ородом.
Тут к нему подошел давешний воришка.
— Что, — усмехнулся де Сото, — ты решил оценить свою услугу дороже? Милейший человек, я ведь могу и осерчать. Ты что-нибудь слышал об испанской спеси и буйном нраве кастильских рыцарей?
— Совсем даже нет, — затряс головой рябой. — Думаю честно заработать новую награду.
— И каким же образом?
— Если вы осторожно посмотрите через мое плечо, — прошептал вор, — то увидите рыжего парня в войлочном колпаке, который делает вид, что интересуется лежалой рыбой у лотка Хромого Кайла.
— Ну и что же? — спросил кастилец, также невольно переходя на шепот.
— Он слоняется за вами с того самого момента, как вы любезно подарили Нетопырю серебряные монетки и спасли его от стражников.
— Может, оно и так, — пожал плечами де Сото.
— Но меня в этом городе никто не знает. Значит, рыжий парень из твоего цеха, нацелился срезать кошелек с новых ремешков, или сорвать на ходу фибулу, а то и вовсе дать по голове и обчистить в укромном местечке. Вон какая дубинка заткнута за пояс, аккурат для подобного злодейства…
— Он не мой собрат по ремеслу, — возразил назвавшийся Нетопырем. — Нас не так уж и много в городе, ярмарка — моя охотничья территория.
— Новичок? — предположил испанец, наблюдая за рыжим.
Тот действительно вел себя довольно неестественно, то и дело норовя зыркнуть глазами в сторону остановившегося испанца.
— Есть определенный порядок, — пояснил рябой, — появления новых лиц на улицах города.
— А если он не знает этого порядка? Или слишком туп и нагл для того, чтобы ему следовать?
— У нас тут есть небольшая речушка, — вздохнул воришка, — мерзкий запах от которой долетает и досюда. Иной раз из нее стражники выуживают крючьями тела тех, кто был слишком туп и нагл, чтобы переть против устава моего цеха. А этот молодчик слишком давно здесь живет — кажется, я даже видел, где он лакает пиво, — чтобы не знать об этом местном обычае привечать невежд.
— Значит?..
— Вам виднее, рыцарь, — пришла очередь Нетопыря пожимать плечами. — Может, слуга ревнивого мужа, которого ваша особа снабдила рогами, может — тайный соглядатай купца, обставленного в торговом деле. Скажу лишь точно — к городской страже и магистратуре рыжий не имеет отношения. И к моему почтенному цеху также.
— Пойдем, — кастилец поманил вора пальцем, — выпьем эля. Я не привык опустошать кружки в одиночестве.
— Воспитание, полученное на берегах Гвадалквивира, не позволяет?
— А ты догадлив.
Они направились к заведению, уже раз посещенному сегодня капитаном «Спрута».
В дверях испанец помедлил, убеждаясь, что рыжий детина следует за ним по пятам.
Усевшись за стол, Де Сото с облегчением заметил отсутствие назойливого старика, потребовал две кружки эля и с безмятежной улыбкой обратился к воришке:
— Я не только оплачу выпивку, но и дам тебе немного монет за службу. При одном условии.
— Каком же, о благородный кастилец? Нетопырь жадно вцепился в грубый сосуд, и тут же издал приглушенный вопль изумления, едва не расплескав содержимое.
Рука испанца, протянутая под столом в сторону собеседника, коснулась его колена. Кинжал де Сото красноречиво чиркнул по штанам.
Не меняя тона, де Сото докончил:
— Если ты поклянешься, что за мной не ходит твой собственный дружок, а все происходящее не есть ловкий трюк.
— Клянусь, — истово перекрестился воришка.
Де Сото некоторое время смотрел ему прямо в глаза, причем воришка под взором бесцветных очей капитана съеживался, словно кусок папира, поднесенный слишком близко к пламени свечи.
Наконец испанец спрятал кинжал в ножны.
— Отчего-то я тебе верю.
— И совершенно зря, благородный господин, — сказала служанка, проносившая мимо пустые кружки. — Это же Нетопырь, ворюга и мерзавец, каких свет не видывал.
— Предоставь судить мне о степени искренности собутыльника, девица, — строго сказал де Сото и подмигнул воришке. — А вот пару новых кружек можешь принести. И не верти так бедрами, в конце концов, это неприлично.
Девица фыркнула, покраснев до корней волос, взяла эль и промаршировала к столу на манер находящегося на строевом смотре подвыпившего алебардиста.
— Так-то лучше, — усмехнулся кастилец, хлопнув служанку пониже спины.
В заведение зашел шаркающей походкой рыжий парень с дубинкой у пояса, спросил вина и вместе с глиняной чашей вышел, делая вид, что заинтересован до крайности перебранкой между ландскнехтом и патрулем городской стражи.
— Слежка весьма топорная, — заметил де Сото. — Можно сказать — навязчивая.
— Хотелось бы взглянуть на монетки, обещанные Нетопырю, — протянул воришка.
Глаза испанца вспыхнули, он сжал кулак и приподнялся.
— Ты что же, сомневаешься в моих словах, раб?
— Как можно, — всплеснул руками вор. — Но хочу решить, стоит ли заработать на вашей милости еще, или этого будет довольно.
