Хорошо, я согласен, приятель. Станция мне пригодится.
— Отлично.У меня для вас посылка, вот чек.
— М-м-м…заберу через час.
Через час они сновасвязались. Контакт шёл уже через мгновенную связь, маскироваться нетсмысла.
— Явижу, ты разорился на квантовые точки, приятель? Ликва-связь, а? Тоесть, лом не на планете?
— Нет.
Собеседникоткровенно заржал.
— Надеюсь,не Ковчег?
Яркий замялся.
— Что,Ковчег?! Да ты… безумец, приятель!
— Ломчерез два часа, вы готовы?
Хакер помолчал ипроворчал:
— Готов.Берусь только из-за той давней осечки…
Влад медленновыдохнул. Одно из самых тонких мест его плана сработало.
Навигацию Владимирдавно рассчитал и «Орлан» принялся разгоняться. Черезполчаса он вошёл в зону влияния ТрансКона. Одно за другим Владотправлял в корзину десятки предупреждений, требований, указаний. Ещёчерез полчаса он сбросил фальшивую обшивку и включил форсажнуюклетку; крейсер как будто получил пинка под задницу. Скорость резковыросла, а вместо ТрансКона к Владу принялись ломиться силовые службыСмарагда.
Яркий немноговыждал, затем встрепал себе волосы, вымазав их в сиреневом геле, налицо нанёс десяток ярких полос алой помадой. Поморщился, закусил губуи взмахом кусачек разодрал левую щёку. Из глубокой царапины закапалакровь.
Всё, готово.
Влад осмотрел себя взеркале и отправил стандартное сообщение главе полиции Смарагда.Откликнулся Шон Крайт. Он кинул короткий взгляд на Владимира иоглядел корабельную рубку.
— Воткак… Так это вы?!
— Такэто я.
— Ичто вы хотите?
— Убить.Всех. А губернатора — особенно, — горячечно зашепталВладимир. — Ведь та скотина на Ковчеге?
— Э…Не глупите, Яркий!
— Реактормоего корабля в разогреве. Когда крейсер столкнётся с Ковчегом —славный будет взрыв!
— Васперехватят, — неуверенно произнёс майор.
— Пустьпопробуют, — осклабился Владимир, — никто не догонит мой«Орлан»!
Майор помолчал. Онзнал, что на Ковчеге сейчас — только яхты и челноки, всеперехватчики — на орбите планеты. Но надо тянуть время, вдругчто получится?
— Знаете,мы ведь ищем вашу жену. И у нас есть сведения… — Владрезко помрачнел и майор поперхнулся. Ошибка, ошибка! Но в чём?!
Яркий запустил сбраслета ещё одно сообщение. Адресаты, а их было десятки, ждали егона борту Ковчега. Правда, живых среди них нет — сплошь дроны иисполняющие механизмы.
— Передайтегубернатору… да и вообще всем… что взрыв — этослишком хорошо для него. Слишком легко! Он должен умереть в мучениях!
— Яркий,зачем это вам? Давайте обсудим…
— Явсё продумал, — прошептал Владимир, — через пять минутначинаю биологическую атаку Ковчега. Всех, кто останется на корабле,сожрут мои кораллы. Вы не знали, майор?! Мы ведь брали в основухищные виды кораллов Смарагда, тех, которые парализуют рыбу и потомме-е-едленно переваривают. Они растворяют даже легированную сталь! Янад ними поработал… м-м-м… какие лапочки из нихполучились! — Влад скривился в злой усмешке и разорвал связь смайором.
Ящики и контейнерына борту древнего корабля просыпались. Коралловая масса, применяемаядля строительства подводных ферм, могла быть использована оченьразным образом. Главное — знать как.
Владимир не могвидеть, но знал: сейчас контейнеры лопаются один за другим, ящикивзрываются и зеленоватая масса растекается по коридорам Ковчега, азатем — вскипает, вспучивается, ломая двери и переборки,заполняя проёмы. В корабле ревут сигналы биологической опасности;гости, новостники, официанты, владельцы широких кошельков сломяголову несутся по немногим безопасным коридорам к своим кораблям.
А из ящиков в каютедиректора музея тем временем выскальзывают дроны и присасываются кстойкам с искинами. Ломщик получил нужный контакт и принялся сверлитьдревнюю искинику.
Так было задумано.Так и произошло.
От туши древнегокорабля испуганными воробьями разлетались мелкие корабли, и только«Орлан» на полной скорости нёсся к Ковчегу. Но вот, онсвершил оборот и резко затормозил. Такой маневр под силу лишь лёгкомукораблю-кораллу, другой бы разбился о броню Ковчега. Владимирпристыковался к техническому шлюзу, Анна подхватила контейнер сдетьми и отправилась вслед за хозяином.
А от хакера сплошнымпотоком падали ключи и сигнатуры со списками перешедших под контрольсистем.
Внутренняятранспортная система работала и через десять минут они оказались врубке. А ещё через минуту вышел на связь тот, кого Влад и ждал.Какое-то время Владимир Яркий и Джон Каллаган мерились взглядами,затем корпорат произнёс:
— Мымогли бы уладить разногласия.
— Хелена.Она — разногласие.
Директор«ГалаДромос» мысленно выругался. Стратов инженеришкакак-то узнал!
— Завтраеё освободят и мы…
— Онамертва. Мы, стимфалийцы, чувствуем друг друга.
Каллаган помолчал иледяным тоном произнёс:
— Тыничего не добьёшься.
Владимир оскалился взлой усмешке.
