— Я могу идти? — приподнялся он, так и не возразив. То ли понятливый, то ли… это тоже была провокация.
— Да, — коротко произнесла я, активируя внешку планшета.
Вот и познакомились…
Прежде чем углубиться в работу — по каждому из дел, которые «висели» на нашем подразделении, я собиралась составить прогноз развития событий, — сбросила запрос по имеющимся на Приаме теням своему бывшему другу-напарнику Эдуарду Эскильо, который ими командовал. Пока только самые общие сведения: степень возможного использования, уровень подготовки, лояльность к Службе Маршалов. Большинство из тех, кто работал в других секторах, не являлись штатными сотрудниками, оказывая лишь посильную помощь.
Знак обработки появился практически сразу — Эд был на месте, давая надежду, что хоть с этой стороны обойдется без сюрпризов.
Забрав из хранилища аналитическую справку, подготовленную Шуте и проверенную Валевым, на второй экран вывела контрольную панель доступа на своего новенького. Об этом мы заранее договорились с Вано. Оставлять Ханаза совсем уж наедине с собой я не собиралась.
Устроившись удобнее в кресле и на мгновение позволив себе помечтать о кофе, загрузила первый раздел — главную обзорку.
Прошлась беглым взглядом, боковым зрением заметив, как вышел в сеть Шаиль. Список сотрудников, группировка по командам, основные направления… Я бы начала с наших неписанных правил, но подсказывать не собиралась. С опытом, сам разберется.
Вернувшись к справке, недовольно качнула головой. Предчувствия вопили, что вокруг что-то происходит, здесь же ничего нового, лишь подтверждение уже сделанных ранее выводов, пусть те и выглядели весьма настораживающе.
Наш контингент относился к опасным — чутье звериное, вот оно то и вело их из других секторов Галактики обратно в Союз. Потоки шли через все магистрали второго уровня. В главные порты, обслуживающие основные межгалактические рейсы лезли лишь немногие из тех, кто вроде как считался «условно чистым». Либо неподтвержденные, либо в течение контрольных пяти стандартов после отбытия наказания не попавшиеся на горяченьком. Конечные точки концентрировались на планетах двух типов: стратегически важных и тех, про которые едва ли не забыли. Первые в случае войны будут защищать до конца, вторые… Они не нужны были даже своему правительству.
На причины подобной миграции аналитики так и не выходили — не хватало тех самых данных, что шли под высокими грифами секретности, но фиксировали уплотнение потока. Четыре месяца назад один случай появления поднадзорного на десять-двенадцать лайнеров, теперь же службы безопасности цепляли едва ли не на каждом.
Вроде и не наша забота — для этого контингента существовала Служба Розыска со своим подразделением прогнозирования преступлений, но с подачи Ровера анализом занимались и мы. Иногда лучше предупредить, чем потом гоняться за отморозком, для которого чужая жизнь ничего не значит.
Мысли, возникавшие при просмотре сводки, были правильными, но неконструктивными. Время заставляло постоянно помнить, что оно — не бесконечно.
Перевела таблицы на отдельный экран. Последняя линия обороны… Если пропущу и я, вместо массива информации останутся лишь выводы, который послужат основой для других отчетов. А те — для других…
Вместо имен — структурированные коды. Категория — особо тяжкие. Насилие над малолетними; убийства, совершенные с особой жестокостью; преступления, сопровождавшиеся захватом заложников; разного рода маньяки…
Если не научиться абстрагироваться, четко осознавая, что эмоции — лишь помеха в работе, но при этом помнить, что разучившись чувствовать боль другого, ты перестанешь быть человеком, в нашей службе делать нечего.
Мне пока что удавалось. Пока…
— Николя, зайди ко мне? — вызвала я Валева, радуясь тому, что Ровер когда-то научил продолжать идти вперед, даже когда сквозь набор цифр начинают проступать лица тех, чью жизнь искалечили или уничтожили эти твари.
Воспользовавшись возможностью, поднялась, налила себе кофе и отошла с чашкой к окну. Теперь заслужила. И пару сладко-терпких глотков и минуту передышки.
— Похоже, тебе не понравилась наша аналитика? — усмехнулся тот, входя в кабинет. Сменившая красный зелень на информере была для него.
— Ты когда у меня научишься читать коды? — ласково поинтересовалась я, так и не обернувшись. — Шуте — ладно, пацан еще, а ты…
— Мы перетрясли всю сводку, — задумчиво протянул Николай, подходя к столу.
Шагов не слышала, но командный «сдал» Валева, выдав и едва заметное смятение, и легкое разочарование. Пока еще не было случая, чтобы я к чему-нибудь в их анализе не придралась.
Успокаивать его тем, что Ровер перестал находить косяки в наших с Эскильо отчетах лишь спустя год после того, как мы начали заниматься сводками, я ему не собиралась.
Стимул… Противостояние… На этот раз СБ и Служба Маршалов.
Смешно…
— О чем говорят комбинации с четыреста двадцать шестой по четыреста сорок вторую на седьмой позиции? — резко спросила я, продолжая рассматривать людей в сквере, который притулился между двумя офисными зданиями метрах в шестистах от Управления. Средства визуализации, встроенные в поляризованное стекло, реагировали на мой взгляд, приближая картинку.
