ные на хранение Пророку их законным владельцам, и, убедившись что Мухаммада в доме нет, понуро побрели искать его по всей округе. За несколько дней до этих событий хазрет Абу Бакр (Да будет доволен им Всевышний Аллах!) пришел к Посланнику Аллаха и попросил у него разрешения на переселение в Ясриб. Мухаммад ответил своему верному другу: «Не спеши, Абу Бакр, возможно Аллах пошлет тебе попутчика». В ночь хиджры Посланник Аллаха пришел к своему другу и сказал ему: «Всевышний Аллах разрешил мне уехать», «Возьми и меня с собой, о, Посланник Аллаха!», попросил его Абу Бакр, на что Мухаммад ответил согласием. Несмотря на то, что предусмотрительный Абу Бакр заранее подготовил для путешествия двух верблюдиц, чтобы запутать своих преследователей они сначала пешком отправились не на север, в Ясриб, а на юг, в сторону Йемена. Достигнув пещеры Саур, они расположились в ней на отдых, при этом Всевышний (Хвала Ему и велик Он!) послал паука, который немедленно сплел паутину у входа в пещеру, а затем прилетела голубка, снесла яички прямо у входа и принялась их высиживать. Эта пещера находится на высоте в три раза большей, чем пещера Хира и добраться до нее было нелегко, однако поскольку курейшиты назначили огромное вознаграждение — целую сотню верблюдов тому, кто укажет местонахождение Пророка и его спутника, многие молодые люди, желая получить эту награду, начали поиски беглецов, перевернули в окрестностях Мекки чуть ли не каждый камень, и в итоге добрались до этой пещеры. Тем не менее, Всевышний Аллах (Хвала Ему и велик Он!) без особых затруднений ввел их в заблуждение при помощи их собственного ума: увидев, что вход в пещеру заткан паутиной и что из-под ног у них вспорхнула голубка, свившая гнездо прямо у входа, язычники сказали друг другу: «Похоже, эта паутина была соткана, когда Мухаммада еще на свете не было, и, кроме того, всем известно, что дикие голуби никогда не селятся в местах, где кто-то есть», после чего они отправились обратно, так и не заглянув в пещеру. А в это время внутри пещеры Абу Бакра охватил страх, но боялся он, конечно же, не за себя, а за своего дорогого спутника. Представив, что могло сейчас произойти, он тихо прошептал: «Если бы кто-нибудь из них внимательно посмотрел себе под ноги, то сразу увидел бы нас». Мухаммад (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) успокоил его вопросом: «Что ты думаешь о двоих, где третий — Аллах? Пропадут ли они?», и затем добавил: «Не печалься, ведь Всевышний с нами!». Пророк и его спутник пробыли в пещере целых три дня, и лишь почувствовав, что поиски стихают, а дорога на Ясриб освободилась, они сели на верблюдиц и нехожеными тропами поехали в обход, преодолев по раскаленной пустыне около пятисот километров. Однако наиболее упорные из молодых курейшитов, тем не менее, все еще продолжали поиск и один из таких — здоровенный детина по имени Сурака, неожиданно наткнувшись на путников, стал преследовать их по пустыне, однако, как только он приблизился к беглецам, его конь вдруг споткнулся и встал. После минутного замешательства Сурака снова бросился в погоню, а Посланник Аллаха (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) все это время непрестанно поминал Аллаха, в то время как Абу Бакр то и дело оглядывался назад, опасаясь, что этот человек догонит их. Когда Сурака был уже совсем близко, его конь вдруг снова сильно споткнулся и сбросил с себя седока, который кубарем покатился по земле вместе со своим оружием. Тут Сурака наконец-то понял, что Мухаммад действительно находится под защитой Всемогущего Аллаха и что ему не удастся причинить Пророку никакого вреда, после чего он миролюбиво окликнул Пророка (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!). Проникшись уверенностью, что, в конце концов, победа будет на стороне Посланника Аллаха, он попросил дать расписку, которая обеспечила бы ему безопасность в будущем. Получив такую расписку, Сурака отправился назад, направляя всех, кто также хотел найти Мухаммада, по ложному следу. В это время, получив известие, что Пророк уже выехал из Мекки, мусульмане Ясриба с нетерпением ожидали его прибытия. Каждое утро они выходили на дорогу в надежде встретить Посланника Аллаха, и стояли до тех, пор пока не наступала невыносимая жара, лишь тогда огорченные люди возвращались по своим домам. Однажды, когда мусульмане снова расходились, так и не дождавшись Посланника Аллаха, один из евреев, поднявшись на холм, заметил верблюдов, на которых ехали Мухаммад и Абу Бакр, и громко закричал: «Эй! Сыновья Киблы! Ваш сподвижник приехал!». «Аллаху акбар! Аллаху акбар!», воскликнули мусульмане и, обгоняя друг друга, радостно бросились навстречу Святому Пророку (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!). Посланнику Аллаха был оказан самый радушный прием и в городе царило ликование, жители Ясриба спорили между собой, кому держать повод верблюдицы Посланника Аллаха (Хвала Ему и велик Он!) и счастью их просто не было предела. Каждый хотел удостоиться чести оказать ему гостеприимство и привести в свой дом, однако Пророк, поблагодарив их, поведал, что его верблюдица животное, выполняющее волю свыше, тогда они отпустили ее, чтобы она шла туда, куда ей внушает Аллах. Наконец, в