Большой гроб, формой повторявший фигуру и лицо монарха, везли на колеснице, запряжённой четвёркой волов, чьи рога по случаю торжества были покрыты позолотой и украшены бронзовыми кольцами. По обе стороны гроба шагали гвардейцы, облачённые в траурные одежды. Они несли на плечах обнажённые мечи, непокрытые головы были склонены в знак скорби. Ветер трепал их длинные волосы.
За ними следовал окружённый свитой принц Мархак. Лицо его не выражало ничего, как если бы происходящее не имело к нему никакого отношения. Далее тянулись ближайшие придворные, в том числе, герцог Эл, возвышавшийся надо всеми подобно скале. Изредка принцу хотелось обернуться и взглянуть в ненавистное лицо полководца, чтобы попытаться прочесть мысли своего соперника (а именно так и следовало расценивать на данный момент народного героя), но он понимал, что делать этого ни в коем случае нельзя. Во-первых, будет нарушен этикет, а во-вторых, так он выдаст Железному Герцогу свою неуверенность.
«В конце концов, — думал принц, — что он может сделать? Коронация назначена на послезавтра, сейчас же я считаюсь регентом, так что власть в моих руках. Армия не пойдёт без причины на военный переворот, не поднимет руку на законного наследника. Но у проклятого герцога есть время. Два дня — это немало для столь энергичного человека, как он. Нужно сегодня же обезвредить его, выслать из столицы. Показать, у кого власть! А потом сфабриковать обвинение в измене, найти доказательства — всё это не займёт много времени».
После похорон Эл сидел в своей комнате и перечитывал список возможных претендентов на трон. Он помнил о предложении лорда Виля и не переставал думать о том, кого аристократы хотят посадить на место Мирона. Конечно, для Малдонии было бы лучше, чтобы к власти пришёл законный правитель, Мархак, но у Железного Герцога имелись свои планы на королевство. У него было одно дело, для которого требовалась армия, и он уже почти получил то, что хотел.
Раздался стук в дверь.
— Вам послание из дворца, мой господин, — вошедший слуга почтительно склонился, протягивая Элу запечатанный красным сургучом свиток.
— Только что принесли?
— Да, мой господин. Королевский гонец.
Эл ломал печать и быстро пробежал глазами написанное. Принц Мархак приглашал его на поздний ужин, чтобы обсудить некие «дела чрезвычайной важности».
— Что-то он быстро… — пробормотал Эл. — Мог бы потерпеть до коронации. Что ж… — взглянув на слугу, он жестом отпустил его.
Когда дверь закрылась, Эл сел в кресло возле зарешеченного окна и, глядя на башни королевского дворца, задумался. Было очевидно, что принц хочет от него избавиться, но демоноборец полагал, что Мархак сначала постарается прочно укрепиться на троне, а затем уже покажет зубы. Но молодому наследнику короны не терпелось. Настоящий политик должен уметь выжидать, пока не настанет идеальный момент для осуществления его плана, и тогда сделать решающий ход, не оставляющий противникам ни единого шанса. Впрочем, обладать способностью действовать, мгновенно ориентируясь в неожиданно изменяющейся ситуации, тоже необходимо.
Мысли Эла прервал робкий стук в дверь. Камердинер заглянул в комнату и взволнованно прошептал:
— Господин, к вам посетитель!
— Кто?
— Не знаю. Одет в длинный плащ, на лице капюшон. Говорит, у него к вам срочное дело. Позвать телохранителей?
Эл помедлил мгновение прежде, чем принять решение. Это мог быть подосланный убийца. Очень в духе принца Мархака.
— Пусть войдёт, — распорядился демоноборец, поднимаясь и вставая за кресло, чтобы межу ним и гостем была хоть какая-то преграда. — Не нужно охраны.
Диодор коротко поклонился и исчез, а через несколько минут в комнату вошёл незнакомец. Эл сразу узнал фигуру первого королевского советника.
— Семнадцать лун, — сказал тот негромко, останавливаясь у порога.
— Проходите, лорд Виль, — предложил Эл, — Располагайтесь, — он указал на широкий диван.
— Вы меня узнали? — царедворец откинул капюшон.
Лицо его казалось измождённым, глаза лихорадочно горели. Почти безумный взгляд вперился в переносицу некроманта и, казалось, стремился прожечь череп герцога насквозь.
— Что привело вас ко мне? — поинтересовался Эл. — Хотите вина?
Лорд Виль нетерпеливо отмахнулся и заговорил:
— Час пробил, господин герцог! Король мёртв, а коронация ещё не состоялась. Пришла пора выполнить наш с вами договор. Сегодня ночью мы ворвёмся во дворец, пленим принца Мархака и обвиним его в сговоре с вампирами. У нас всё готово. Мы предъявим документы, изобличающие его, а затем будем судить и либо казним, либо приговорим к вечному изгнанию. Верные нашим идеям люди вооружены и ждут сигнала. Но вести их должны вы, народный герой, спаситель отечества, верный долгу, чести и справедливости. Потом мы передадим власть нужному нам человеку, а вы получите земли от Кадрадских гор до Казантара — это огромное богатство. Кроме того, за вами останется должность верховного главнокомандующего с правом военного регентства во время войны, — лорд Виль замолчал, выжидающе глядя на герцога.
