— А как же ваша мама? — вдруг спросил он с таким участием, что у нее на глаза чуть не навернулись слезы.
— Мама умерла. Через два года после того, как меня забрали. Она жила в старом фургоне; печка оказалась неисправной, и мама во сне отравилась угарным газом.
— Ясно. Мне очень жаль.
Чарли отвела от него взгляд. С чего это вдруг она с ним разоткровенничалась? Обычно она всем говорила, что мать ее бросила и ушла в коммуну к хиппи. И как только удается ему сводить на нет всю ее защиту, завоеванную с таким трудом?
Пит улыбнулся, но его глаза в улыбке участия не принимали.
— Во всяком случае, теперь можно понять вашу враждебность к отцу, вслух размышлял он. — Жаль, что вы не придумали ничего лучше, чем наказать его своим образом жизни.
Она заморгала: надо же, попал прямо в точку. Придется вести себя с ним поосмотрительней и держать дистанцию. Интересно, что еще он в ней разглядел? Она опять пожала плечом, изо всех сил стараясь напустить на себя беспечный вид.
— Благодарю, я уже неоднократно подвергалась психоанализу. Мой случай настолько плох, что могу вообще сойти за сумасшедшую. Мне это слышать не впервой.
Он слегка кивнул.
— Извините, — пробормотал он с легким подтруниванием в голосе.
— Итак, — пошла она в наступление, — я поведала вам историю моей недостойной жизни. Теперь ваш черед. Надо же установить равенство. Начинайте, а судить буду я, — О, моя жизнь гораздо проще, — заговорил он обычным тоном, но некоторая настороженность не осталась ею не замеченной. Отец получил в наследство небольшое дело и всю свою жизнь положил на его развитие. После смерти отца семейный бизнес перешел к брату — он был значительно старше меня, — а когда он умер, дело возглавил я.
Чарли украдкой наблюдала за ним. Хоть он и старался говорить о смерти брата как о рядовом событии, она почувствовала, что это была для него больная тема.
— Ваш брат был еще молод? — Она осторожно прощупывала почву.
— Ему было тридцать пять, — с горечью произнес он, — столько же, сколько сейчас мне.
— А отчего он умер? — спросила она, не сознавая, как смягчилось выражение ее глаз. — Несчастный случай?
Он качнул головой.
— Сердечный приступ. Переутомление.
— О… — Перегнувшись через стол, она импульсивно сжала его руку. Вы, верно, были очень к нему привязаны?
На какой-то момент он застыл, но потом отдернул руку и откинулся на своем сиденье.
— Не совсем, — оборвал он. — Между нами было десять лет разницы. Общего у нас было очень мало.
Тема была закрыта, он ясно дал это понять. Какая жалость! Перед ней опять сидел холодный и уравновешенный бизнесмен в костюме. Допив кофе, он взглянул на часы.
— К сожалению, мне пора идти. — Он встал и взял свой портфель. Приятно было провести с вами время. — С формальной вежливостью он протянул руку. — До свидания.
Сначала она смешалась, но все же подала руку и быстро ее отдернула, боясь, что он заметит, как дрожат ее пальцы.
— До свидания. — Ей приходилось контролировать каждое слово. Как-нибудь увидимся.
— Очень может быть, — улыбнулся он. — Если позволите, на днях загляну к вам. Хочу посмотреть на ваши работы.
Она пожала плечами и с напускным безразличием произнесла:
— Конечно. В любое время.
— И тогда мы обсудим все детали моего заказа, идет?
— Ладно. Просто скажете, что вам нужно.
— Спасибо. А пока до свидания.
— До свидания.
Она боялась смотреть ему вслед. Чего доброго, обернется, и она выдаст себя с головой.
Что с ней происходит? Рехнуться можно! Она не в силах держать себя в руках, не в силах выкинуть его из головы. Ничего подобного с ней прежде не случалось.
Конечно, прежде она вращалась среди людей ее возраста, студентов художественного колледжа, — среди тех, кто презирал действительность с ее обыденностью и нудными обязательствами и гнался за призрачными идеалами. Правда, большинство из них пошли на сделку с совестью и осели в рекламных агентствах и шикарных магазинах, сухо признала Чарли.
Надо сказать, большая часть их привлекательности заключалась в том, что они приводили в ужас ее отца своими длинными волосами, неопрятным внешним видом и анархическими взглядами. Он прочил ей в мужья человека внешне аккуратного, преуспевающего и с незапятнанной репутацией, но этот тип никогда ей не импонировал.
Чем же отличается от него Пит? Безусловно, он очень привлекателен, и деловые костюмы не могут скрыть красоты сильного мужского тела. А запах его кожи пробуждает в ней нечто доселе ей неведомое…
Она вдруг почувствовала, что во рту у нее пересохло, и опрокинула в себя остатки кофе. Опять тот же синдром — сердце выскакивает из груди, в голове полный разброд. При одной мысли о нем ее бросает в жар, и похоже, от этих мыслей ей не избавиться.
Интересно, что у него на уме? Вроде бы она вызывает у него презрение, но в то же время он ищет с ней встречи. Если бы он хотел просто извиниться, то не было никакой нужды угощать ее кофе. А тут еще разговоры о росписи стен в его офисе…
Ухмылка горького цинизма исказила ее нежные губы. Разве не понятно? Как большинству мужчин, что бы он там ни говорил, ему не устоять перед соблазном овладеть молодой девушкой, тем более что никаких преград он не видит. Придется ему охладить свой пыл, отчаянно клялась она себе. Пусть думает, что она та еще девушка, — но не с ним! Это в нем слегка поубавит спеси.