загоне для верблюдов принадлежащем Сухайлю ибн Амру она опустилась на землю и Пророк купил это место, чтобы возвести там первую мечеть. Во время строительства мечети он жил в доме ансара Абу Айюба и собственноручно носил для нее кирпичи, несмотря на уговоры своих сподвижников, участвовавших в строительстве. Она была очень скромной, эта первая мечеть Ислама, пол там был земляной, а крыша из обыкновенных пальмовых ветвей, потом возле этой мечети Мухаммад построил себе маленький дом. Обосновавшись в Ясрибе Святой Пророк дал этому городу новое имя, назвав его «Аль Мадинат-уль-Мунаввара», то есть «Пресветлый, лучезарный город», а тех его жителей, которые приняли Ислам, назвал «ансарами», то есть «поддерживающими в победе». Те же, кто прибыл вместе с ним из Мекки, стали называться «мухаджиры», то есть «переселившиеся». Святой Пророк объявил их братьями, и они зажили как одна семья, которую ничто не разделяло — ни зависть, ни корысть, ни ревность в отношении друг к другу, в то же самое время их крепко объединяла вера в Аллаха, любовь и взаимопонимание, а также постоянная готовность прийти на помощь друг к другу. Ансары поделились с мухаджирами своим имуществом и всем, что было им необходимо для ведения хозяйства, при этом каждый ансар говорил своему брату мухаджиру: «Это — моя земля, а это — мое имущество. Половина всего этого останется моей, а другая половина станет твоей». Однако некоторые мухаджиры, тепло поблагодарив ансаров за такую щедрость, отказывались от нее, не желая их обременять, например Абдуррахман ибн Ауф в ответ попросил своего побратима-ансара показать ему, где находится рынок, чтобы торговать там и в поте лица самому зарабатывать свой хлеб. Лучезарная Медина стала первым городом на Земле, где мусульмане наконец-то вздохнули спокойно.
ЛУЧЕЗАРНАЯ МЕДИНА
Когда Мухаммад (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) отправился в Ясриб, Умм Айман осталась в Мекке для выполнения дел по дому, однако позже, по своей собственной инициативе, она пешком отправилась вслед за ним, преодолевая горы и пустыни по ужасной жаре, неся с собой любовь и материнскую преданность к Посланнику Аллаха. Когда она пришла в Медину, ступни ее ног были изранены, а лицо покрыто песком и пылью, увидев пожилую женщину, Святой Пророк радостно воскликнул: «О, моя матушка! Это правда, что твое место в раю!», и принялся вытирать ей лицо и глаза. Постепенно количество мусульман, несмотря на постоянные угрозы мекканских язычников, увеличивалось, хотя в то время принятие Ислама означало больше, нежели простое присоединение к общине верующих, оно означало необходимость защиты Ислама силой своего оружия. Всевышний Аллах (Хвала Ему и велик Он!) продолжал ниспосылать Пророку откровения, определяя законы жизни мусульманской общины: «И повинуйтесь Аллаху, и повинуйтесь Посланнику, и будьте настороже. Но если вы отвратитесь, знайте, что на Посланника нашего возложено только ясное возвещение послания». В это время из Мекки пришло известие, что курейшиты разграбили дома и все имущество мусульман совершивших хиджру, а затем, снарядив на вырученные деньги караван, отправили его в Сирию. Когда мусульманам стало известно, что этот караван уже возвращается обратно и его путь пролегает вблизи Медины, они твердо решили отбить его у язычников, чтобы вернуть себе хотя бы часть того, что принадлежало им по праву и было заработано десятилетиями честного труда. На поиски каравана отправился небольшой отряд пеших воинов во главе с Пророком (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!), вооруженных мечами и луками, без коней и полного военного снаряжения. Однако в караване, во главе которого стоял Абу Суфьян, в результате пособничества одного из не принявших Ислама жителей Медины, узнали о готовящемся нападении, вследствие чего он повернул на запад, двинулся вдоль моря и избежал встречи с мусульманами. В свою очередь, мекканские язычники, получив известие, что Мухаммад и его сподвижники перерезали дорогу каравану, груженному многочисленными товарами, быстро собрались в дорогу и выступили против правоверных. В результате получилось так, что вместо встречи с караваном, мусульмане встретились с втрое превосходящим их по численности отрядом курейшитов, воспылавших желанием покончить, наконец, с Исламом силой своего оружия. Получив известие о приближении отряда курейшитов, Святой Пророк (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) стал советоваться относительно предстоящего сражения со своими сподвижниками, чтобы все происходило по доброй воле, а не по принуждению. Мухаджиры и ансары порадовали его сердце готовностью сражаться во имя Аллаха (Хвала Ему и велик Он!) и тогда Мухаммад возвестил им, что Всевышний обещал ему одно из двух: либо караван, либо победу над лютым врагом. Когда мусульмане прибыли в местечко под названием Бадр и обосновались довольно далеко от воды, один из сподвижников по имени Хубаба спросил Мухаммада (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) «О, Посланник Аллаха, скажи нам, это место ты выбрал по указанию Всевышнего и мы обязаны оставаться здесь, или же это было твое самостоятельное решение по замыслу боя?» «Скорее это было мое самостоятельное решение», ответи