С отставанием на 10 миль шли Корабли ударной группы, ордер которых был сформирован тремя кораблями первого ранка (линкор "Парижская Комунна", крейсера "Ворошилов" и "Молотов"), следовавшими строем фронта. Ордер возглавлялся девятью тральщиками, также шедшими строем фронта. Слева, справа и в арьергарде ордера шли, обеспечивая противолодочную оборону ордера, по паре эсминцев проекта 7.
По плану, группа поддержки должна была сковывать корабельный дозор противника, а ударная группа – нанести эффективный артиллерийский удар по порту Констанца, железнодорожному узла и нефтяным терминалам. Одновременно по аэродромам и нефтехранилищам должен был наноситься удар авиагруппой Южного фронта. Внезапность нанесения удара планировалось достичь быстротой развертывания сил.
Дальняя авиация
До весны 1940 г. позиция командования ВВС относительно ТБ-3 являлась однозначной: самолет полностью устарел, ни на роль бомбардировщика, ни десантно-высадочного самолета он уже не годен. Предполагалось отобрать машины поисправнее для военно-транспортной авиации и ГВФ, а остальные – списать. За год из ВВС хотели изъять в общей сложности 330 ТБ-3. Это при том, что на 1 февраля 1940 г. их общий парк в ВВС составлял 509 самолетов, из них 100 неисправных. На втором месте по численности стояли ТБ-ЗР; их имелось больше сотни, причем до 90 % могли подняться в воздух. Чуть поменьше имелось самолетов с М—34 и М-34РН; из них тоже 75–80 % числились боеготовыми. Средний ресурс планеров составлял около 30 %. Из всего этого количества непосредственно в строевых частях находилось 459 ТБ-3 (из них 92 неисправных). Уже готовилось решение о полном снятии этого типа с вооружения.
Но уже летом 1940 г. курс начал резко меняться. Уже становилось ясно, что вступления в большую войну не избежать. И при этом планы бурного расширения ВВС срывались, промышленность не успевала насытить их современной техникой. Многие дальнебомбардировочные полки, формируемые в 1940 г. и по плану вооружаемые ДБ-ЗФ и ДБ-240, не получили вообще ни одного самолета.
В этих условиях нельзя было пренебречь большим флотом еще более или менее годных ТБ-3.
К маю 1941 года советскому командованию было ясно, что около 300 устаревших бомбардировщиков ТБ-3 могут быть достаточно эффективны в ночных бомбометаниях по площадным целям, но практически не пригодны к работе днем, особенно непосредственно в боевых порядках, где они легко становились бы беззащитными мишенями для авиации и средств ПВО противника.
100 ТБ-3 (5 авиаполков по 20 машин в каждом) были дислоцированы на расстоянии около 500 километров от западной границы. С началом войны авиаполки ТБ-3 работали исключительно по крупным железнодорожным узлам, ночью, всегда массово: на боевой задание, как правило, вылетали все исправные машины полка, в сопровождении истребительного авиаполка на И-16.
200 ТБ-3 (10 авиаполков) отвели от границы на 1000 км, сформировав из них Первую и Вторую стратегические воздушные армии резерва верховного главнокомандования, подчинив непосредственно Москве.
Днем 24 июня 1941 года все 10 авиаполков с полными бомбоотсеками поднялись по тревоге, и, почти вытеснив воздух из неба, направились к украинским полевым аэродромам. В полночь с 24 на 25 июня временное электроосвещение выделило из темноты грунтовые аэродромы, на которые неторопливо принялись опускаться ТБ-3. По завершении утомительного перелета экипажи, выстраиваясь в колонны по одному, раздевались до гола и проходили под организованными у аэродромов уличными душами. На расставленных после душа столах было разложено чистое обмундирование. Экипировавшись, экипажи бегом направлялись в столовые, где под открытым небом накачивались крепчайшим кофе и шоколадом.
К этому времени механики завершили осмотр самолетов, и из 200 ТБ-3 для боевого задания были допущены 180 самолетов.
В 0:00, 25 июня 1941 года, 8 полков взяли курс на Констанцу, а еще 2 авиаполка – на аэродром Мамайя, где диверсионная группа Осназа РККА, предварительно разведав положение аэродрома Мамайи, нацелила на летное поле 120мм минометы с осветительными минами.
Навигация была облегчена еще одним успехом осназовцев – им удалось угнать два грузовика с зенитными прожекторами, и в условленных точках и в согласованное по радио время они дали в зенит прожекторные лучи, сыгравшие роль своеобразных маяков, необходимых для уверенной навигации в ночном румынском небе.
В два часа утра на взлетном поле аэродрома Мамайя начали рваться осветительные мины, эффект от которых был совершенно ничтожен, пока с ночного неба по подсвеченным целям не прилетели гостинцы поувесистее. Одновременно началась бомбардировка Констанцы – штурманы авиаполков сбрасывали в основном осветительные бомбы, а остальные бомбардировщики – стандартный комплект. Бомбардировка Констацы была признана достаточно успешной – цели были достаточно крупными и при отдельных попаданиях легко разгорались, давая дополнительное освещение.
К сожалению, ночная бомбардировка аэродрома Мамая лишь в незначительной степени уменьшила число боеготовых "мессершмиттов" (самолеты были рассредоточены и укрыты маскировочными сетями, стоянки окружали полукапониры).