— Прохождение военной службы, — четко отрапортовал Валев, но смотрел при этом не на меня, а на внешку, которую я не свернула перед его приходом.
— А литеры тридцать восемь — сорок два?
— Особые подразделения, — выдал он, не задумываясь. Вот только голос дрогнул. Практически незаметно, но это если не знать Николя.
— Четыреста шестьдесят?
— Подтвержденная или предположительная служба в наемничьих легионах, — жестко отозвался он. — Я передам информацию полковнику Воронову…
— Передай, передай, — снисходительно улыбнулась я, оборачиваясь. — Вместе с приветом. От меня.
Тот, ничего не ответив, вышел из кабинета. Мог бы и вылететь, но предпочел до конца сохранить достоинство.
Мальчишка…
Усмехнувшись — я так и не избавилась от образа Николя-студента, в котором он однажды предстал передо мной, вернулась к работе. Подозрительно увеличивавшуюся концентрацию наших потенциальных клиентов на одной из дальних планет, я заметила лишь благодаря Ханазу. Если бы не его наемничье прошлое, эти цифры могли и не броситься мне в глаза.
Чем заканчивались подобные оплошности, я знала.
Большими проблемами.
— Сабен? — указав на то же кресло, в котором он сидел утром, я задумчиво наблюдала за Шаилем, пока он устраивался удобнее. — Биографично.
— Уверена, что не ошиблась? — равнодушно уточнил Ханаз, положив свой планшет на боковой столик.
И ведь не скажешь, что познакомились только сегодня — оба внешне приняли правила новой игры, пусть и радости от этого не испытывали. Тоже — оба.
— Чуть выше среднего. Серые, слегка раскосые глаза. Смуглая кожа, тон четвертый по второй линейке. Дай мне руку, — приподнялась я. Когда он выполнил мою просьбу, поддернула вверх манжету рубашки. — Едва заметный, фрагментарный сферический рисунок на запястье левой руки с внутренней стороны, обычно скрытый широким ремнем комма. Последствия появления в генетической цепочке люценианцев. Левша. — Отпустив его ладонь, вновь села в кресло. — В голосовых характеристиках продолжительные, с напряжением, шипящие звуки. В пластике отчетливая выслеживающая структура, за что Сабена иногда называли Ловцом.
Дополнительную информацию подкинул все тот же Ромшез. Куда залез на этот раз, не признался, но в конце добавил, что если узнает Шторм — расстреляет. Мог обойтись и без намека, я и без того была уверена, что вся эта возня вокруг меня, его рук дело.
— Для опознания недостаточно, — невозмутимо пожал плечом Ханаз.
— Мне показать голографию? — улыбнулась я. Невинно.
— Элизабет, — недовольно качнул он головой, — приказы не обсуждаются. Да и значение слова безопасность тебе известно не хуже меня.
— Хорошо, — признавая его правоту, кивнула я, — давай посмотрим твои наработки.
— Начнем с плана? — тут же подобрался Шаиль.
— С впечатлений, — откинулась я на спинку кресла. — Чай? Кофе? Коньяк?
— Кофе…
— Тогда приготовь и на меня, — дублируя открытый им файл на свою внешку попросила я.
— Звачек у тебя тоже подрабатывает официантом? — вставая, полюбопытствовал мой новый заместитель по оперативке без малейшего намека на ехидство.
— Ты знал его и раньше?
Тот ответил, уже подойдя к закрытой панелью нише, в которой стояла и кофе-машина.
А ведь я направления не указала…
— Он контактировал с Ровером.
— Лазовски был под контролем? — Оставалось надеяться, что Шаиль не заметил, как чуть «просел» мой голос.
— Обрати внимание, — отозвался тот, не оглянувшись, — что все это — жест доброй воли.
— Или желание добиться моего доверия.
— Уверена, что мне это нужно? — держа в руке одну чашку, обернулся он ко мне.
Не знаю, как там с «Сабеном» — термин в спецуре означал диверсанта широкого профиля, но кличка «Ловец» ему точно шла. Смотрел он на меня, как на добычу.
— Кто тебе отдает приказы? — поднимаясь, жестко потребовала я.
Улыбка на его лице была снисходительной. Мол, не по зубам я тебе, девочка, не по зубам.
Кое в чем был прав. Хотя бы в том, что разница в возрасте у нас с ним составляла четырнадцать лет. В его пользу.
Усмехнувшись, изумленно качнула головой:
— Николай Сергеевич… Генерал Орлов, собственной персоной. — Вот теперь на его лице появилось что-то, смутно напоминающее уважение. — Я пью сладкий, — добавила я, оценивая ситуацию уже с учетом новой информации.
Имя Орлова всплыло само — сработала интуиция, но чем дольше я думала, тем отчетливее видела следы его участия во всех последних историях, включая эту. Все, с кем меня столкнула беспутная судьба, имели отношение к генералу. Учились, женились, дружили, враждовали…
За одну эту догадку меня требовалось ликвидировать, но я была все еще не только жива, но и относительно здорова, если не считать неконструктивной ярости, с которой успешно боролась. Очередной факт и соответствующий вывод — я им нужна. Со всеми своими спонтанными откровениями, с умением находить ответы даже там, где их никогда не было.