Сыплют на раны глубокие,
Ох, до какой же степени они недалекие.
Тоской, как пуховым платком укрываются,
Как змеи в клубке, маются
Не в состоянии понять,
Пора, что-то в этой жизни менять.
Вечер тихо в ночь превратился,
Уходя за крышу дома зацепился,
И на веки порвалась нить,
С этим днем мне уже не жить.
Грустно… но забыть придется,
Зорька над прошлым смеется,
А я себя заставляю,
Тебя забыть умоляю.
«Что же сердце чувствует?»
Что же сердце чувствует?
Как понять? Или знает?
Когда о тебе ум вспоминает поутру,
Или в вечернее время, тебя сотру
В уме… но из сердца стереть невозможно,
Буду тебя в нем хранить осторожно.
Нет, не боюсь любить, забыть
Невозможно то, что послано свыше, быть
В твоем плену сердцем, но не умом,
Не знала о состоянии таком.
Что ж такое любовь? Иллюзия?
Нет, это Грузия,
Сердце в плену,
Умом сниму пелену
С глаз, но с сердцем воевать
Не намерена, как знать,
Это любовь, или окова?
Или дальнейшей жизни основа?
«Где хранилище ответов?»
Где хранилище ответов?
Или тайных заветов,
Уготованных свыше,
Сердце любит, ум… тише.
Да… ему приказать в состоянии
Сердце, уму недоступно знание,
Что сердцем управляет,
Кто же тогда знает?
Наверное, боюсь ошибиться,
Дабы как птица в клетке не биться,
Изживая ошибочных поступков ряд,
Люблю тебя, но ты не рад.
Как же ты в сердце моем поселился?
Говорю в нем с тобой, ты веселился
Меня волнуя,
Ты во мне, жду поцелуя.
Что же происходит?
Сердце в восторг приходит,
Когда о тебе вспоминаю,
Что же я вновь изучаю?
Или боюсь раскрыться?
Дабы счастьем искриться.
Откуда берутся силы,
О тебе думать милый?
Или прекратить сопротивляться?
Боюсь себе признаться
В том, что есть на свете любовь,
Испить пришла пора вновь,
Окунувшись в ее пространство,
Человеческое сердце, прекрасное убранство.
«Из чего тогда она состоит?»
Из чего тогда она состоит?
Опять возмущается во мне Пиит,
Сколько можно воспевать,
Не пора ли ее в лицо знать?
Какова она и где увидеть?
Дабы милого не обидеть,
Как взглянуть туда,
Где кровь кипит, а не вода?
В горниле этом закаляется ДУША,
А я с ума схожу тихо не спеша,
Понять намереваясь,
Как прожить – дабы не каясь
За чувства, поступки,
Мысли – идя на уступки
Сердцу доверяя, обрывается строка…
Гложет сердце тоска,
Не свалиться бы в омут,
Тяжел греха хомут.
***
Вот и все решено,
Уже не больно и не смешно,
Нет над чем мыслям глумиться,
Пришла пора проститься.
Тяжело… в сердце боль,
В горле ком, с глаз соль,
Так и не поняла зачем такие испытания,
И для чего эти знания,
Куда их применить,
И как с этим жить?
Плохо если нет ответа на вопросы,
Жаль, что седыми стали косы,
Не найдет сердце утешения,
И всему виною прегрешения.
Но нет греха в том,
Лишь только в ком,
Кого любить пришлось по судьбе,
Не предаваясь мольбе.
Живое время
Время уплотняется взмахом крыла,
Хоть и птичка мала,
Главное лететь,
И песнь любви петь.
Время, его украсила птица,
Моя мысль в след стремиться,
В познании времени,
Оторвавшись от бремени.
Каждый сам свое время уплотняет,
Даже если об этом не знает,
Волны в нем создает,
Своим голосом песнь поет.
Не только умом, но и дыханием,
Из прошлого накопленным знанием,
Время уплотняет на будущие виражи,
В волнах купаются неба стражи.
Главное не утонуть,
Когда создаешь жизни путь,
Знать необходимо,
Оно разумом неуловимо.
До тех пор, пока не сумеешь понять,
Как своим временем управлять,
Тем более ценить и уважать,
Дабы по волне как белка в колесе не бежать.
Намереваясь изменить, уплотненное когда то,
Любовь догонит солдата в веках,
В волнах времени и в строках.
«Во всем пространстве время живое…»
Во всем пространстве время живое,
Не имеет значение, тело какое.
Пока стучится сердце в груди,
Волны создаешь впереди,
И по всей окружности, не имеет значения
Какой ты наружности.