ВВС Южного фронта
К шести часам утра взлетно-посадочная полоса была восстановлена, и к этому времени столь досадивший 23 июня советским летчикам аэродром накрыла первая, затем вторая, и затем третья волны ВВС Южного Фронта. Суммарно, в трех последовательных налетах, 23 пикировщика Ар-2 и 40 Пе-2, сопровождаемые примерно 60 истребителями МиГ-3 и таким же числом И-16 обрушились на аэродром, который только приходил в себя после ночных ужасов.
Под непрерывной штурмовкой и бомбежкой немцам удалось поднять почти две эскадрильи "мессершмиттов" (24 машины), которые были сбиты истребителями и пулеметами бомбардировщиков. На земле в ходе ночной и дневной бомбардировок немцами было потеряно 12 самолетов, часть из которых на следующий день удалось восстановить.
ВВС РККА потеряло примерно 20 МиГов, 18 единиц И-16 и 10 пикировщиков, но эти потери не были напрасны – ПВО Констанцы на 23.06.1941 было существенно ослаблено
К семи часам утра ни на земле, ни в воздухе не осталось ни одного исправного немецкого самолета, а большинство аэродромных строений, исключая подземные, превратились в дымящиеся развалины.
Тем временем, на смену 140 ночным бомбардировщикам ТБ-3 в небе над Констанцей вышли около 20 °CБ, сопровождаемые почти 180 истребителями И-16. ПВО города и порта лопнуло, как гнилая тряпка. И зенитные батареи, и немногочисленные тихоходные румынские истребители пали под ударами сталинских соколов.
К 8 часам утра были превращены в руины все объекты, относящиеся к нефтепереработке и хранению, а также железнодорожный узел. Некоторые повреждения получил и порт.
ВВС Черноморского Флота
Командир 2-го минно-торпедного авиационного полка ВВС ЧФ майор Алексей Григорьевич Биба поднял все пять эскадрилий по тревоге в 3 часа утра, и в 3:30 60 ДБ-3Ф взлетели с аэродромов в Сарабузе и в Карагозе. [8] К пяти утра самолеты вышли к Констанце.
Примечание: На фото экипаж зам комэска 2-го МТАП к-на М.А.Шульца (крайний справа) в составе (справа – налево) начальника МТС эскадрильи к-н Ф.И Калмыкова, младших сержантов Третьякова В.Н и Палкина Р.К. В этом составе экипаж в реальной истории вылетел 16 июля 1941 на бомбардировку Плоешти. В полете пилот потерял пространственную ориентацию и самолет вошел в штопор. Машину смогли покинуть Шульц и Калмыков. Парашют Шульца зацепился за оперение и он погиб вместе с машиной.
Румыния даже не собирались противодействовать Черноморскому флоту своей опереточной флотилией, а надеялись лишь на береговые батареи. В этом плане румынам хорошо помогли немцы. В 1940 г. южнее Констанцы немцы начали строительство береговой батареи «Тирпиц», вооруженной тремя корабельными пушками 28-см SKL/45. Точнее, немцы в 1940 г. перевезли все, что можно было перевезти, с одноименной береговой батареи, дислоцированной в Киле.
28-см пушки SKL/45 в годы Первой мировой войны устанавливались на линкорах типа «Нассау» и линейном крейсере «Фон дер Танн». Калибр орудий 283 мм. Длина ствола 45 калибров. Затвор орудий горизонтальный клиновой с ручными приводами. Орудия размещались в бетонированных колодцах. Управление стрельбой производилось с помощью 14-метрового дальномера и радиолокационной станции. Стреляло орудие снарядами весом 284 кг и 302 кг с начальными скоростями 885 м/с и 870 м/с, соответственно. Максимальный угол возвышения составлял 37°, что позволяло достигать дальности 36,1 км.
Батарея располагалась на возвышенности в 600 м от уреза воды. Расстояние между установками составляло 250–300 м.
К 22 июня 1941 г. батарея «Тирпиц» была введена в строй. Обслуживалась она немецкими расчетами.
Кроме «Тирпица» в Констанцскую дивизию береговой обороны входили батареи «Мирча», «Тудор», «Михай», «Елизабета» и «Аурора». Все они обслуживались румынскими расчетами.
Батарея «Мирча» построена в 1941 г. Вооружена она была четырьмя 152/45-мм пушками Кане, захваченными в России в 1918 г. Пушки стреляли русскими снарядами обр. 1907 г. весом 49,5 кг с начальной скоростью 750 м/с. Станок орудия модернизировали, и угол возвышения был доведен до 41,5°, благодаря чему дальность стрельбы составляла 18,5 км.
Батарея «Тудор» построена в 1928 г. и вооружена тремя 152/40-мм орудиями. Угол возвышения установок 25°. Вес снаряда 46,4 кг, начальная скорость 695 м/с. Максимальная дальность стрельбы 11,4 км.
Батарея «Михай» построена в 1940 г. и вооружена тремя старыми германскими корабельными пушками 17-см SKL/40. Угол возвышения установок 23°. Вес снаряда 64 кг, начальная скорость 860 м/с. Дальность стрельбы 18 км.
Таким образом, за исключением германской батареи «Тирпиц», румынские береговые батареи были вооружены ус