Спустя несколько секунд полнейшей неразберихи, откуда-то с середины склада раздался его радостный голос:
— Вставайте, они ушли!
— Отлично, — прорычал Зеймар, — вот бы я мог это своими глазами видеть!
Плавая между цветных кругов, Лиира встала на колени и поползла на голос, но очень скоро наткнулась на какую-то железную пластину с шипами, а затем на чью-то вполне еще теплую шею. Полуорк валялся где-то у противоположной стены, его коллеги — скрылись за дверью, так что…
— Если они и ушли, то не все, — быстро на ощупь снимая с себя ремень, проговорила она, — помогите мне его связать, пока не очнулся.
Мешая друг другу и то и дело сталкиваясь руками, Лиира и Зеймар опутали парня ремнями, и с облегчением выдохнули, когда поняли, что понемногу различают лица друг друга. Рэндал все еще хлопотал над Трикси, и с тех пор, как она упала, она не произнесла ни звука.
— Я умерла? — едва приоткрыв глаз, слабо спросила она, пока жрец прикладывал руки к ее ранам.
— Пока нет, — серьезно сообщил он.
— Тогда почему я вижу ангела?
Зеймар нервно засмеялся, но если он хотя бы попытался скрыть свое веселье, тихонько отфыркиваясь в усы, то Лиира зашлась истерическим хохотом. Пожалуй, это не было так уж смешно, но после всего произошедшего она определенно не в порядке…
— Да ради всех богов, Трикси, этому подкату уже лет пятьсот! — сообщила Лиира, как только снова смогла дышать.
— Чему? — не отрываясь от работы поинтересовался Рэндал, но ни Лиира, ни Зеймар не рискнули посвятить его в нюансы светских матримониальных ритуалов, поскольку оба уже видели достаточно хорошо, чтобы по лицу Трикси понять, что еще слово и на следующее утро они найдут свои головы в котелке с грибной похлебкой.
С долгоживущими народами всегда полно проблем, и тем, что они ни во что не ставят тех, чья жизнь короче, проблемы не исчерпываются. Дварфийское занудство может соперничать только с эльфийской надменностью, но если по длине и цвету бороды дварфа можно хоть что-то сказать о его возрасте и статусе, то эльфы выглядят молодыми и сильными почти всю свою чертовски длинную жизнь. Отцу Лииры было около шестиста, когда она родилась, и он все равно выглядел, как едва разменявший четвертый десяток человек.
С темным эльфом, плотно прикрученным веревками к стулу в конторской комнате склада, была та же проблема. Он мог быть молод и глуп, он мог быть стар и опытен, но по его внешности ничего этого сказать было нельзя…
Лиира обошла его кругом, задержала взгляд на впившихся в его запястья веревках и заставила себя думать о деле, а не о развлечениях. Она хорошо разбиралась в дыхании спящих и знала, что он уже пришел в себя, но все еще сидит, уронив голову на грудь, чтобы выиграть время… Ну что же, им тоже нужно время, чтобы понять, что с ним делать.
Самым простым и законопослушным решением было бы сдать его страже на утро, да только стража в Портовом районе продается и покупается быстрее и легче, чем в Торговом. Парень даже до каземата не дойдет: за ближайшим углом его встретят сородичи с горстью монет и о его появлении в Портовом все снова забудут. Рэндал пытался уговорить их обратиться к страже, но быстро сдался.
Самым простым, логичным, но не законопослушным решением были бы пытки. Мало кто их любит, но иногда ситуация просто не оставляет выбора. Трикси так и сказала, но Зеймар заметил, что перед ними воин, и чтобы сломать такого, потребуется несколько дней напряженной работы, результат не гарантирован, а времени мало. Еще его можно убить, тогда эльфов останется семеро, но возымеет ли это хоть какой-то эффект, кроме кровавой вендетты, сказать сложно.
Он даже глаз не открыл, пока они обсуждали все это и спрашивали его, какого черта понадобилось его сородичам, выражение лица оставалось расслабленным.
Самым сложным решением было бы затащить его в подвал дома Зеймара, обложиться оружием и ждать, пока за ним придут сородичи. Но даже если они придут, нет никакой гарантии, что из этого боя наемники выйдут живыми. Всего одному эльфу понадобилось взмахнуть мечом дважды, чтобы Трикси истекая кровью повалилась на пол, а эльфов было еще семь и среди них жрица.
И, наконец, самым простым, законопослушным и не логичным решением было просто отпустить его. Но к такому никто из них не был готов.
— Я попробую еще кое-что, — сказала Лиира наконец, — но вам придется выйти из комнаты примерно на полчаса.
— Ты собралась его в жертву принести? — хмыкнула Трикси, но все же направилась к двери, ее идеи тоже иссякли, а рассвет уже занимался алым над морем. — Ну хоть одна тварь в этой комнате будет довольна.
Лиира проводила ее парочкой оскорбительных жестов, но полурослица и ухом не повела. Зеймар последовал за ней и плотно закрыл дверь, Рэндала они отправили следить за основным помещением еще раньше. Лиира осталась стоять, прислонившись спиной к стене, она отдыхала. Предстояло немного физической активности, но она всю ночь не спала, потратила силы на заклинания и чувствовала себя не вполне готовой.