Время познать не предел,
Оно глупцам удел,
Переступить осознанием волну,
Не просто, главное не застрять на валу.
Каждый будет бултыхаться в своем времени,
Важно не застрять в стремени,
Эмоциям нелегко приказать,
Тем более обуздать.
«У каждого устоя…»
У каждого устоя,
Путь не простой,
Познавать чужие устои,
Дело это, яйца выеденного не стоит.
Каждый сам свои волны времени должен признать,
Как из них выбираться, обязан знать,
Дабы в роду не создавать помехи,
Жить жизнь не для потехи.
Это труд неимоверной силы,
Сотрутся не одни бахилы,
Во всех пространствах времени,
Не обуздать, нет стремени.
У каждого свои пути,
В ногу со временем идти,
Семимильными шагами,
Должны мы сами.
Теперь уповать на Бога не стоит,
Путь тебе он не построит,
Лишь поможет с него не свернуть,
И не даст раньше времени уснуть.
«Ты любил тогда…»
Ты любил тогда,
Воспоминания смыла вода,
И время осталось в былом,
В лике молодом.
Теперь явился не случайно,
А сердце стучится отчаянно,
Мы затерявшиеся половинки,
Дождь смывает пылинки,
На пути к тебе,
А ты в своей мольбе,
На Творца уповаешь,
Я здесь, и ты знаешь….
Но решиться не смеешь,
Воспоминаниями Душу греешь.
«Нет, уже не страдаю…»
Нет, уже не страдаю,
А в любви таю,
Как ночь от лучей рассвета,
Ты мой носитель света.
Середина лета в лучах купает,
Твоя Душа знает,
Как поступить, но ум запреты создает,
Ком в горле от тоски,
Ощущаю касание руки,
И нежные порывы,
Как хорошо, что чувства не лживы.
От нежности дыхание томное,
Порывы сердца скромные,
И взор в небеса уплыл,
Меня еще не забыл.
Ты в танце ведущий,
Мой друг вездесущий,
Ты есть, знаю,
Прости, что о тебе мечтаю.
«Окова жалости пала…»
Окова жалости пала,
Как и все другие пропала,
Освободив тело и Душу,
Теперь жизнь слышу.
Ею живу, дышу, восхищаюсь,
Невиновна, не каюсь,
Знаю, все мы зависимы от них,
Дабы наш Дух быстрее сник,
Поддерживая жизнь оков,
Сорок – сороков основ,
Неведомых уму теперь,
За каждой оковой зверь.
Но нет совершенству предела,
Окова любви песнь пела,
Заставляя уснуть,
Дабы забыть путь.
«Чувство жалости обязано жалеть…»
Чувство жалости обязано жалеть,
Но не любить,
Свои же жизни губить,
Не знает человек как же быть.
Нет границы между тем и этим,
Просто так и не заметим,
Что владеет злая система,
Необходима ее схема
Плач – это жалость к себе,
Дабы услышал тот, кто на небе,
И уволок в свою систему,
Плачущего проблему.
Но нет на небе тех,
Кто приносит взамен успеха,
Они научены брать,
Но не давать.
Все в котомку кладя,
Не имеет значения пешка ты или ферзя.
«Зачем знать надо?»
Зачем знать надо?
Жду награды,
«Рядом идут рука об руку,
Ожидание, страдание, боль ведет скуку,
И целый ряд сорок – сороков,
Разнообразных оков.
Снимать их самому придется,
И тогда лишь Солнце улыбнется,
А так оно сокрыто,
Видать только чужое корыто,
В котором есть чем поживиться,
И чужому свету удивиться.
Пути к свету сокрыты разумом, былых
Умерших и живых»,
Все мы есть Творец,
Строим преграду – дворец.
И соответствуем тому,
Что ближе сердцу и уму,
Понять хочу сейчас,
Пока старости не пробил час.
Тороплюсь успеть,
Песнь любви допеть,
Открывая Солнцу пути,
Дабы без грусти идти.
«При жизни оковы сняты…»
«При жизни оковы сняты,
Нет не надейтесь, вы не святы,
А в совершенстве овладели собой,
Дав прегрешениям бой.
Не вы создавали,
До вас друг друга убивали,
Дабы усложнять пути,
Разум – помощник в пути,
Но не иллюзорные боги,
«Умрунами» выстланы дороги,
И каждый сам обязан,
Своих умрунов собрать, путь заказан.
То, что сеял когда то,
Когда был солдатом,
Или жертвой пал,
Или просто спал.
Не имеет значения,
Все до единого увлечения,
Созданные когда то,
Не грех это и не свято,