— А ты, выходит, такая себе госпожа Христофор Колумб? — Грязнов не смог скрыть досаду.
— О ревность… Лучше поцелуй! — Она закрыла глаза, подставляя ему расслабленные губы.
Денис медлил, рассматривая ее. Тогда Ксения сама навалилась на Грязнова и стала целовать.
Все пошло сначала. Только еще безумнее.
— Ребята, я чего-то не врубаюсь. Ксюш, ты мне что, рога наставила?
Хорошо, что они лежали, уже укрывшись простыней и смотрели, как за окном встает солнце.
Виктор постоял на пороге комнаты и присел на край кровати, подвинув ноги Ксении. Был он довольно свеж и уж во всяком случае весел.
— Пивка не желаете? — предложил он Денису открытую банку. — А меня сушняк давил всю ночь. Какие-то пустыни снились, кэмэлы с горбами…
— Выйди, мне одеться надо, — недовольно сказала Ксения.
— А кого ты здесь стесняешься? Мы тебя теперь оба…
— Дай ей одеться, — тихо, но твердо проговорил Грязнов.
— Ой, какие-то вы злые, ребята. Ухожу, ухожу, ухожу, — расхохотался Максимов.
Едва актер вышел, Ксения с остервенением стала натягивать на себя одежду.
— Подонок! Мразь! — В глазах ее показались слезы.
— Наверное, нужно было поехать ко мне…
— Да ты-то тут при чем?
У Грязнова желваки обозначились на скулах.
— Ты хотела испортить ему настроение?
— А ты считаешь, ему можно испортить настроение?
— Ясно.
Они молча оделись.
— Ну не дуйся еще ты! — Ксения попыталась обнять Грязнова. — Мне эти дни так гадко, плохо… Этот кошмар с Кириллом. Все ведь на наших глазах…
— Надеюсь, я тебе облегчил… некоторые страдания? — усмехнулся Грязнов.
— Ну чего ты-то злишься? Почему всегда нужно изображать какие-то сумасшедшие чувства?
— Тебе, наверное, пора идти.
— Позвонишь мне?
Грязнов не ответил.
Ксения достала из сумки ручку, поискала листок, но, кроме сценария, ничего в своей сумке не нашла. Написала на первой странице телефон, бросила сценарий на кровать и вышла.
Грязнов закурил.
Актер что-то напевал на кухне.
Запиликал сотовый.
— Да. Грязнов.
— Сочини мне хокку, — услышал он голос Ксении.
— Ты где?
— Я из автомата. Мне кажется, я даже влюбилась в тебя.
Грязнов поднял с кровати сценарий. И, открыв наугад, начал читать.
Лес. Натура. День.
Они с гиканьем вынеслись к реке, сдирая с себя одежду.
— Ура-а-а!!!
— На старт! Внимание!..
— Смертельный номер! — влетали один за другим в воду четверо подростков. Только девушка осталась на берегу.
— Галь! Давай!
— Ой, мальчики, что-то мне не хочется, — попробовала ногой воду Галя.
— Лови! — забрызгал девчонку Аркадий.
— А ну, прыгай! Или мы тебе устроим день Нептуна! — орал из воды Антон.
— Я и купальник не взяла.
— Подумаешь! — плюхнулся рядом с ней на песок мускулистый Сабанов. Тут же никого нет.
— А вы?
— А мы, — сказал застенчиво Женя Некрасов, — можем отвернуться.
— И даже глаза закроем! — стукнул себя в грудь Сабанов. — Правда?
— Не-а! Я буду за Галкой подглядывать, — засмеялся Петров.
— А мы тебя утопим! — бросился на Антона Сабанов и, хохоча, стал топить того в реке.
— Смерть!
— Утопить извращенца! — включились в игру ребята.
— Пусть лучше смотрит! — хохотала Галя.
Лес. Натура. Ночь.
Уже стало темнеть. Четверо подростков сидели у костра, ели кашу из металлических мисок. Галя плескалась в реке.
— Галка, выходи — сколько можно? — громко позвал Сабанов. — Тебя то не затащишь в воду, то не вытащишь.
— Ой, ребята, вода — парное молоко, — блаженно ответила девушка.
Она — голая — вышла из воды, спряталась за кустами, где была ее одежда. Ребята демонстративно отвернулись, только Антон продолжал смотреть в ее сторону.
— Отвернись, — жестко сказал ему Сабанов.
— Ух, — с трудом отвел взгляд от кустов Антон. — Секс-бомба.
— Перестань пошлить, — одернул Белоусов.
— Это не пошлость. Это природа, Аркаша, — засмеялся Антон.
— У тебя вся природа в одном месте.
— Когда уделаете свою первую бабу, тогда и у вас все в другом месте будет.
— А ты что, уже пробовал? — оживился Некрасов.
— А Томочку, пионервожатую, помнишь? — спросил Антон.
— Да врешь. Чтобы Томка тебе дала! — сгорая от любопытства, сказал Белоусов.
— А-а! — вдруг раздался крик Гали.
Сабанов мгновенно сорвался с места. За ним — Антон. Белоусов и Некрасов некоторое время сидели, а потом тоже побежали на крик.
— А-а! — снова закричала девушка. Она выбежала навстречу ребятам. Мамочки, там крыса!
— Вот дура, — перевел дух Сабанов.
— Ты даешь, Галка! Так же и в штаны сделать можно! — засмеялся Антон.
Некрасов метнулся в кусты, взмахнул палкой, что-то противно взвизгнуло.
— Есть, — сказал Некрасов и вынес на палке сдохшую крысу.
— Брось, дурак, брось! — закричала Галя.
Некрасов пожал плечами, бросил крысу на землю.
