— Судя по интенсивности огонька, пробудившийся недавно получил второй ранг.
Шуйский внимательно посмотрел сначала на Губанова, потом на Галицина, проверяя, слушают ли его одаренные.
По всему выходило, что слушали. И не просто слушала, а ловили каждое его слово.
— На этот раз Свеча не смогла указать точного месторасположения пробудившегося — продолжил глава СИБ, — А это значит… Что?
— Либо цель находится в радиусе действия какой-либо аномалии, — тут же отреагировал граф. — Либо в одном из Храмов. Как тридцать лет назад. Мы два года искали пробудившегося, а он спокойно себе обучался в Храме.
— Помню, — кивнул Шуйский. — Форточник. Редкий случай, но нельзя списывать его со счетов.
— Всего в Империи шесть аномалий, — граф, к тихому ужасу Губанова, демонстрировал поразительную осведомленность. — Стужа, Пекло, Лавина, Гладь, Чащоба, Полымя.
— Стужа — это ледяная пустошь в Выборгской губернии, — Шуйский, к огромному облегчению Губанова, смилостивился над статским советником или, что вероятней, решил уровнять шансы охотников на пробудившегося.
— Пекло — это пустыня в Забайкалье. Лавина — горы Эльбруса. Гладь — Байкал. Чащоба — тайга в Якутской губернии. Полымя — гейзеры Камчатки.
— Прописные истины, — буркнул граф, недовольно покосившись на Губанова.
— А ведь действительно, — на лице Шуйского мелькнула ироничная улыбка. — Смотритель Свечи наверняка в курсе этой… базы?
Губанову ничего не оставалось, как кивнуть — признаться в своем невежестве было выше его сил.
— Я начну со Стужи! — буркнул Галицин. — И Лавины!
'Те что поближе застолбил, — с глухим раздражением подумал Губанов.
— Я начну с… Глади! — кажется, именно на Байкале обосновался один из отправленных в запас Ликвидаторов.
— В таком случае, господа, — Шуйский демонстративно посмотрел на дверь своего кабинета. — Я больше вас не задерживаю. И помните, тот, кто первым найдет пробудившегося, получит все.
Первым с места сорвался граф Галицин.
Ну как сорвался — степенно поднялся из кресла и, зыркнув в сторону Губанова, с достоинством вышел из кабинета.
Аристарх Петрович в этот момент четко понял — Галицин сделает все возможное, чтобы найти пробудившегося первым.
А это значит, что ему, статскому советнику десятого ранга, нужно сделать невозможное. Ведь цена участия в этой гонке — не просто репутация при дворе, но и жизнь.
Поклонившись на прощание, Аристарх Петрович на негнущихся ногах покинул логово всемогущего главы СИБ и чуть ли не бегом устремился в разрядный указ.
Придется раскошелиться, чтобы поднять данные об отправленных в отставку Ликвидаторах, но без этих волкодавов ему не сдюжить.
Князь Шуйский же, стоило Галицину и Губанову убраться из его кабинета, задумчиво крутанул в руках старинный кинжал.
Пока партия канцлера будет бодаться с партией вояк, он успеет провернуть одну хитроумную комбинацию.
Что до пробудившегося, то замотивированные по самое не хочу Галицин и Губанов его из-под земли достанут. Где бы он ни находился.
— Ну а пока вы гоняетесь за главной страшилкой Империи, — едва слышно прошептал князь себе под нос. — Мы посмотрим, кто из наших союзничков будет вставлять вам палки в колеса.
Ближние и не очень соседи спали и видели, как пробудившийся потомок рода Пожарских поднимает восстание, и швыряет страну в горнило гражданской войны.
Задача же князя заключалась в том, чтобы этого не допустить.
И все бы ничего, но сегодня утром он узнал о готовящемся в недрах императорской канцелярии указе об отмене специального циркуляра СИБ.
Положа руку на сердце, всем было давным-давно плевать на недобитков рода Пожарских, но лишаться такого замечательного инструмента влияния, Шуйский не хотел.
Указ получится задержать на месяц-два, не больше. И за это время пробудившийся должен быть уничтожен.
Алексей Семенович понимал мотивы вдовствующей императрицы — без законного наследника долго на троне она не продержится. Год, от силы два…
У Шуйского же, в отличие от большинства придворных болтунов, решение было.
И пока главные его конкуренты — партия канцлера и партия военных — заняты грызней за очки влияния, он тихой сапой подомнет под себя остальные элитные группы в сенате.
Ну а когда пробудившийся будет найден и казнен, то он, Алексей Семенович Шуйский, на правах спасителя отечества, станет новым императором!
Первым императором в роду!
Шуйский довольно улыбнулся и с нежностью погладил древний кинжал с крупным рубином в навершии.
Губанов и Галицин могут фантазировать себе все, что угодно. Но истинным бенефициаром открытой только что охоты станет он — князь Шуйский!
И ведь как все-таки удачно появился этот потомок Пожарских!
— Если бы пробудившийся не объявился, — протянул князь, любуясь отблеском лезвия, — то его пришлось бы… создать. Ничего не сплочает народ и политиков так, как общий враг.
