тина ты слабоумная! Остолоп! – Последний, финальный удар и она позволила ему юрко выскользнуть и ящеркой проползти между мной и Леоном, не забыв при этом поклониться свой грязно рыжей головой. – Что бы духу твоего на кухне больше не было!!! – Кричала она ему в след, полная уставшего гнева, но стоила мальчишке пропасть в полумраке коридора, женщина, наконец, обратила внимание на незваных гостей. – Анна! Девочка моя! – Она прижала к груди полные ладони, такие же мягкие, как и в воспоминаниях моего детства, и радостно вздохнула. – Как ты выросла, малышка!
Пошарив рукой, она нащупала тросточку и поднялась, пытаясь пойти ко мне навстречу, но я успела ее опередить, усаживая обратно.
- Ну что ты дочка. – Отмахнулась она, и только сейчас я смогла заметить извитые толстыми венами ноги, которые даже на вид были рыхлыми и слабыми. – Состарилась я, как видишь.
Она подняла на меня свои глаза, без единой морщинки из-за излишней не здоровой полноты, и мягко опустила свою ладонь на мою. Перед глазами вставали картинки из детства, так ярко подкрашенные неизменным ароматом кухни и знакомым с пеленок лицом, которое только чуть-чуть изменилось со временем, восполняя это на белоснежных седых волосах, под простым чепчиком.
- Не говори глупостей. – Отмахнулась я, присев на корточки прямо у ее колен, совершенно не беспокоясь о наряде. – Я так рада видеть тебя, Клавдия.
- Как ты повзрослела. – С распевкой слов свойственной старикам, сказала она, не прекращая улыбаться, пряча слезинки в уголках глаз. – Какая красавица.
Я опустила голову на ее пухлые колени и закрыла глаза.
Вот уже не думала, что эта старушка доживет до этого дня. Мысленно, я уже готовилась к тому, что многие кого я знала в этой крепости, не встретят меня по разным причинам. Кто-то из-за смены места, кто-то из-за совсем юного возраста, в котором нельзя было запомнить угловатую девчонку, а кто-то из-за старости. Клавдия и в моей памяти была не молодой, но достаточно активной женщиной, а сейчас передо мной была уставшая и больная старушка, запах которой стал немного травянистым из-за частого приема лекарственных настоек.
- Не прижимайся ко мне, Анна! Я же потная, в муке вся! Не хватало запачкать твою форму! – Она попыталась оторвать меня о себя, но куда ей. Я намертво приклеила себя к ней еще на несколько секунд и только тогда подняла голову.
- Хочу и прижимаюсь.
- Узнаю характер. – Улыбнулась она, а перед глазами была картинка из детства, с точно таким же выражение лица, только с меньшим количеством старческих пятен. - Я напекла булочек с сахарной помадкой. – Лукаво добавила она, зная чем отвлечь меня от своих колен.
Леон, вынырнув из-за моей спины, быстрым шагом прошел к печи, на которой в глубокой кастрюле закипала вода, и кровожадно посмотрел на противень с ароматной пышной выпечкой.
- Давайте, наливайте чай и поболтаем, пока Юст не вернется. Мелкий пакостник.
Сидя за высоким столом, я с удовольствием вдыхала аромат вредной, но такой желанной булочки и, закрыв глаза, совершенно не свойственно истинной леди вгрызлась в ее бок.
- Уж думала, не застану день твоего возвращения. – Говорила Клавдия, с трудом забравшись на высокий стул. – Не так много у меня осталось времени. Рада, что дожила и увидела тебя вновь.
- Не говори ерунды! – Нахмурившись, ответила я. – Твои булочки еще долго будут радовать мой желудок. Я по ним безумно скучала и ты мне задолжала.
Леон молчал, с мягкой улыбкой наблюдая за нами, набрасываясь уже на третью булочку к ряду.
- Ох, хотелось бы, чтобы это было так, я бы вернула тебе все долги твоими любимыми марципанками. – Она скользнула взглядом по распахнутому поддоспешнику мужчины, и сверкнула водянистыми глазами. – Ты руки мыл?
- Мыл! – Пробурчал Леон, предчувствуя беду как можно быстрее заталкивая выпечку в рот.
- Рассказывай. – Бросила она. – Как есть мчался из кузни, побросав все оружие. Ну ка, сейчас же встал и пошел приводить себя в нормальный вид!
- Клавдия!
- Живо! – Она хлопнула тяжелой ладошкой по столу и сурово взглянула на сжавшегося Леона, который резко проглотив последний кусок, попятился к выходу, вскакивая со своего места. – И чтобы рубаху накинул! Нечего тут телесами сверкать, смущать всех!
Мужчина ловко схватил еще одну булочку и выскочил из кухни, прикрывая за собой дверь, в надежде укрыться, если ему в след полетит, к примеру, деревянная ложка, которая была неизменным атрибутом главной поварихи.
- Ишь ты, соблазнитель нашелся. – Буркнула она, недовольно сверкая глазами в след. – Не смущал тебя, Анна?
- Леон? Брось. Я была рада его увидеть, что даже не заметила. – Отмахнулась я, ловя себя на мысли, что несколько раз все же заинтересованно разглядывала открывающиеся взгляду мышцы.
- А то с него станется. Самый завидный жених в крепости, девчонки перед ним пластом выкладываются, а он носом вертит.
- Серьезно? – Удивленно переспросила я, сразу почувствовав разочарование.
