Все в нетерпении стали заглядывать за спину руководителю. Через несколько секунд вошел Курт. Внутри у меня снова все сжалось, а губы задрожали. Играть с ним в чувства было одно и то же, что ковырять еще не зажившую рану.
Студенты радостно приветствовали его, хлопая по плечу. Он мельком сухо взглянул на меня и уже более радушно поприветствовал остальных.
– Так, быстрее-быстрее, расходимся! 15 минут! Переодеваемся! – закричал режиссер.
Глава 18
Сердце стучало так громко, что заглушало все звуки вокруг. Я старалась дышать ровнее, но волнение не позволяло успокоиться и мою нервозность было видно невооруженным глазом.
Подходило время сцены первой встречи Ромео и Джульетты и… первого поцелуя. От одной только мысли о том, чтоб снова оказаться в объятиях Курта, пусть и наигранных, у меня потели ладони и отключался разум.
– Не трясись, нам придется сыграть влюблённость и надо сделать это натурально. У тебя это отлично получается. – презрительно кинул мне Курт и вышел на сцену.
Укол в мою сторону от него оказал отрезвляющее действие и я, немного пришедшая в себя, пошла играть свою роль.
В момент знакомства с «женихом» я, разыграв лёгкое отвращение, посмотрела на первый ряд и… красное платье, длинные белые волосы… Я уже видела ее на фотографии в инстаграме Курта. Она, не мигая, смотрела прямо на меня. Знает ли его девушка, что было между мной и Куртом?
Ревность захлестнула мое сознание. Это ее он целует так же, как целовал меня, нежно и страстно… Ее обнимают его руки, когда он шепчет ей те же слова, что говорил мне… В груди стал разгораться пожар, а в глазах помутнело, я пыталась отогнать эти страшные мысли, но только лишь загоняла себя в них еще дальше.
Но тут Ромео подошел к Джульетте. Его чарующие глаза смотрели с такой любовью, что я забыла и про девушку, и про колкие слова в мой адрес. Курт взял меня за руку и мы “убежали” с приема.
Дерзкий, немного грубый в жизни, Курт стал мягким и ласковым. Роль Ромео удивительно шла ему. Забежав за импровизированную стену с искусственной виноградной лозой, он развернул меня и нежно погладил по щеке.
– …Красавица… Красы не знал я раньше, а лишь теперь, тебя увидев, осознал, что я пропал… И ангел с неба мне принес послание, что ты – судьба… – признания, пускай и написанные мистером Рендлом, легко слетали с чувственных губ Курта и я уже не понимала, где он, а где Ромео: слишком искренне звучал его волнующий голос. Каждое слово проникало глубоко мне в душу, заставляя мое сердце трепетать, отзываясь на чужие стихи так, словно они были написаны для меня.
– Судьбой назвать легко, но этого так мало… – Рядом с ним мне не нужно было играть. Стоило лишь почувствовать его опьяняющий запах и для меня переставало существовать все вокруг, я жадно ловила каждое его слово и слепо верила им, постепенно забывая, что мы на сцене.
Наконец наши губы соприкоснулись в первом поцелуе безнадежно влюбленных… Мое тело тут же отозвалось сладкой дрожью, а дыхание перехватило. Ноги ослабли, и я начала медленно опускаться на пол, но Курт вовремя подхватил и обнял меня, прижав к своей груди. Вновь почувствовав его тепло, я совсем обмякла, желая, чтобы этот момент никогда не кончался…
Я пришла в себя лишь когда пришла няня. Еще ощущая на своих губах легкое покалывание от поцелуя, я продолжила игру, с нетерпением ожидая следующей сцены любви.
Ну почему его присутствие так действует на меня? Даже сейчас, когда в зале сидит его новая пассия, которая нагло украла его, воспользовавшись нашей ссорой?
Стоя на балконе в страстных объятьях, я сгорала от желания взглянуть в глаза этой блондинке. Чувствует ли она то же, что и я? Или она уверена, что это всего лишь игра?
Но новый поцелуй снова заставил окружающих раствориться в воздухе, а мою голову закружиться в вальсе надежды. Ну не может ТАК целовать человек, для которого пережитые моменты потеряли смысл… Мои руки задрожали, и я сжала пальцы так сильно, что ногти впились во влажные ладони.
А все же играть в любовь с человеком, от которого теряешь голову, тяжело. Страшно выдать всем вокруг свои чувства, случайно раскрыть свою душу, вывернуть её наизнанку перед людьми, которые, узнав сокровенное, прожуют твои мечты и выплюнут искаженные, больные фантазии прямо тебе в лицо.
Я держала ослабевшее тело Ромео на руках, смотрела в угасающие глаза и старалась запомнить этот момент: последняя сцена с Куртом, возможно, последняя возможность побыть с ним рядом.
– Один лишь поцелуй… И с ним умру… – я прикоснулась к его губам, влажным и горячим, постаравшись вложить в этот миг всю свою боль и страсть, испытанные за это короткое время. Все равно он не поверит в мою искренность…
Зал взорвался аплодисментами. Я открыла глаза: Курт, не мигая смотрел на меня, словно сожалея, что все кончилось. Или мне хотелось так думать…
Я всматривалась в томную синеву его глаз и старалась прочитать, что на самом деле он чувствует. Но тут на сцену повалили актёры и нам пришлось, взявшись за руки, выйти на поклон.