— Слушай, потрясный мужик! — Карин бочком пристроилась на стуле, который освободил Пит; глаза ее возбужденно светились. — Как ты с ним познакомилась?
Чарли пожала плечами. Не хватает еще рассказывать о нем Карин. Но она знала, что так просто от Карин не отделаешься.
— Ну… он живет на Херенграхт, рядом с тем местом, где мы пришвартовались, — кратко объяснила она. — Однажды ночью он спустился к нам пожаловаться на шум, ну и… мы вроде как разговорились.
— Ты имеешь в виду фирму «Ден Ауден»? — запросто спросила Карин.
Чарли, слегка удивленная, посмотрела на нее:
— Да, пожалуй. Кажется, у него там квартира или что-то в этом роде.
— Чарли, неужели ты не понимаешь, кто он? Это же Пит ден Ауден! Несмотря на то что Карин произнесла его имя с таким ударением, Чарли смотрела на нее без всякого выражения. — Я так и думала, что это он, но была не уверена. Вы, кажется, на дружеской ноге? — закинула она удочку. Собираетесь еще встретиться?
— Сомневаюсь. — Чарли безразлично пожала плечом. — И вообще, что он такое, если отбросить собственность ден Ауденов?
— А что, этого мало? — настаивала Карин. — Это крупнейшая компания в Европе. Кроме того, он был чемпионом в автогонках, кумиром моего брата. Вот брат обалдеет, когда узнает, что я видела Питера живьем!
— В автогонках? — удивленно нахмурилась Чарли. Это не вписывалось в образ, который она себе нарисовала.
— О, это было сто лет назад, — продолжала разглагольствовать Карин. Он ушел из спорта, не могу вспомнить почему. Все случилось так вдруг, никто этого не ожидал.
— У него умер брат, — пробормотала Чарли, сопоставив факты. — И ему пришлось возглавить семейное дело.
— О, неужели? — Карин, прихватив пустые чашки со стола, встала. — Ну да ладно, до вечера. Дункан говорил, у вас опять вечеринка, — в ответ на удивленный взгляд Чарли добавила она.
— Правда? Ну что ж, значит, встретимся, — согласилась она без особого энтузиазма.
Глава 3
— Нет, ты только взгляни на этих паршивых юнцов. Ну должен же хоть кто-нибудь что-то предпринять! Их корыто у всех как бельмо на глазу. Бьюсь об заклад, там черт знает что творится — и наркотики, и прочее.
Оторвавшись от изучения контракта, Пит отсутствующим взглядом посмотрел на Дирка ван Лейдена, одного из своих основных поставщиков, который, раздраженно прошествовав по комнате, остановился у окна.
— Да, Дирк, целиком с тобой согласен, — безучастно пробормотал Пит, не имея ни малейшего желания рассуждать о пестром плавучем доме и его обитателях. Они и так уже досадили ему дальше некуда.
И зачем он провел сегодня столько времени с этой девчонкой? Хотел ведь остановиться лишь на минуту, так сказать, соблюсти приличия — все же он должен был извиниться. Его собственное поведение на прошлой неделе поразило его самого. Да и она тоже хороша штучка. Но как он мог дойти до того, что едва не потерял над собой контроль?
И вот ни с того ни с сего он предложил ей выпить кофе и проторчал с ней жуть сколько времени, а в результате опоздал на важную встречу. Да еще сочинил предлог, чтобы увидеться с ней еще раз. Взбрело же ему в голову предложить ей расписать стены в офисе, оформленные и без того с большим вкусом. Глупее, пожалуй, не придумаешь. Кроме того, меньше всего ему хотелось иметь на виду любое напоминание о ней…
Проклятье, опять она засела у него в голове, как раз когда ему нужно максимально сосредоточиться. В чем дело, черт возьми? Никто не спорит, она прехорошенькая, ну и что? Разве мало у него было хорошеньких девиц за все эти годы? Может, его привлекает в ней сочетание уличной обывательской мудрости с детской беззащитностью?..
Но такой девушке не место в его взрослой жизни, твердо напомнил он себе. Нужно выбросить ее из головы. А не пригласить ли ему на завтрашний ужин Жанину? Вот это действительно красавица и одета всегда сверхэлегантно. Привести с собой такую девушку — мечта каждого мужчины.
Решительно настроившись, он перегнулся через стол и обратился по внутренней связи к секретарше:
— Леннеке, соедините меня, пожалуйста, с мадемуазель де Савари, попросил он твердым голосом.
— Хорошо, господин.
Кажется, Леннеке удивлена, да и Жанина, верно, тоже не ждет его звонка: она у него намечена на субботу. Неважно, небольшое отклонение от графика ему не повредит.
— Что ты об этом думаешь. Пит? — не унимался Дирк.
Пит вопросительно вскинул на него глаза: он совершенно потерял нить их разговора.
— Нужно вызвать полицию, чтобы выдворить эту лодку. За тем, чтобы найти причину, думаю, дело не станет. Не иначе как там все под наркотой.