Они разобрали и просмотрели его вещи и оружие, но не нашли ничего примечательного — эльфы пришли налегке, а значит обосновались где-то неподалеку. Лиира подошла к столу, расположенному на почтительном расстоянии от пленника и подняла его меч.
— Сол’Рендан, — прочитала она искусную вязь на лезвии и вот теперь, похоже, ей удалось привлечь его внимание. Пленник поднял голову и посмотрел на нее. — Так ты не просто красивый, ты породистый пес…
Она не умела говорить на подземном, но читать могла, как любой, кто знает язык светлых эльфов. Когда дроу, проклятые и отвергнутые своим Создателем, спустились в Подземье, у них не было другого языка, кроме эльфийского. Но прошли тысячелетия, язык менялся, приспосабливался, смешивался с языками гномов, дуэргаров и прочих жителей Подземья, с которыми эльфы воевали и торговали, остался прежним только алфавит. Никто не ломает то, что хорошо работает, даже дроу.
Лиира не знала о великих домах дроу ничего, кроме того, что они существуют, но что-то ей подсказывало, что это именно имя дома, ничем больше темные эльфы не гордятся так сильно. И никто не станет писать имя дома на клинке, если этот самый дом не занимает в иерархии хоть сколько-нибудь заметное положение. Хотя бы потому, что травление по металлу — это дорого и сложно…
— Всегда хотела собаку, — положив оружие на место, продолжала она. — Но знаешь, что сделал мой папаша, когда я притащила в дом щенка? Приказал убить его. Ты ведь знаешь, что такое «приказ»?
Она сделала несколько шагов вперед и остановилась прямо напротив мужчины, но он не поднял головы, продолжал смотреть перед собой. Интересно, что говорит таким как он подземный этикет насчет беседы с женщиной? «Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!» или наоборот «Глаза в пол, ничтожество!»…
— Ну еще бы ты не знал, — усмехнулась она, припомнив, как всего час назад заставила его остановиться прямо посреди боя. — Я ударила щенка кинжалом двенадцать раз прежде, чем он перестал пищать и я смогла остановиться. Бедняжка. Был виноват только в том, что вошел не в тот дом.
Лиира протянула руку и подняла его лицо за подбородок, он не сопротивлялся и не попытался сбросить руку, только осторожно повел плечом, но ни один узел не сдвинулся с места. Может быть однажды под бутылку хорошего вина Лиира и расскажет друзьям, где она научилась так работать с веревками, но пока к этой информации они не готовы.
— То, как скоро мои друзья начнут пытать тебя — лишь вопрос времени. Я могу попробовать убедить их отпустить тебя, и среди нас есть по крайней мере один парень, который поддержит милосердие в любом его проявлении, но я сама не делаю одолжений бесплатно…
Его темно-красные глаза даже не расширились, когда она улыбнулась и опустилась к нему на колени. Очевидно, предложение было ему ясно еще до того, как было озвучено.
— … такой красивый пес, — опуская одну руку к его ремню, а другой забираясь в белоснежные волосы на затылке, мягко проговорила она. — Ты ведь не будешь кусаться?
Убедить их отпустить эльфа было нелегко, Трикси чуть было не вцепилась ей в глотку, помешали только не до конца зажившие раны и, возможно, разница в росте. К счастью, Рэндал действительно поддержал эту идею, а Зеймар просто хотел, чтобы все поскорее закончилось. Кроме того, Лиира надавила на них, сказав, что кое-что узнала, но расскажет только после того, как гость уйдет.
— Во-первых, его одежда не пахнет канализацией или даже просто сыростью, — сообщила она, как только эльф, наконец, растворился в предрассветных сумерках, — они с комфортом обосновались где-то на поверхности. Во-вторых, — она подняла ладонь и пошевелила испачканными пальцами, — у него кровь на затылке. Он вырубился не от болевого шока, а от того, что второй парень ударил его. Ставлю на то, что в ближайшее время их станет на одного меньше и без нашего участия.
Они вернулись в основное помещение, все еще заваленное сломанными балками. Рэндал быстро потерял интерес к беседе и скрылся за ящиками с бутылками, через некоторое время оттуда послышалось негромкое бормотание.
— Ты что, выгнала нас, чтобы просто обнюхать его? — скептически уточнил Зеймар.
— И трахнуть, — устало фыркнула Трикси, сил для споров у нее уже не осталось, — шлюхи стоят дорого, а этот был связан и не сопротивлялся.
— И не был против, если тебя волнует этическая сторона вопроса, — подтвердила Лиира и огляделась в поисках жреца, но тот по-прежнему бормотал что-то вне поля ее зрения. — Не сердись, сестричка, если хочешь попробовать сама — в следующий раз уступлю тебе место.
— Еще чего, — огрызнулась та, — а ты смотри, чтоб грибы из причинных мест не полезли. Флора Подземья — страшная штука.
Устало закатив глаза, Зеймар раздал указания и все нехотя принялись за дело. Наниматели явились в десять часов утра, когда труп резидента гильдии воров уже аккуратно лежал у стены, а поломанные куски крыши — на балках, а не на полу. Разговор предстоял непростой. Зеймар пытался выторговать поощрение, в конце концов о вооруженной стычке с ворами речь в контракте не шла. О том, что здесь были не только воры, он предпочел бла