МАЙОР
... так что ты извини... Я в начале то — не допер, что у вашего взвода тоже метки стоят эти — у Рыжего то — нет у самого... Вот, думаю, не врали значит парни, что всякая гнида себе Черное Ущелье колола, чтобы дергаться потом по любому — дескать, такое прошли — все теперь можно... А оказалось — спасителя своего повстречал. разливает водки
ЗУБЕК
Да знаю я — сам двух таких прорубил, в Афгане еще... Ох и пиздили же мы их...
Выпивают. Входит Следователь:
Алексей...
МАЙОР
Зубеку
Тебя, кстати, звать-то как? Не растет у меня к тебе кликуха...
ЗУБЕК
Да она у меня со службы как раз... Пацаном — другую держал... А вообще — Николай я...
МАЙОР
разливает еще
Ну, давай тогда, Николай — за знакомство... следователю — Садись, садись, не бойся... выпивают. Следователя передергивает.
СЛЕДОВАТЕЛЬ
Алексей, проблему-то надо ведь решать как-то... Что-то на Артура этого — не хочется мне ставить очень...
ЗУБЕК
Так и не ставь на него, на пидора... На жену свою ставь... Давай-ка, братан ставит третий стакан — чтоб стояло лучше...
Следователь прикрывает стакан ладонью.
МАЙОР
Не... Братан — в завязке у нас... Провинился крепко с этим делом... В этом и проблема у него — сидит теперь, скучает... Ты не скучай, мужик... посиди хоть с нами... Это вот, думаешь,— кто перед тобой? Это реально брат мне, по Кандагару, по Черному ущелью. Сорок человек нас там дохло, а тут — братаны эти, десять человек — вытягивать нас прыгнули...
КЛУБ.
Публики еще немного, но колоритная. За одним из столиков Артур и МАРИНА.
МАРИНА
...а существо просто нежнейшее, трогательнейшее... Представляешь — армянская девочка, вот такая малюсенькая, вся такая выточенная, стройная... ей всего пятнадцать лет, просто ангел... И в ней есть какая-то такая трепетность, просто как в лани... Я кончила шесть с половиной раз...
АРТУР
Прости, с половиной этой как? (только на последней реплике девицы в нем пробудился живой интерес к ее рассказу)
МАРИНА
Да, дослушай же ты меня — это было подряд, так стремительно, словно волны, словно эхо, накатывающееся одно на другое в горах, но все сильнее и сильнее... Я думала — сейчас, вот сейчас, сейчас тронется огромная лавина, которая просто сметет все... И тут приехал, как это назвать — ее мужчина, ее хозяин, ее господин... Кобел короче говоря — такой — просто абрек абреком — сразу начал кричать, отвратительно дышать чесноком, размахивать каким-то ремнем, пистолетом, брызгать слюной... Я хотела уехать тут же и забрать своего ангела с собой... Но и бедная девушка в отказ, и абрек все заливался, начал ее пиздить, невероятно, горланить что-то по ихнему, выступать против меня...
АРТУР
В общем-то, знаешь, я думаю — он в чем-то прав...
МАРИНА
В чем он прав! Безобразное ревнивое животное — он ей хотел выбить все зубы — чуть не заставил ее грызть батарею, в их отвратительной дешевой квартире... Я позвонила Сашке Максимову, знаешь, мент такой, часто к нам ходит из РУОПа — он приехал, покрутился что-то, закрылся с ним на кухне, потом вышел, гадине этой сказал — "Ваши разборки, говорит, решайте без меня, если ты ее убьешь, или покалечишь — я тебя говорит укатаю так, что будет по самые помидоры... А вообще, говорит, — решайте сами... И уехал. Там опять крик поднялся, еще какие-то его такие же крестьяне наехали, чуть поножовщина не началась, все это так безобразно... я там ходила среди них, такая потерянная, едва одетая, как Офелия... Никак не могла в себя придти — так меня все это опустило... Артур — спаси мне ее! Вытащи ее оттуда — ты же знаешь, где нажать, как отпустить, ты же можешь развести кого угодно, я же знаю... Артур, во имя всего, что нас связывало...
У Артура звонит "дельта".
АРТУР
(по телефону).
Говорите... Да, Ринат, да, дорогой... Уже? А как взял?.. Легко взял... Ну... и где он у тебя теперь?.. С собой таскаешь... Ну не знаю, положил бы его где-нибудь... Что?.. ...Такой симпатичный... Реально в матроске, да?.. И в расклешенных штанах... Да, вот это, конечно, трогательно... Ну, а сам-то ты где? ...Ага... тогда знаешь что, я сейчас в клубе, на канале, мне здесь нужно пробыть еще минут двадцать не меньше... (допивает коньяк, жестом просит Марину принести ему еще)... может быть ты подъедешь сюда, мы здесь все перетрем, с Морячком проведем беседу серьезную, и потом отвезем его — упакуем тогда уже вместе... И сразу ты у меня получишь гонорар, угостишь меня бедного чем-нибудь... Ага, хорошо, давай, я тебя жду, спасибо... Конец связи...
Возвращается Марина.
