— Я не всё поняла в написанном и искала кого-нибудь, кто помог бы мне разобраться.
— А, теперь ясно. Но, боюсь, я не смогу вам помочь, Хитоми, — грустно улыбаюсь.
— Что? Но почему?
Развожу руками, как бы извиняясь:
— Боюсь, мои знания обрывочны, до недавнего времени я по ряду причин был лишён возможности учиться. Вам определённо следует обратиться к компетентному человеку. Например, к вашему наставнику. Кто-то же занимается вашим образованием. Он точно сможет всё вам объяснить.
Хитоми заметалась, пытаясь придумать аргументы.
— Нет! Наша наставница очень скучно всё рассказывает! А некоторые вещи вообще запрещает! Я не могу подойти к ней с этой книгой!
Чёрт, не могу пройти мимо такого.
— Это что же вы за книгу такую взяли, леди Хитоми, что не можете подойти с ней к наставнице, но считаете, что помочь вам смогу я?
— Что?! Нет! Нормальная это книга! Ар! — она закрыла глаза и вздохнула. — Спасибо вам, Като. Я, пожалуй, как-нибудь сама со всем разберусь.
— Пожалуйста, — натягиваю максимально доброжелательную улыбку. — Простите, мне давно пора идти.
Освободившись, наконец, от девушки, я смог вернуться в свою комнату, забрав попутно Юлю.
— Как себя чувствуешь?
— Хорошо, — кивнула она. — Я уже нормально поела. Скоро совсем поправлюсь.
— Отлично! Утром нам нормально позаниматься не дали, будем навёрстывать сейчас. Познакомлю тебя с основами счёта.
С программой обучения не заморачивался, объясняя все правила с самых основ и заваливая кучей заданий для практики. И пока Юля занималась, я переключался на свои книги, позаимствованные в Суонбурге. Конечно, в Эстере должно быть больше тематической литературы, но когда я ещё до неё доберусь.
Больше всего меня, естественно, интересовали артефакты, либо созданные под хозяина, либо выбравшие хозяина. Правда, в некоторых случаях нам попадались самые натуральные байки, которые, почему-то, описывались авторами книг на полном серьёзе. Например, о щите, на внутренней стороне которого проявилось лицо, говорившее со своим носителем.
— Представь, здесь написано о говорящем щите, — поделился я шуткой с Юлей, начав разыгрывать целую пантомиму. — Поднимаешь такой в бою свой верный щит, а он тебе: Хозяин! Смотри, какой у него большой молот! Не подставляй меня! Расколюсь! Не подставляй!
Юля, всё ещё несколько скованная, посмеялась.
— И что с ним стало? — спросила она.
— С кем?
— С щитом?
Я вернулся к книге и перелистал несколько страниц.
— Написано, что исчез. Но, подозреваю, такого щита никогда не было.
Девушка не поняла:
— Почему? Ведь в книге написано, что был.
— Была легенда, — уточняю. — Что был какой-то щит, который, вроде как, говорил со своим владельцем. Я здесь не первый день изучаю всякие хитрые артефакты. И не один из тех, что был задокументирован…
Увидев непонимание в глазах Юли, добавил:
— Из тех, которые точно нашли, промеряли и описали все их способности, не было ни одного говорящего. Для того чтобы говорить, нужен разум. А просто так разум не появляется.
— Почему? — Юля склонила голову.
Всё же деревенская девочка, для неё что магия, которой мы перекидывались сегодня утром, что говорящие щиты — одно и то же.
— Потому что разумных предметов не бывает. К рассказам о том, что в нашем большом мире бывает, а чего не бывает, мы обязательно придём со временем. Пока же, чтобы тебе было понятнее…
Я задумался, подбирая сравнение.
— Простите, сир, — спохватилась Юля. — Вы не обязаны отвечать на мои глупые вопросы.
Я улыбнулся:
— Нет, Юля, как раз этим я и должен заниматься. А то получится нехорошо, если ты совершишь ошибку из-за незнания, потому что постеснялась когда-то задать мне какой-нибудь глупый вопрос. А касательно разума, то я даже не представляю, как нечто подобное сделать. Да, ты тоже не представляешь, как вообще мало что понимаешь в магии, но здесь ситуация разная. Представь, что я не маг, а плотник, который строит дома. И вот обычно я строю нормальные дома, чтобы в каждом доме жила одна семья. Иногда, изредка, я строю что-нибудь сложнее, вроде вот этого замка. Это как простая и сложная магия. А создание магией разума, это всё равно что пытаться собрать один дом, из дерева, в котором будут жить все семьи вашей деревни и ещё всех окрестных деревень, и чтобы стоял этот дом на одном единственном бревне, воткнутом в землю. Ты себе такой дом представить можешь?
Юля, хлопая удивлёнными глазами, отрицательно покачала головой.
— Вот то-то и оно. Я даже просто придумать себе, как такой дом должен выглядеть, не могу, не то что начать его строить. Вот и с разумом то же самое. Это как-то слишком сложно. И никому вообще не нужно. Потому что поля у всех в разных местах, да и каждому в своём доме привычнее и удобнее, и двор свой, и скотина там. Понимаешь?
— Да, теперь поняла, — улыбнулась Юля.
— Отлично. А теперь показывай, что ты там насчитала.