Они вернулись к костру. Галя села поближе к огню, зябко поежилась, несколько раз оглянулась на кусты. Сабанов снял с себя спортивную куртку, набросил ей на плечи, неловко поправил ее длинные волосы. Трое остальных ребят ревниво следили за его действиями.
— Галка, да что тебе сабановская куртка? — усмехнулся Антон. — Иди ко мне, я тебя просто так погрею.
— А я тебя сейчас огрею, — беззлобно сказал Антону Сабанов.
— Лучше помогите мне вымыть посуду.
— Пойдем, — встал Белоусов.
— Аркашенька, ты прелесть и прелесть!
— Вот хитрая ты рожа, Белоусов, — слегка пнул под зад коленом Белоусова Антон.
Белоусов, ухмыляясь, собирал грязную посуду.
— Все, ребята, собираемся, и надо двигать, — сказал молчавший все время Некрасов.
— Ну а серьезно, думаешь, я мог бы убить человека? — Максимов с удовольствием поедал свой завтрак — яичница, апельсиновый сок, сыр и ветчина.
— Не знаю. — Денис жевал вяло. После бурной ночи аппетита почему-то не было. Впрочем, не было и усталости.
— Хотя, наверное, в состоянии аффекта мог бы. Бабу, например. Если доведет, — вдруг согласился Виктор.
— А тебя не так трудно довести, — усмехнулся Денис.
— Ой, что ты! Я тебе честно скажу, я им время от времени по морде даю. Натурально. А они после этого еще сильнее липнут. Знаешь, одна была…
— Ну так я опять про шкаф с оружием, — перебил Грязнов.
— Зануда, ей-богу! С утреца — и такие вопросы. Не помню!.. Послушай, а ты на Ксюшку действительно запал или так — легкий перепих? — спросил вдруг Максимов.
— Любопытный? — вызывающе проговорил Денис.
— Да мне по барабану. Вот у тебя теперь самое оно и начнется. Это еще та штучка! Все жилы из мужика вытянет. Капризная стервоза. Хотя, конечно, она девочка сладенькая — ты, наверное, уже прочувствовал это. А?
— Ты что, занервничал?
— Я? Аж жуть! Да я ее уже давно в расход пустить собирался. Надоела. Еще и угрожает, представляешь? И с тобой она переспала назло мне. Это точно.
У Грязнова зазвонил сотовый.
— Да, слушаю…
Звонил следователь. Пришли результаты экспертизы. Ни на пакете, ни на оставшихся патронах отпечатков Линькова не было.
— А чьи пальчики? — Грязнов вышел в другую комнату. — Гарипова? Хорошо проверили? Ну ладно, ладно, не обижайтесь. Да, верю… А я вам тоже подарок сделаю, поезжайте на студию. Помните шкаф с оружием? Там должен быть лишний пистолет… Да, вот так просто… Дактилоскопию сделаете, ладно?
Лес. Натура. Ночь.
— Говорил, нужно было раньше двигать. — Некрасов светил перед собой фонариком.
Антон шел позади девушки и постоянно в шутку дергал ее за рюкзак:
— Галка, ты не устала?
— Слушайте, по-моему, нам левее нужно брать, — озадаченно проговорил Сабанов.
— А по-моему, надо туда, — указал вправо Белоусов.
— Что-то я не узнаю дорогу. — Некрасов осветил фонариком по кругу.
— Галка, давай понесу.
— На, — стала та скидывать рюкзак.
— Не, только вместе с тобой.
— Дурачок.
— Так, ребята, стоп, сообразить надо, — скомандовал Сабанов.
— А это не наш костер? — спросила Галя.
— Нет, кажется…
Сабанов шагнул в темноту и вдруг вынес на палке убитую крысу.
— Так, ребята, мы сделали круг.
— Блин! — Белоусов раздраженно бросил на траву рюкзак.
— Может, снова искупнемся? — Антон опустился у воды. — Водичка сейчас — самый писк…
Машина, в которой ехал Грязнов, резко затормозила. Денис, оторвавшись от чтения сценария, удивленно посмотрел на водителя.
— Все, приехали! — сказал тот.
— Ага. — Грязнов открыл дверь машины и стал вылезать.
— Куда? — Водитель схватил его одной рукой за локоть, а другой выхватил из-под сиденья монтировку.
— Да ты что, дед, опух? — оттолкнул его Грязнов.
Водитель проворно выскочил из машины вслед за Денисом.
— Плати, говорю, а то сейчас врежу! — угрожающе махнул он монтировкой перед лицом Грязнова.
— Железку на всякий случай убери. Дай деньги достану.
— В машине не мог достать? Знаю я вас. Из машины выйдут — и деру! Гоняйся потом за вами. Я тебе не мальчик!
— У меня штаны узкие, сидя достать не могу. — Грязнов извлек из сидящих в обтяжку джинсов полтинник. — Хватит?
— Вполне, — расслабился дед, забирая деньги и проверяя их на свет.
— Что, прокатывают часто?
— А то нет! То сбегут, то деньги фальшивые кинут. Ночью я вообще не везу, пока вперед не заплатят.
— Ты, дед, все-таки с железкой не шути.
— Не боись, я еще никого не огрел. Так только, попугать.
Агенты опять прохлаждались. Но сейчас Грязнов на них полкана спускать не собирался — он был в благодушном настроении.
— Сидите, сидите, господа гусары, — кивнул развалившимся мужикам. Те, впрочем, и не собирались вставать.
— Шеф, — дурашливо вскочил Самохин, — разрешите доложить?
— Вольно. Где тут заключение экспертов?
— Вот! — протянул бумагу Самохин. — А еще вам повестка, шеф.
— Повестка?