– Браво!! Молодцы!!!
Я оглядела зрителей: не удалось ли им узнать мою тайну, что я так трепетно скрываю? Но на их лицах был лишь восторг: они уверены, что все чувства, поцелуи и объятия не что иное как безупречная игра юных дарований.
Я вздохнула с облегчением и, когда портьеры опустились, обернулась. Курт, надевая на ходу кожанку, обнял подоспевшую девушку за талию и вместе с ней быстро вышел из зала.
Что-то внутри меня с оглушительным треском обрушилось вниз.
Вот и все.
– Стефани! – взбудораженные произведенным фурором студенты чуть не сбили меня с ног. – Ты с нами?
– А? Куда? – я была так подавлена, что совсем забыла о происходящем.
– Отмечать наш успех! Ты не можешь не пойти, зрители смотрели на вас с Куртом, раскрыв рот! Кстати, а где он? Уже улизнул?
И толпа ликующих актёров, отрезав мне все пути к отступлению, понесла меня праздновать событие. Глава 19
Погасшими глазами я смотрела словно в пустоту. Звон бокалов и радостные возгласы товарищей не могли отвлечь меня от мрачных мыслей и вытащить из густой трясины разочарования.
– Стефани…
Я обернулась. Ко мне подошел мистер Рендл. Он выглядел как-то по-особенному взволнованным.
– Ты отлично сыграла сегодня. Скажи, а ты не думала о карьере профессиональной актрисы? То, что я сегодня увидел – это определенно заявка на успех.
Я смутилась. Карьера профессиональной актрисы? Да, я бы обязательно думала об этом… Если бы посмела. Только вот, боюсь, наш режиссер ошибается. В том, что он сегодня увидел, не было ни грамма актерской игры. Одни лишь чувства. Оголенные, искренние, настоящие.
– За Джульетту! Даже самый чёрствый старикашка сегодня не смог сдержаться и рыдал как младенец, глядя, как страдает её влюбленное сердце!
– Да, за Джульетту! Стеф, ты была восхитительна! – подхватили остальные.
Я старательно натянула благодарную улыбку и отпила немного вина.
В прозрачной глади кисловатого напитка отразились две приближающиеся фигуры – Курт со своей блондинкой подошли к празднующим.
Только их тут не хватало! слегка разгоряченная алкоголем, я дерзко откинулась на спинку стула.
– О, а вот и Ромео! А мы уже отчаялись тебя увидеть! – подвыпившие студенты, качаясь, кинулись обнимать прибывших. – Мы как раз хвалили игру Стефани!
– Да, я слышал. Вполне заслуженно! Так играть с чувствами… Для этого нужен настоящий талант!
Я улыбнулась, принимая этот сомнительный комплимент. Играть роль Джульетты было проще, чем ту, которую приходится играть сейчас.
Неловкое молчание прервал нежный голос его спутницы:
– Мы увидели ваши фото в инстаграме и решили присоединиться к веселью.
Громко смеясь, компания делилась друг с другом своими впечатлениями и казусами, случившимися по ходу подготовки к премьере. Я пыталась изобразить радостную улыбку, но то и дело натыкалась взглядом на девушку Курта, сидящую у него на коленях.
Улучив момент, когда все в очередной раз слушали новую смешную историю, я незаметно пробралась к выходу и побрела к летней террасе.
Там не было никого, лишь тусклые огни освещали деревянные подмостки и пустые скамейки. Я глубоко вдыхала влажный воздух и медленно потягивала ледяной коктейль.
Закрыв глаза и наслаждаясь тишиной, я вдруг почувствовала знакомый аромат. Волнующие нотки муската с корицей взволновали меня, и я повернулась в сторону, откуда исходил запах.
На террасу поднялся Курт. Я тут же замерла, не осмеливаясь даже вздохнуть.
Он остановился на пороге, а затем стал медленно приближаться. Я не успела ничего сообразить, как оказалась в его руках. Его горячие губы обожгли мою шею поцелуем и меня поглотила неудержимая страсть.
Крепко прижав меня к перилам, Курт жадно стискивал мое тело, засунув руки под одежду, словно он уже обладал мной, словно я уже была его собственностью. Мое тело перестало слушаться меня и подчинялось его движениям.
Я старалась прийти в себя, но каждый его поцелуй вновь вгонял меня в беспамятство, заставляя вздрагивать, сдерживая стоны. Внизу живота постепенно разливалось щекочущее тепло, мои пальцы сами собой стремились почувствовать желанное тело моего мучителя. Погладив его напряженную спину, я ощутила новый прилив возбуждения и откинулась, движениями прося его вновь прикасаться губами к моей шее и ключицам.
Курт прижался ко мне еще сильнее, и я ощутила, как твердо у него в брюках. Мои ноги задрожали, когда он, нежно гладя мои обнаженные ноги, попытался приподнять край юбки.
Опомнившись, я резко оттолкнула его.
– Ну и негодяй же ты! Ты пришел сюда с девушкой, так что ты делаешь здесь? – я проглотила подступивший к горлу ком и прошипела в его раскрасневшееся от возбуждения лицо. – Нашел лучший способ унизить и меня и ее?
– Нет, – Курт улыбнулся, словно ничего особенного в происходящем не было. – Я нашел лучший способ провести этот вечер. Рад, что ты как и раньше, таешь, стоит лишь мне к тебе прикоснуться.