Глава 12
— Сегодня я приглашен к принцу Мархаку на ужин, — ответил Эл, помолчав. — Вероятно, он захочет так или иначе избавиться от меня. Отказаться нельзя — это может вызвать подозрения и заставить его действовать более решительно. Мне бы не хотелось быть обвинённым в государственной измене, например. Если гвардия осадит мой замок, я буду лишён свободы действий, а тогда принц беспрепятственно сможет клеветать на меня.
— Во сколько ужин? — спросил лорд Виль, нахмурившись и что-то обдумывая.
— В половине девятого. Время, как видите, позднее.
— Мы хотели занять дворец в два часа ночи. Но наши люди будут поблизости на непредвиденный случай. Я сам и… другие, имеющие свободный доступ в замок, постараемся не упускать вас из виду.
— Скажите, лорд Виль, зачем вам непременно нужно, чтобы я принял участие в вашем заговоре? Не проще ли позволить принцу Мархаку избавиться от меня, а затем расквитаться с ним?
Первый советник покачал головой.
— У нас нет времени, — сказал он честно. — Мы не можем позволить ему короноваться. Кроме того, за вами армия, господин герцог. А без солдат переворотов не бывает.
— Хорошо, думаю, мы договорились, — Эл коротко кивнул. — После ужина я жду вас здесь. Вы расскажете обо всём подробнее: сколько у нас людей, насколько хорошо они владеют оружием, где вы их расположили и так далее. И ещё мне всё-таки хотелось бы знать, кто займёт трон Малдонии.
— В своё время, — отозвался лорд Виль, направляясь к двери. — Не беспокойтесь, это человек королевской крови, достаточно сильный и энергичный, чтобы снискать для Малдонии ту славу, которой она заслуживает, — с этими словами первый советник накинул капюшон и вышел.
Демоноборец некоторое время стоял неподвижно, а затем стукнул кулаком по спинке кресла и быстро пересёк комнату. Выглянув в коридор, он увидел в одном его конце охранников — те, как всегда, были на посту. Эл прикрыл за собой дверь и направился в лабораторию. Проходя мимо телохранителей, он знаком велел им следовать за ним.
Оказавшись в башне, герцог заперся и некоторое время рылся в большом, окованном железными полосами сундуке. Наконец, он вытащил длинную медную трубу, суживающуюся с одного конца, и бережно водрузил её на стол. Потом на свет появились металлическая тренога с хитроумным креплением и небольшая шкатулка. Эл установил трубу на треногу, подрегулировал зажимы и занялся шкатулкой. Подняв крышку, он вытащил несколько завёрнутых в вощёную бумагу стёкол. Некоторые были выгнуты с одной стороны, а некоторые — с двух. Демоноборец разложил их на столе и принялся аккуратно протирать. Затем он начал устанавливать линзы в трубу. Это заняло около четверти часа.
Когда всё было готово, Эл подошёл к стене и отворил замаскированное окно, о существовании которого знал только он. Затем демоноборец поднёс устройство к отверстию и направил трубу широким концом вверх. Прильнув к узкому, он некоторое время регулировал угол наклона, а затем принялся крутить кольца, установленные в тех местах, где располагались стёкла.
Так прошло около четверти часа. Наконец, Эл распрямился и задумчиво потёр подбородок.
— Хм, — проговорил он мрачно. — Значит, всё-таки успели.
Он вернулся к столу и опёрся об него обеими руками. На лице у герцога было выражение крайней досады.
— Проклятье! — вырвалось у него. — А я уж надеялся, что армия мне не понадобится!
Эл вошёл в трапезную королевского дворца один — оба его телохранителя остались у дверей. Там, где прежде восседал тучный Мирон, теперь сидел в непринуждённой позе принц Мархак. На нём были алая мантия, отороченная горностаем, чёрный костюм и мягкие щёгольские сапоги. На голове красовалась небрежно надетая круглая шапочка с плоским верхом, расшитая гарусом. На груди сверкали массивные цепи с крупными медальонами.
При появлении герцога он поднялся и сделал два шага навстречу — большая честь, оказываемая только особам королевской крови и самым приближённым придворным.
— Приветствую, господин герцог, — проговорил принц, стараясь улыбнуться как можно приветливей. Однако от Эла не укрылось напряжение, владевшее собеседником. — Я пригласил вас отужинать в столь поздний час, ибо с северо-восточной границы получены тревожные известия.
— Какие, мой принц? — проскрипел Эл.
— На крепость Ар-Магор совершено нападение. Его удалось отразить, но кто знает, как будут развиваться события. Возможно, король Казантара решил развязать с Малдонией войну. Вам следует незамедлительно отправиться в Ар-Магор и защитить наши границы, — принц Мархак вынул из кармана свиток и, протянув его Элу, добавил: — Это приказ о назначении вас наместником северо-восточных земель от…
— Боюсь, не могу принять этой милости, — перебил Эл. — Я останусь здесь.
На миг принц побледнел, а затем краска бросилась ему в лицо, и он срывающимся от злобы голосом заорал: