Не в силах больше держать расстояние, я приблизился к ним.
– Эй, не надо калечить нашего защитника, – произношу, стоя за ее спиной.
Могу поклясться, что вижу, как от звука моего голоса ее шея покрылась мурашками.
– В первую очередь он мой брат. А этот факт дает мне право калечить его, когда душе вздумается, – она снова ерепенится, как дикий котенок.
Ее вид вызывает у меня искренний смех, а вот Стефан выглядит обиженным.
– Не думал, что ты такая кровожадная, сестренка. Пошли потанцуем, Лив.
Он забрал Риверс, и они направились на свободную зону у музыкального автомата. Мы наконец-то остались одни. Я склонился над ней, вторгаясь в ее личное пространство.
Мне хочется снова ощутить этот невероятный запах малины, но я готов отодвинуться по первому ее требованию. Не хочу, чтобы ей было некомфортно. Ева не отодвигается, продолжая сидеть неподвижно. Позволяя находиться мне так близко к ней.
– Тебе взять что-нибудь выпить?
Она показывает мне бутылку:
– У меня уже есть, и на сегодня это мой максимум. Завтра у меня тренировка.
Значит, завтра? Надо будет заглянуть в журнал Теда, охранника ледовой арены, чтобы узнать время. Мне просто необходимо увидеть, как она катается.
– Никки, – зову бармена. – Можно мне тоже одно пиво, бургер и картошку фри.
– Хорошо, чемпион.
– М-и-и-ик!
От этого визга мне хочется сжаться. Между мной и Евой влезли какие-то две девицы, одна из них почти повисла на моей руке. Очень хотелось стряхнуть ее.
– Ты обязан с нами потанцевать, Мик, ты обещал еще на вечеринке.
Ах, понятно это были те надоедливые «зайки».
Что ж, милая, тебе придется снова выручить меня.
Делаю свое самое страдальческое лицо и смотрю на Еву поверх плеч девушек глазами полными мольбы.
В ее глазах на мгновение вспыхивает недобрый огонек, когда она смотрит на брюнетку, висящую на мне.
Когда я слышу стук, с каким она поставила на стойку свое пиво, меня переполняет радость.
Ей не все равно!
Ева обходит девушек и становится передо мной. На ее лице просто бесподобная коварная улыбка.
– Огорчу вас, но мы с Микаэлем пришли вместе и сегодня он будет танцевать только со мной.
Ева берет меня за руку, утягивая в сторону танцующих пар. И я с превеликим удовольствием иду за ней.
– Это было горячо! – я обвиваю ее талию в танце.
– Начинаю жалеть о своем благородстве, – она закатила глаза. – Имей в виду, что я выручила тебя просто по-дружески.
Ненавижу это слово!
– Ага, я так и понял, – ответил я с довольной улыбкой и крутанул Еву в танце.
Как же восхитительно она пахла.
– Как твоя вчерашняя тренировка? Мне Стеф рассказал.
Наглая ложь. Я просто слышал, как Саммерс разговаривал об этом с Лив по пути сюда. Хотя надо бы подружиться с ее братом, это может быть полезно.
Я неотрывно слежу за лицом Евы.
– Отвратительно, – честно призналась она. – Мне кажется, я не смогу снова выступать так, как раньше.
– Согласен. Так, как раньше, не сможешь.
На ее лице появилась растерянность, да, не это ожидала она услышать.
Я снова улыбнулся и продолжил:
– Ты сможешь еще лучше. Я в этом уверен. Хотя, признаюсь, твои выступления были впечатляющими.
– Ты смотрел мои выступления?
Все до единого. Я как маньяк весь вчерашний вечер выискивал в интернете все, что можно найти. Она была великолепна на льду. Этот огонь, который я заметил в ее глазах, на льду разгорался в настоящее пламя. Я искренне завидовал ее партнеру и ненавидел его еще сильнее.
– Да, – коротко отвечаю я.
Мы медленно двигались под звуки музыки. Ева послушно следовала за мной в танце. В какой-то момент я увлекся, мои пальцы чуть сильней сжались на ее талии, но большего я себе не позволил.
Ева подняла на меня взгляд. Смотрела на меня снизу вверх из-под своих густых дрожащих ресниц. Она не просила меня остановиться. Хороший знак.
– Что будем делать? Ты не можешь меня вернуть, – я кивнул в сторону бара, где меня все еще поджидали девушки, когда закончилась песня. – Мы пришли вместе, помнишь?
– Умираю с голоду, закажи мне поесть, – Ева направилась к свободному столику.
– Никки, будь добр: бургер, картошка, одно пиво и теплый салат.
Через десять минут я забрал заказ, недопитое пиво Евы и направился к нашему столику.
– Мы танцевали. Теперь я кормлю тебя ужином. Да это прям настоящее свидание, – я не смог удержаться, чтоб не поддеть ее.
– За одним исключением. Оно ненастоящее, – тут же выпустила она коготки.
– Ладно-ладно, понял. Не надо смотреть на меня таким холодным взглядом, снежная принцесса. Лучше расскажи, откуда у тебя появился такой глупый пунктик по поводу парней и льда?
Я отправил в рот пару ломтиков картошки и чуть не подавился, заметив, какими глазами Ева смотрит на меня.
Она неотрывно следила, как я облизывал кетчуп с брусочков картошки, перед тем как отправить ее в рот. И ей нравилось, черт возьми!
– Ты же смотрел мои выступления? – Я утвердительно киваю. – И ты видел, что я там выступала не одна? – Еще один кивок. – Так вот, я и мой партнер, Бари… мы… мы встречались.
На секунду красная пелена застилает мне взор. Этот урод не поймал ее, он умышленно ее не поймал, я видел это выступление, так он еще смел прикасаться к ней как парень?
Почему-то я испытывал иррациональную ревность.
– Так я теперь не могу пригласить тебя никуда из-за какого-то мудака в трико? – мои брови возмущенно взметнулись вверх.
– Ты не понимаешь…
– Конечно, не понимаю, Ева, ты же ничего и не объясняешь. – Окей, это было немного резковато.
Ева тоже начала злиться:
– Да потому, что Бари любил лед больше меня. Он уронил меня, сам не справился, а виноватой сделал меня! Сказал, что я сильно набрала вес, поэтому он не справился, а не потому, что ошибся. И когда я лежала в больнице, он просто бросил меня и уехал выступать за другой штат, – на одном дыхании, сквозь зубы шипела Ева, хотя ей хотелось орать. – Поэтому да, у меня чертов пунктик не связываться с парнями на льду!
Она вскочила со своего места и почти выбежала из бара.
Я облажался, сильно облажался. Не нужно было на нее давить. Я не ожидал, что история с ее бывшим так взбесит меня.
Встаю и иду следом.
Нахожу Еву у входа в бар. Она глубоко дышит, стараясь успокоиться. Странно сжимая грудь рукой. Ее глаза блестят от непролитых слез.
Я гребаный мудак!
– Я дурак, прости меня, Ева. Не стоило на тебя давить.
Она подняла голову и наконец-то сделала нормальный вдох.
– Передай Стефу, что я ушла домой.
И, не попрощавшись, она зашагала в сторону общежития.
Вернулся в бар я в скверном настроении.
– Саммерс, – окликнул я брата Евы, пока он, видимо, пытался оставить засос на шее Риверс. – Твоя сестра просила передать, что ушла домой. Я облажался, – вторую часть проговорил значительно тише.
Вернувшись за наш столик, я закрыл глаза и сделал большой глоток пива. От его горечи слегка пощипывало язык.
Скрипнули ножки стула. Напротив опустился новенький защитник.
– Чего тебе, Стефан? – устало спросил я.
– Не вини себя, капитан. Ева пережила очень сильное потрясение. Не принимай на свой счет.
Я рассматривал его, пытаясь найти общие с сестрой черты: черные волосы, слегка вздернутый нос и острые скулы.
– Во сколько у нее завтра тренировка?
– В десять, – ответил Саммерс, вставая. – Только если ты ее обидишь, я тебя убью, – спокойно произнес он.
– Я не собираюсь этого делать.
– Тогда мы поладим, – Стефан протянул мне ладонь, и я пожал ее в ответ.
Мне нравится этот парень.
Ева
На следующее утро я проснулась разбитой, а мысли витали где-то далеко, не позволяя сконцентрироваться на тренировке. Из-за этого я то и дело ошибалась, чем вызывала неодобрительные взгляды своего тренера Елены.
– Стоп! Хватит, – сухо произнесла она. – Ева, буду откровенна. Я понимаю, что тебе морально тяжело возвращаться на лед, особенно после такого длительного перерыва.
Каждое слово грузом ложилось на мои плечи.
– Однако то, что я вижу сейчас, мягко говоря, слабо. Я бы советовала тебе сначала сезон откататься в парном зачете, перед тем как уходить в соло. Ты не готова выступать одна.
Ее слова ранили больше, чем я была готова выдержать.
Сердце больно ударялось о грудную клетку. Я не была уверена, что смогу еще раз кому-то довериться. Тем более так быстро партнера не найти, отборочные в конце осени.
– Елена, я ценю ваше мнение, но не думаю, что это хорошее решение.
– Просто обдумай все. На сегодня мы закончили.
Елена развернулась и направилась к выходу.
Злость распирала меня изнутри.
Не для того я так долго избегала парного катания, чтоб меня снова в него загоняли.
Я зло рассекала лед, наматывая круги, в надежде, что физическая нагрузка измотает меня и поможет успокоиться.
– Да ты так угробишь всю нашу арену.
Этот голос я теперь, кажется, узнаю безошибочно. Фостер.
Но как он тут оказался? На ум пришла только одна догадка:
– Ты что, следишь именно за мной? Или сталкерство – это твое обычное хобби?
Я злилась на себя, но было очень удобно эту злость выплескивать на Микаэля.
Парень спокойно подъехал ко мне.
– Еще одна тренировка не задалась? – Мик подстроился под мой темп и покатился рядом.
– Елена считает, что мне рано выступать в одиночном. Зачем ты здесь?
– Хотел извиниться за вчерашнее, – он взял меня за руку, закручивая в парную спираль.
Тело мгновенно подчинилось, словно давно ждало момента отдаться в руки партнера.
Ого, откуда такие навыки?
Фостер подтянул меня к себе правой рукой, объезжая сбоку и завершая элемент арабеском.
– Ого… – мой голос сорвался.
Микаэль лукаво улыбнулся и подхватил меня под талию. Я не успела даже заметить, как взмыла в воздух, он держал меня на вытянутых руках над головой легко, словно пушинку, продолжая катиться по льду. Я смотрела на него завороженно, не в силах поверить.