АРТУР
Прости, дела... (отхлебывает коньяк, расслабляется, закуривает сигарету)... Да, так а что, нас с тобой что-то связывало?
МАРИНА
Артур, ты же такой милый на самом деле... Я же все про тебя знаю... Я же так редко прошу... Ну... ты же отказываешь женщинам только в главном...
АРТУР
Видишь ли, главное я всем делаю без просьб... Просто не все понимают, что для них главное... Ничего не поделаешь, это удел немногих...
Подбегает АДМИНИСТРАТОР.
АРТУР
(администратору):
Да, уже иду... (продолжает сидеть, поворачивается обратно к Марине): — Деточка, Вы же знаете, как категоричны к различного рода извращениям в нашей среде... Неужели я стану поощрять ваши легкомысленные забавы... Знаете что, я лучше сделаю Вам подарок, раз Вы встали на путь совращения юных душ, втягивания их в пучину лжи и разврата... (вынимает из кармана пиджака небольшой изящный револьвер) Примите от меня вот это... он инкрустирован камнями, которые будут Вам очень к лицу, он получен мною в Голландии, из рук одного из самых влиятельных и изящных пидоров Европы, который...
МАРИНА
Артур, Вы такое же грязное животное как и все вокруг, Вы мало того, что бесчувственны, Вы еще небрежны и лживы...
АРТУР
С чего..? Я не хочу превращать историю вашей любви в производственную драму...
МАРИНА
Милый мой, не в этом дело... Этот волын мясоед в прошлом году вынес из квартиры какого-то режиссера и пытался его втюхать в разные места два месяца, пока не отъехал в ходку... И грош ему цена — это реквизит...
Артур корчит ей в ответ манерную гримасу и идет на вход.
ВХОД В КЛУБ.
Картина на входе — подобна скульптурной группе. Возле двери стоит Оператор. На плече у него видеокамера. Прямо перед ним стоит бритоголовый охранник, держит Оператора "на прихвате", а свободной рукой прислонил ему ко лбу большой пистолет. Оба не шевелятся. У стены рядом стоит Репортер. Другой охранник, не менее жуткого вида стоит перед ним, держа на длинном поводке бультерьера, готового вцепиться Репортеру в горло. Где-то рядом ходит ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА.
РЕПОРТЕР
Артур!
Охранник с бультерьером дергает за поводок, потом отпускает его снова, в результате чего бультерьер подбирается к Репортеру еще ближе и тот замолкает снова.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
Что за моржовые?
АРТУР
Это не моржовые, это родные.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
Ручные, что ли?
АРТУР
Я же сказал, это родные...
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
А почему не по форме? Здесь такие не живут.
АРТУР
Миша, такие живут везде... Это наши друзья.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
А что твои друзья татар дают? Хуеть решил тоже — с моржовыми повелся?
АРТУР
Миша, я Люде говорил два раза, что приедут люди снимать сюжет.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
Люда — блядь, не говори ей ничего. Где та Люда? Блядь! Где, блядь, Люда?
ГОЛОС ИЗ ПРИМЫКАЮЩЕЙ КОМНАТЫ
Она звонила, сказала, что потеряла в гараже челюсть, когда найдет сразу приедет...
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
А на кой болт она в гараже снимала челюсть?
ТОТ ЖЕ ГОЛОС
Ты ее там забыл.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
Я ничего не забыл... Я ей, бляди, все припомню... Я ей вторую челюсть снесу... Что и где я забывал когда-нибудь, кто мне скажет? Я чуть честной братве головы не поколол, а эта блядь со своей челюстью носится...
АРТУР
Миша, я все понял — ты забыл в гараже Люду, как обычно — вы утром приехали, и ты ее забыл в машине и запер. Так было уже не раз, ты сам помнишь... А днем пришел Аркаша, забирать машину, открыл гараж своим ключом — и выпустил ее. Она, надо думать, в гараже проспалась и зачем-то вынула челюсть, а потом уехала домой без нее. Дома ей челюсть была не нужна, а когда она засобиралась сюда — она вспомнила, что челюсти при ней нет...
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
Подожди, а на хуй Аркаша ее оттуда выпускает?
АРТУР
Братан, это ваши семейные дела... Отпусти мне людей — они приехали снимать сюжет, а ты их собаками травишь.
ВЛАДЕЛЕЦ КЛУБА
(подходя к охраннику с пистолетом и злобно глядя на него):
Ну что ты уперся здесь, козел? Тебе не ясно, что делать? (бьет его в живот. Охранник сгибается, прячет пистолет, уходит. Второй охранник оттаскивает собаку от Репортера, когти собаки отвратительно скрипят по мраморному полу) Что за сюжет?
Репортер поправляет пиджак, расправляет плечи, протирает очки. Оператор садится на стул, ставит камеру на пол, закуривает.
АРТУР
(съемочной группе):
Ребята, идите наверх, закажите себе все что хотите, я сейчас подойду... С братаном вот перетру тут все (указывает на Владельца Клуба), и мы поднимемся... Понимаю, нет, вас больше никто не тронет, отдыхайте спокойно...
УЛИЦА В НОВОСТРОЙКАХ.
Лена и Катя на улице. Смеркается. Они идут сквозь "городок" кооперативных ларьков.