Анатолий "Seniortук" Хохряков, Ирина КоргушоваМастерская "Кузня Благости"
Пролог: «Не забывай свои корни»
Серьёзный разговор назревал неделю, но неведомая сила не позволяла задать множество важных вопросов. Дела студии наладились, войдя в привычную рутину, и просто не оставляли времени на беседы. Словно развеялось проклятье, которое отпугивало старых клиентов «Кузни Благости» и выгнало двух мастеров.
Охладевшие отношения с семьёй, к сожалению, не наладились, но хотя бы перестали нестись под откос со скоростью лавины. Зыбкое равновесие в общении с женой вселяло оптимизм.
Хотелось прояснить ситуацию с прекрасным работником, который в буквальном смысле пришёл с улицы ровно месяц назад в дождливый декабрьский вечер. Появился гостем на один вечер, а остался важной частью коллектива. В поведении нового мастера обнаруживались странности, которые меня напрягали, однако весёлая карусель ежедневных забот занимала всё моё время, и всякий раз я откладывал важный разговор на потом.
— Заходи в гости, добрый человек. Чайку выпьем, за жизнь поговорим, — неожиданно для себя я окликнул невысокого мужчину без головного убора, вальяжно идущего мимо с видом вселенского спокойствия. — Настроение ни к чёрту, а я чувствую, что собеседник ты интересный.
Зимняя хандра полностью соответствовала калининградской погоде. Мерзкая морось старательно поливала город из свинцовых небес с утра. Кочегарка, стоящая вдалеке, словно рождала из трубы непроглядную пелену, закрывающую солнце. Столб дыма будил во мне желание ворваться с требованием прекратить портить погоду. Хотелось отпустить кочегаров домой и остановить туманный беспредел, спасая ушедшее тепло солнечных дней.
Представляю заголовки в «Клопсе», местном брехунке, на следующий день: «Обезумевший бизнесмен-неудачник отключил отопление жене из-за размолвки» или «ИП Кузнецов против дорогих тарифов ЖКХ».
— Молвишь складно, чего бы не заглянуть, — настороженно ответил человек, вглядываясь в меня. — Чайком полечимся.
Он огляделся по сторонам, как будто извиняясь перед кем-то за прерванную прогулку, но в конце концов уверенно двинулся в мою сторону.
— Отлично! — я неожиданно для самого себя несказанно обрадовался тому, что ко мне заглянет абсолютно незнакомый человек, да ещё несколько странного вида. — Меня зовут Кузьма. Прошу, проходите в студию,
— А меня зови Нафаней.
— Оо, как домового из мультика.
Наверняка я был уже десятитысячным человеком, который говорил Нафане эту фразу, но мне показалось, что так быстрее наладится неформальное общение. Нет ничего лучше, чем проверить собеседника банальностью. Если среагирует неадекватно, пойду посмотрю сериальчик или позанимаюсь на тренажёре.
Мужчина же усмехнулся и стал собирать волосы в хвост, перетягивая их кожаной лентой с правого запястья. Я с интересом следил за этими его ловкими движениями, попутно рассматривая его восточные черты лица и пытаясь понять, откуда он родом.
— Точно, — ответил наконец мой гость, так же внимательно смотря на меня раскосыми глазами. — Так что там с чаем, хозяин?
Атмосфера нашего общения явно становилась теплее.
— Да, — спохватился я. — Есть зелёный чай в брикетах. Давно хотел попробовать его заварить, но мой среднеазиатский мастер всё тянул резину. Мне кажется, отличный вариант.
Я спустился по короткой лестнице к двери полуподвального помещения моей студии здоровья, вставил ключ и провернул дважды.
— Почему-то я уверен, что ты справишься на отлично.
— Искус имеется, — улыбнулся Нафаня, ловко проскользнув в мастерскую.
В ходе разговора я окончательно убедился, что передо мной не только интересный собеседник, но и настоящий специалист по человеческой физиологии. Сначала он со знанием дела задавал вопросы по оборудованию студии, внимательно слушал об интересных случаях в работе, кивая в нужный момент. Когда дошло дело до тибетских чаш, гвоздей и даосских веников, то тут уже я с удивлением вникал в тонкости их применения тибетскими монахами. Неожиданные нюансы открыли мне глаза, позволив сходу скорректировать методику постановки на гвозди и погружения в звуковую медитацию.
Предложенный мной чай, диковинный напиток, Нафаня также заварил необычным образом.
— А кем ты работаешь, чайный мастер?
— В поиске истинного призвания блуждаю, — туманно ответил мой собеседник, прежде чем с удовольствием отхлебнул из пиалы облегчённый вариант молочного монгольского чая. — Ежели место предложишь — не откажусь. Работа привычная — людей излечивать.
Я, по примеру собеседника, не стал отвечать сразу, а сначала допил порцию чая. Маслянистая жидкость приятно прокатилась по пищеводу, согревая всё тело изнутри. Ощущение домашнего тепла и спокойствия впервые за долгое время отогнало тревогу.