Де Сото, сдержав темперамент, опустился на место, взялся за кошель и швырнул едва ли не в лицо Нетопыря горсть монет.
— У рыжего есть начальник, — сказал Нетопырь, накрыв добычу грязной рукой. — Я могу указать на него.
— На многое не рассчитывай, — проворчал испанец, шумно отхлебывая эль и сдувая с усов пену, — сейчас я начеку и смогу сам разглядеть очевидное.
— Но благородный рыцарь с берегов Гвадалквивира впервые в нашем гостеприимном городе, не так ли? Кто знает, не заваривается ли вокруг него серьезная каша, и не понадобятся ли ему быстрые ноги, острые глаза и ловкие руки?
— Предлагаешь службу?
— В зависимости от награды, — раздулся от важности Нетопырь, — предлагаю не только свою службу.
Во всяком порту найдутся не только однотипные старики, знающие о каждой пришвартовавшейся посудине, найдутся и свои нетопыри. Услугами подобных темных личностей де Сото приходилось пользоваться не единожды. У них имелся свой своеобразный кодекс чести, а по части информированности они были всегда впереди слуг градоправителей.
— Годится, — согласился де Сото. — Мой корабль ты знаешь?
— Когг «Темный Спрут»? Знаю, как его найти.
— Вечером я хочу знать все о нанимателе этого молодца.
— Будет сделано, — Нетопырь стал огромными глотками поглощать угощение. — А если понадобиться еще что-нибудь…
— Посмотрим, насколько ты расторопен, — отмахнулся де Сото.
В молчании они прикончили выпивку и вышли из помещения корчмы.
Рыжий исчез, его место занял мрачного вида субъект в поношенном дублете и черном берете с алым петушиным пером.
Капитан направился к гавани, сопровождаемый внимательными глазами соглядатая. В паре сотен шагов от «Спрута» тип в дублете пропал из поля зрения испанца.
Взойдя на борт своего корабля, кастилец крепко призадумался. Никто не мог знать, куда пойдет «Спрут» из порта острова Родос. Вернее, почти никто…
Местным властям он пока еще не интересен.
Судя по поведению Нетопыря, подобная слежка не является здесь обязательной частью ритуала гостеприимства.
Так ничего и не надумав, капитан решил дождаться вестей от вора…
Под вечер он все же не утерпел и направился в корчму. Помощнику было оставлено подробное описание Нетопыря и тощий кошель с подробными инструкциями.
Дармовое вино и пиво всегда развязывают языки. Часа через два, выпив и побалагурив со шкиперами с венецианской посудины и датской лоймы, а затем поспорив о достоинствах служанки с абордажным ветераном с английского флейта, де Сото уяснил себе, что про его похождения в Средиземном Море никто из гостей города ничего не знал, и как следствие, не мог донести здешним воротилам. Ни один испанский или мальтийский корабль не покидал за ближайшие три месяца бухту. Значит, грозная слава Лиса Морей не могла опередить «Спрут».
Когда испанец вернулся к коггу, то застал своего помощника в изрядной растерянности.
— Этот проходимец не взял денег, — сказал он, возвращая кошель владельцу. — Рассудком скорбный, что ли?
— И ничего не сказал о слежке? — подивился испанец.
— Отчего же, — помощник пожал плечами. — Сказал, что нами интересуется какая-то фрау Гретхен, а в дальнейшее он соваться не намерен. После чего буквально сбежал.
Тут по доскам со стороны ярмарки прогрохотали сапоги, и де Сото увидел приближающуюся к кораблю процессию.
Во главе нее двигался давешний рыжий детина, за которым шествовал человек, без сомнения, благородного происхождения, следом поспевал коротколапый мужчина в берете с петушиным пером.
— Может, свистнуть абордажную команду? — тихо спросил помощник капитана.
— Не стоит, — улыбнулся де Сото, скрестив руки на груди и выставив подбородок. — Сейчас все разъяснится.
— Вы капитан сего когга? — грубовато спросил благородный.
— Допустим я, — процедил испанец. — И что с того?
— Соблаговолите следовать за нами.
— Куда же? И кстати, вы кто такие?
— Наши имена ничего не скажут вашей милости, рыцарь де Сото, — ответил рыжий неожиданно басистым и представительным голосом, никак не вяжущимся с его простецким обликом. — Мы слуги фрау Гретхен и выполняем ее волю.
— Я прибыл с востока, где женщины редко высказывают свой интерес к мужчинам столь поспешным и решительным образом, — протянул де Сото. — Кто такая ваша хозяйка? Настоятельница монастыря? Торговка зеленью? Избалованная дочь маркграфа или магистра города?
Рыжий насупился и собрался сказать какую-то дерзость, но более его рассудительный приятель в берете вмешался, учтиво сорвав с головы убор:
— Избалованный сын маркграфа — это я, ваша милость. А фрау Гретхен при встрече сама расскажет вам о себе все, что посчитает нужным.
— Капитан городской стражи, — важно представился третий из присутствующих, производивший впечатление человека благородного происхождения, — Генрих фон Валленштайн, к вашим услугам. Смиренно прошу вас проследовать за нами, рыцарь де Сото.
Испанец обвел бухту тоскливым взглядом. Она представилась ему не тихой полупустой гаванью, а огромным капканом, готовым сомкнуться.