Шуйский кивнул сам себе.
— Желательно хорошо знакомый враг. Не знаю, кто ты, незадачливый потомок рода Пожарских, но я тебе благодарен. Ведь благодаря тебе, я стану… императором!
Глава 2
— Так, с этим вроде разобрался. Показывай плетение третьего ранга.
Поскольку стела находилась в мэрии, я, пользуясь случаем, оформил заявку на дворянский патент, получил выписку по долгам Колова и взял список актуальных для закрытия Проколов.
Во-первых, ближайшие несколько недель я планировал провести в Николаевке, а следовательно, нужно было уладить все бюрократические заморочки.
Во-вторых, я сознательно оттягивал момент встречи с наемниками Уваровых.
У меня, конечно, была парочка идей, как выйти из будущей стычки с максимальными бонусами, но они были… зыбкие, что ли?
Сначала я раздумывал над тем, чтобы рвануть по тракту в лес и там уже разобраться с наемниками без свидетелей.
Затем я подумал насчет того, чтобы втянуть в свои разборки Анисима. Не очень благородно, но довольно перспективно.
Ну и последний вариант, который я рассматривал — закрытие Прокола.
Работающий в мэрии коллежский секретарь, узнав, что я форточник, пообещал отправить в качестве провожатого целого городового.
Вроде бы ерунда, но что-то мне подсказывало, что наемники не рискнут связываться с представителем власти.
Вот только у каждого варианта были свои плюсы и минусы, и я никак не мог определиться с финальным выбором.
Поэтому особо и не спешил, решая накопившиеся дела. Ну а Виш тем временем обучал меня магии золота.
Увы, но мои ожидания разбились о суровую реальность.
Я ждал, как минимум, Золотого копья, а лучше Золотого Армагеддона!
Я всерьёз надеялся, заполучить нечто ультимативное. Плетение, которое на долгое время решит мои проблемы со всякими наёмниками и прочими нехорошими типами.
И каково же было мое разочарование, когда Виш, мало того, что не дал мне выбора, так ещё и обучил меня плетению… Поиск клада!
Поиск, мать его, клада!
Самое нужное плетение на данный момент!
Теперь раз в день у меня есть возможность найти клад из золотых монет или украшений в радиусе ста метров.
Эдакий одноразовый ходячий золотоискатель!
Ну какой толк может быть от этого плетения?
Впрочем, когда Виш напомнил мне про будущий поход в Ледяную пустошь, я, скрепя сердце, согласился, что Поиск клада может пригодиться.
И сейчас, поскольку плетение второго ранга оказалась, м-м-м, мирным, я рассчитывал, на что-то особенное.
Бог с ним, с Армагеддоном, я согласен на Золотое копье!
— Смотри внимательно!
Виш резко начертил вертикальную линию, с двумя расходящимися в стороны лучами — вышел эдакий человечек, воздевший руки к небесам — и толкнул его от себя.
Мы с фамильяром, завершив все квесты, сидели в небольшом ресторанчике на втором этаже мэрии.
В ресторане было немноголюдно, и мы решили перекусить именно здесь — по крайней мере, тут никто не помешает освоить плетения металлумия.
— Это, Макс, то самое плетение, из-за которого металлумиев недолюбливают.
— Недолюбливают? — нахмурился я.
— Ну ладно, ненавидят, — беззаботно исправился Виш, вызвав у меня приступ кашля.
— Виш! Что за прикол?
— Никаких приколов, Макс, — заверил меня фамильяр. — Это плетение называется Универсальный номинал. Вернее, это не совсем плетение. Это руна, которая выжигается в твоей ауре и остается с тобой навсегда.
— Оно того стоит?
— Шутишь? — усмехнулся фамильяр. — Эта руна, став частью тебя, интегрируется в личную систему рангов, и будет самостоятельно подтягивать все плетения металлумия до твоего текущего уровня развития.
— Очень заумно и ничего непонятно.
— Объясняю на пальцах, — Виш растопырил лапу, продемонстрировав мне маленькие, но острые когти. — Стихийник, беря очередной ранг, получает более мощное заклинание. То же самое Огненное копье, о котором ты грезишь. Улавливаешь?
— Улавливаю, — пока что Виш чуть ли не слово в слова повторял одну из лекций графа Назырова.
— Можно заморочиться и влить больше силы в Огненный шар, но при тех же энергозатратах, Огненное копье все равно будет эффективней.
— Это и так понятно.
— Какой-нибудь Щит ифрита, полученный на десятом ранге, практически неуязвим для перворангового Огненного шара.
— Спасибо, что рассказал мне базу стихийной магии.
— У большинства металлумиев, в принципе, точно такая же классификация, — Виш проигнорировал ироничный комментарий. — За исключением золотых.
— Мы круты? — усмехнулся я.
— Без сомнений, — Виш был максимально серьезен. — Но у вашего могущества высокая цена.
— Золото, — кивнул я.
— Именно. Путь металлумия Золота — это вечный поиск баланса между могуществом и капиталом. Согласись, обидно спустить за раз все золото, которое собирал годами?
— Обидно — не то слово. Вот только при чем здесь Универсальный номинал?