— Былбы я Диктатором, ни за что не позволил бы какой-то мелкотравчатойшвали ломать мои планы. Даже в мелочах. А срыв массовой колонизациисектора…
— Обэтом никто не узнает, — прошипел Каллаган. — Тем более —он. Я прикажу вашему губернатору и все туземные трансляции заткнутся.
— Новостьвыйдет горячая, прорвётся. И ещё: на юбилей Ковчега явились игалакты, а им рот не заткнёшь. Они любят, когда на периферии что-тохреновое происходит.
— Ты?Новость?! — Каллаган расхохотался. — Да через двадцатьминут это древнее корыто возьмут на абордаж и о тебе никто не узнает!
— Я.А времени мне хватит. Кстати, спасибо за предупреждение. Так вот,новость… Кража последнего Ковчега в этом секторе. Как вам?Галакты взвоют от восторга!
Джон Каллаганзахлебнулся от ярости. Владимир несколько мгновений наблюдал за ним,потом прервал связь и запустил через системы Ковчега заранеезаписанное обращение.
«— Я,Владимир Яркий, от имени семьи Ярких-Брайт, от имени моих детей имоей жены Хелены, убитой по приказу губернатора Смарагда иисполнительного директора корпорации «ГалаДромос»,сообщаю всем кто меня слышит…»
Через несколькоминут он получил входящий контакт от хакера:
— Извини,приятель, всё взломать не успеваю, ты подкинул слишком массивнуюзадачу. Я взял под контроль большую часть центральных искинов, нопериферия пока сопротивляется. Лови коды.
— Начто могу рассчитывать?
— Ну,ежели захочешь подорвать реакторы, то это у тебя получится, ха! Аесли двинешься куда-то на край системы, то по дороге здороворастрясёт.
— Аесли переключу двигатели в режим Бездны?
— Даты… более безумен, чем я думал… приятель. Не уверен, нодолжно сработать. Движки, считай, под контролем.
— Отлично.Спасибо тебе, ломщик. Вот сигнатура для доступа к моей станции.
— Удачитебе там, приятель, куда бы ты ни попал!
Владимир распахнулобзорник во всю ширь рубки. Смарагд плыл перед ним зеленоватым шаром,лучи светила опаляли край планеты изумрудным огнём. Над полюсамиреяли салатовые полотнища северного сияния. Влад вздохнул, в грудикололо; когда-то они с Хелен думали, что проживут на Смарагде всюжизнь, а их дети…
Но жизнь это дорога,проложенная через кладбище несбывшихся миров.
На экране мелькнуличёрточки абордажников и Владимир отдал приказ на старт. Впервые заполтора тысячелетия оглушительно взвыли двигатели Ковчега. Они пелиоду безумным, выводя гимн обречённых, тем, у кого лишь один способдля спасения и победы… Уйти и исчезнуть?! Нет, уйти ивозродиться! Земной гимн ревел в генераторахБездны,прародина посылала последний привет своим потомкам.
Аспидно-чёрныйпузырь развернулся вокруг Ковчега.
Через миг —свернулся.
Всё осталось позади.
Где-то тамзастрелился Каллаган. Арестован и через месяц оправдан Джек.Разорвана на бирже и съедена конкурентами корпорация «ГалаДромос».Распалась и исчезла в тьме тысячелетий даже Диктатория с её десяткамитысяч обитаемых планет. Растаяло в вихре сотен конфликтов и ошибочныхрешений прежнее человечество.
Все ушло —друзья, враги, родственники, месть…
И даже Хелена.
Корабль выл и рычал,трясся всем корпусом. Плакали дети. Анна застыла у их ложемента,крепко вцепившись всеми четырьмя руками в пол. Наконец, всёзакончилось. Ковчег тяжко вывалился из Бездны и поплыл где-то вотьме. Развернулись экраны, на них возникли непривычные созвездия.Долгий путь завершился на окраине одного из галактических Рукавов.
— — —
Галактика оказаласьнаселена.
Несколько сутокВладимир слушал чужие трансляции. Попадались кодировки, построенныепо известным принципам, находились самоисполняющиеся архивы. ИскиныКовчега составляли базу языков и понятий, вырезая из них новейшуюверсию розеттского камня. Языки изменились, но нашлось многоизвестных слов и корней.
К исходу третьихсуток Владимир определился.
Новый мир оказалсячудовищно далёк от прежнего. Мир старый исчез, рассыпались прахомчужие дела и мечты. Забыты великие войны. Никто не помнил дажеДиктаторию, а ведь Диктатор владел крупной частью Галактики.
Хелена… Есливерить расчётам искинов, жена ушла Путём Ветра восемьдесят тысяч летназад. Но оставались дети, а значит — часть Хелены рядом. Итолько от него, Владимира, зависит, чем станет память о ней —строчкой в давно стёртой базе данных или продолжится в детях.
Станет чем-товажным. Чем-то... Ярким!
...Владимир Яркийприкинул возможный путь. Ковчег даст чуть больше десятой световой,может — одну девятую. До ближайшей обитаемой системы —две с половиной световых.
Двадцать четырегода? Он их выдержит. И будет время придумать, как сделать так, чтобыдругие Марки и Мари не теряли своих матерей.
Судя по эфиру,где-то далеко существовали огромные человеческие империи; ноВладимиру не повезло, его Ковчег выпал посреди пространства с низкойбезопасностью, чего бы ни значил этот термин. Трансляции изокружающих систем полны сообщениями о пиратских нападениях и грабежахпланет, обсуждениями боёв, рейтингами частных армий… Фронтир,и не в лучшем его проявлении.