— А диплом у тебя имеется? — серьёзно спросил я у этого интересного персонажа. — И паспорт для заключения договора нужен. Я работаю исключительно в рамках трудового законодательства,
— Бумаги есть, завтра принесу требуемое. — снова перешёл на старорусскую манеру Нафаня. — Ежели другого препону не имеется, помолясь, начнём трудится с полудня.
Все документы оказались в полном порядке. Случайный знакомый оказался коллегой: спортивным массажистом. Имелся диплом медбрата, и учился Нафаня, судя по всему, по-настоящему.
Я, в отличие от Нафани, свой диплом техникума олимпийского резерва купил. Ну, как купил — просто оплатил учёбу до конца, изредка посещая пары между играми высшей лиги гандбольного клуба «Чеховские медведи». Правда, выступал во второй команде, так и не добравшись до суперлиги. Травма сломала все планы, хотя задатки отличного линейного позволяли надеяться на место в основе первой команды. Зарплата молодого игрока оказалась невысока, а тут и бонусов не стало. Поэтому курсы спортивного массажа и активная работа фитнес-тренером спасли от проблем с полнотой кошелька, а после я не стал возвращаться в спорт. Нашёл себя в новой сфере.
Время пронеслось стремительно: богатые клиенты, свадьба и двое пацанов. Восемь лет счастливой жизни, пять из которых я провёл в качестве владельца модной мастерской здоровья «Кузня Благости». Мы предлагали населению Калининградской области спортивный и расслабляющий массаж, а также занятия йогой. Именно так я рекламировал проект в администрации, пытаясь получить беспроцентный кредит на развитие бизнеса в рамках помощи молодым семьям. И получил, выплатив всего за два года, зарекомендовав себя перспективным специалистом и заведя множество полезных знакомств.
Всё шло прекрасно, пока год назад привычная жизнь не начала рушиться. Одним моментом планомерно и неотвратимо начали уходить постоянные клиенты: пара занятий — и исчезали без объяснения причин. При этом мастера студии работу выполняли добротно, не обманывая, не затягивая и не придумывая мифические проблемы, поэтому пара сеансов избавляла от симптомов мышечных спазмов, а значит от большинства болевых ощущений. Другой вопрос, что раньше больше половины клиентов оставались и дальше работать со своим телом. Полный цикл в пять приёмов — золотой стандарт для закрепления результата. Но однажды ситуация стала критической и вышла из-под контроля. Для трёх мастеров посетителей стало маловато.
Двое убежали с разницей в три недели. В итоге я зашивался в студии, и на семью оставалось всё меньше времени. Дома меня встречали криками и обвиняли в недостатке внимания. Никто не хотел понять: я же для них стараюсь — всё в дом.
Очень не хотелось терять привычный уровень комфорта, но проблема оказалась неожиданной. Оказывается для многих статус важнее счастья. Простой вкалывающий работяга не соответствует представлениям женщины об успешном бизнесмене.
Нафаня сильно выручил, появившись в критический для меня момент, когда в студии я остался практически один. В рабочий процесс странный немногословный человек включился с лёгкостью, хотя, надо сказать, в какой-то момент в его людской сущности я засомневался.
Впрочем, даже то, что с появлением моего восточного коллеги свободного времени у меня стало гораздо больше, не вернуло гармонию в мою семейную жизнь. Тем более возле красавицы жены всегда крутилось множество акул, полностью удовлетворяющих её запросы, касающиеся респектабельности.
А уж о прекрасном физическом состоянии супруги я позаботился: массажи, растяжка и прочие прелести наличия собственной студии. Но держать не буду, не мой принцип. Главное, думал я, чтобы не мешала мне видеться с детьми, а остальное меня волновало в меньшей степени, так как спустя какое-то время возникли вопросы посерьёзнее.
А именно: странности, которые я начал замечать в моём новом работнике. Он не уходил из студии никогда. Мастер в ней жил и содержал в порядке. Идеально чистый пол и даже прекрасное состояние электропроводки — его заслуга. Перестали отключаться рубильники в щитке при работе обогревателей, у меня всё не доходили руки заняться этим вопросом. Даже температура в помещениях установилась оптимальная, а раньше мы либо задыхались от жары, если не открывали окна, либо мёрзли, забывая их закрыть. Теперь проблем не было, словно волшебным образом помещение превратилось в живой организм. Пространство снова наполнилось комфортом, уютом и семейным теплом. Казалось бы, радуйся и наслаждайся, но кое-какие вещи не могли не напрягать.
Например, татуировки на жилистых руках Нафани. Они двигались. Нет, не потому, что жилы под кожей вздувались, когда мастер работал с особенно крупными во всех смыслах клиентами, а сами по себе. Я сначала подумал, что у меня галлюцинации от того, что я почти не спал, когда работал один, но однажды, в очередной раз залипнув на этих крышесносных видениях, я заметил улыбку на лице Нафани. Это заставило меня признать, что мне не кажется. А ещё его глаза. Глаза, нечеловечески покрывающиеся сплошной серой плёнкой в моменты, когда счастливые клиенты искренне благодарили своего мастера. Очень специфичные клиенты. Бывшие спецназовцы, юристы крупных фирм, бывшие братки, смотрящиеся естественно в компании бывалого мужчины с пронзительным взглядом, стали посещать мою студию регулярно.