Глава 4
Опускаюсь на колени и протягиваю руку к тёмному пятну на земле. Впрочем, я и так отлично знаю, что это кровь. Рядом стоит Хус, местный егерь, не слишком старый мужик, ему ещё нет сорока, но выглядит на все пятьдесят.
— Я в первый раз, помню, как увидел, подумал, может, кабанчика волки задрали. Но оглянитесь, сир… — говорит он.
— Я вижу, — прерываю мужчину. — Нет костей, кровь натекла одной лужей, нет шерсти, трава нигде не примята. Будто кровь капала просто из воздуха над этим местом.
Была вторая неделя моего отпуска в замке Харагенат, когда в замок пришёл егерь. Хусу никто не удивился, будто его даже ждали. Мужик пришёл и просто сказал:
— Опять началось.
И всё. Хус ушёл, а Герат только задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику кресла.
— А что началось-то?
— А, это наша местная легенда уже. То ли тварь какая-то на охоту выходит. То ли тёмные силы буянят. Селяне пропадать будут. Человек десять, иногда больше. А после этого на несколько месяцев всё успокоится.
Ну ни хрена себе.
— А что за тварь-то?
— Кто же её знает? Несколько раз уже отряды поисковые приходили, не нашли ничего.
Нда. То, что деревенский народец иногда бывает долбанутый, это я знаю уже. Как-то были мы в одном глухом районе наших бескрайних лесов. Не совсем глухомань, всего-то несколько часов от крупного города отъехать, но ловил там уже только один оператор связи, из телевидения только спутниковое, а на всё село три магазина, и во всех продаётся всё, сельские универмаги, так сказать. В общем, была там такая штука — медведи людей драли. Нечасто, раз в полгода-год. И всем плевать. Ну, потому что это же медведи, дикая природа, все дела, чего с ними сделать можно? И ничего не делали. Да, половина местных — охотники, и кого-то и на охоте драли, дело понятное. А вот бывает, придёт сразу два — три мишки прямо в село, и пока пару прохожих не разорвут, не успокоятся. Продолжалось это десяток лет до нас, и продолжилось, когда мы оттуда свалили. Почему? В чём причина? Что с этим можно сделать? Нет, всем нормально.
Вот и сейчас смотрел я на Герата и понимал, что никто ничего с этим делать не хочет.
— А егерь как это определил?
Мне было просто любопытно. Наскучило за неделю в замке сидеть. Даже стрельба не спасает, выяснилось, что не так уж пороховые стрелялы и пулялы друг от друга отличаются.
— Кровавые пятна в лесу появляются. Просто раз и есть пятно. И непонятно, откуда взялось.
Хмыкнул. Собака Баскервилей местной породы.
— Я возьму Хуса и съезжу, посмотрю на эти пятна.
Герат улыбнулся:
— Хочешь раскрыть эту загадку?
Отрицательно качаю головой. Я, конечно, всесторонне крутой, но точно не какой-нибудь Шерлок, и даже не Холмс.
— Просто интересно. Прогуляюсь до леса.
И вот, прогулялся. Взял пару коней, нагнал Хуса и доехал. Коней, конечно, пришлось в деревне оставлять. Не отправились с ними в глушь, но дошли спокойно. И вот увидел я лужу крови, взявшуюся из ниоткуда. Поднялся, огляделся. Может, тело подвесили и дали крови стечь?
В голове раздался ехидный смех.
«Астарта?»
«Ну наконец-то ты обо мне вспомнил!» — речь её так и сочилась ядом.
«Моему маленькому личному демону есть что сказать? Что-то с кровью?»
«Ха! Нет, кровь самая обычная. Дело не в ней. Здесь был демон. Кто-то из нашей братии повеселился. След очень чёткий.»
Я снова огляделся.
«След? А выследить по этому следу демона можно?»
В этот раз голову заполнил непросто смех, а хохот.
«Нашёл поисковую собаку! Выследить! Ой, милый, ты иногда сущие глупости говоришь,» — продолжая хихикать, ответила Астарта.
«Тогда объясни нормально, и я тебя за ушком почешу,» — ответил я.
Ехидный смешок.
«Ловлю на слове, милый. След здесь. Демон проявился здесь, убил кого-то и ушёл обратно за грань. Так что тебе нужно искать не демона, а того, кто пометил для него жертву и привёл сюда,» — объяснила моя спутница.
Понятно, что ничего не понятно. Да, новая информация — это хорошо. Но что толку в том, что мне нужно искать людей?
— Спасибо Хус, — кивнул я егерю. — Я вернусь в замок.
Но мужик очень внимательно на меня смотрел.
— Вы что-то узнали, да, сир? — было в его глазах что-то странное.
Я пожал плечами:
— Ничего, что могло бы помочь найти… — я обернулся на пятно крови. — Причину этого. Подозреваю, что рыцари, приходившие до меня, знали больше.
Егерь вздохнул.
— Не уверен я, что они знали, сир. Последние, что приходили, наносили все найденные пятна крови на карту. Пытались понять, какой рисунок строится из этих линий, но ничего не нашли.
Я заинтересовался.
— А карты те сохранились?
Хус кивнул:
— Конечно, чего им сделается.
— Где они?
— Так в охотничьем доме. Сир Герат-то, если на охоту собирается, всегда из замка и ездит. А домик стоит, я там порядок держу как положено. Охотники, что приезжали, там и жили всегда, — объяснил егерь.