- Угу. – Она закусила губу и, посмотрев по сторонам, чуть склонилась ко мне. – Будь с ним внимательна. Тебя много лет здесь не было и кое-что изменилось.
- Например?
Ее взгляд потемнел, и я буквально увидела то, что происходило в последние дни перед моим отъездом. Мутная дымка памяти растворялась в сознании, позволяя вновь увидеть те картины, которые так ядовито отравляли мою душу, каждый раз, когда я, забывшись, вспоминала кошмар ставший явью.
- Они не ладят в последние годы. Что не поделили сложно сказать, но Леон упрямец. Не слушай его. Чует мое сердце, успеет он еще своей беды огрести. А лорд… Иногда мне кажется, что после твоего отъезда в нем что-то переменилось, и он это утаил от всего мира, отдалившись еще больше.
Хотелось бросить что-то вроде «Мне все равно!» или «Плевать я хотела!», но привитое в пансионе воспитание не позволило, и я только отвела глаза, пряча в них свой гнев.
- Будь осторожна, милая. – Добавила она, и какое-то время мы больше не говорили, каждая думая о своем, прихлебывая травяным чаем и занимая рот очередной булочкой.
- Клави… - Тихо позвала веснушчатая голова, просунувшись в проем двери. – Прости меня.
Женщина вновь сверкнула глазами, и воинственно поджала губы, намекая, что не готова на разговор с провинившимся помощником.
- Клави… - Еще раз позвал он, и полностью просочился в помещение.
Худой и высокий, он нарочно сутулил плечи, чувствуя свою вину и показывая смирение перед рассерженной женщиной. В два шага он преодолел расстояние между ней и дверью и, опустив голову, вытащил из-за пазухи пучок жухлой травы, вручая поварихе как букет.
- Я нашел шалфей. Давай я все переделаю? Обещаю, я исправлюсь.
- В который раз, Юст? – Спросила она, но я все же заметила, как злость из настоящей превратилась в напускную.
- Ты же знаешь! – Жарко выпалил он. – Я всегда все исправляю, и получается лучше прежнего! Клави… - Вновь жалобно вытянул он, жалостливо сдвигая брови. – Умоляю.
- Да ну тебя. – Она устало махнула рукой, а парень расцвел, расплываясь в счастливой улыбке. – Что стоишь, лыбишься? Иди, исправляй, чертячья задница.
Не слушая больше ее гневных речей, он с нескрываемым энтузиазмом бросился к кастрюлям, приступая к готовке.
- Протеже? - Тихо спросила я.
- Наказание. – Выдохнув ответила женщина, подпирая лицо кулаком. – Но талантливое. Каждый раз готовит невероятные блюда. Вот уже пару лет болтается у меня под ногами, заменив мои собственные. Учиться.
- Без ошибок никуда. – Мягко заметила я. Удивлённый и благодарный взгляд на секунду отвлекшегося мальчишки тепло лизнул лицо.
- Ну что ж, прибить его теперь жалко, хотя иногда и хочется. – Не смотря на, казалось бы, пренебрежительный тон, я смогла почувствовать гордость, которую женщина испытывала к этому несуразному рыжему подростку, который так ловко завоевал ее расположение, может из-за возраста, может из-за действительно выразительного таланта юнца. Сколько я помнила, Клавдия никогда не брала учеников, предпочитая быть единственной хозяйкой на кухне, позволяя слугам только подготавливать продукты к готовке. Например, начистить картофеля или покрошить тонну лука. А этот малый чувствовал себя крайне уверенно на ее территории, не забывая бросать заискивающие фразочки, вроде «Такой великолепной женщине как ты, Клави, только пальчиком махать, раздавая указания!»
Прохвост тот еще, судя по всему, но смотря на его широкую добродушную улыбку, становилось понятно, что к старушке он испытывает самые тёплые чувства.
- Клавдия! Когда будет готов ужин? – Двери открылись и внутрь, по-хозяйски вошла молодая женщина, в свободном халате из парчи с непонятным узором в виде распустившихся цветов и каких-то мазков. Взглянув на меня заспанными глазами, она несколько раз моргнула, словно прогоняя ведение, а сразу после вытаращилась, словно впервые видела. – Анна? – Пытаясь скрыть дрожь в голове, выдавила она.
- Здравствуй, Алани. – Напряженно ответила я.
Глава 5
Я узнала ее. Хватило беглого взгляда по светлому личику девушки, и я сразу поняла кто она, внутренне подбираясь в кучу.
Алани. Моя некогда подруга, из-за которой вся моя жизнь пошла наперекосяк. Одно принятое ей решение изменило все, перечеркнуло, заставляя меня стать другой, убив ту Анну, что была ранее.
Я смотрела на нее и не ощущала ничего кроме жжения в груди, которое так сильно разило предательством, жившим во мне все эти годы. Это конечно не ненависть которая созрела и приобрела четкие очертания, а скорее горошина, занозой сидящая в плоти, заставляя ту медленно гноиться.
- Рада тебя видеть… - Растерянно прошептала она.
Мы были так близки, росли вместе, лишь на мгновения разлучаясь. А сейчас только черная дыра вместо чувств. Она была маленькой и глупой, но даже спустя столько лет я не смогла простить ее за этот поступок, в котором она, судя по всему, себя не винила, лишь испугалась, встретившись со мной взглядом.
Даже не ответила, только отвернулась, демонстрируя свою холодность, но вовремя одумавшись, все же ответила: