегайма, поднял кверху палец. — Там растёт золото.
Потом, легко поднявшись, добавил:
— Будьте любезны, согласитесь подождать меня несколько мгновений. Я всего только один из королевских секретарей и не имею права самостоятельно решать дела. Я должен доложить о вашем интересном плане. Я сейчас вернусь. Ешьте фрукты — сегодня жарко. Особенно рекомендую вам этот виноград. Если вас не затруднит, начертите так, начерно, чтобы я не забыл, ваш путь из Лиссабона в Чипанго. Вот, случайно, карта Тосканелли.
Он вышел, но едва успел Колумб провести по карте прямую линию, как он снова вошёл, и лицо его сияло ещё более приветливой улыбкой.
— Сеньор, — сказал он, — его величество соблаговолит выслушать всех желающих обратиться к нему в это воскресенье, после ранней обедни. Я внёс ваше имя в список, и привратник вас пропустит. Только приходите вовремя, так как король обычно сам выходит к ожидающим его и неизвестно, к кому он сперва соизволит обратиться… Ах, как это просто, — вдруг сказал он, бросив быстрый взгляд на карту. — Любой капитан мог бы проплыть этот путь не сбившись. Всего только прямая линия.
Держа в одной руке свёрнутую карту, он подошёл к Колумбу и негромко добавил:
— Дорогой друг, — ведь вы разрешите так называть вас? — я вижу, ваши дела не блестящи. Его величество, вероятно, предоставит вам несравненно бóльшие средства… Мои возможности невелики, но разрешите пока предложить вам этот пустяк.
Изящным, почти женским движением подвесил он к поясу Колумба маленький тяжёлый кошелёк, воскликнул:
— До свидания, дорогой друг! — и исчез.
Тотчас появился лакей, и, снова переходя из рук в руки, Колумб добрался до привратника, где ждал его не успевший ещё соскучиться Диего.
Глава четвёртаяО том, как исполнились все их желания
Диего сказал: