– Она дрессированная! Как её зовут?
– Ириска, – я улыбнулся. – Она у меня очень умная и откликается на имя, а ещё она…
Я хотел рассказать про то, как Ириска может находить спрятанные предметы и всегда в определённое время укладывается спать, но, как всегда, в самый интересный момент прозвенел звонок. Вика вручила мне Ириску и побежала в кабинет, а Пашка взглянул на меня недоверчиво и хмыкнул:
– Дрессированная, ага, как же…
Глава 3
На уроке литературы учительница задала нам писать сочинение по «Каштанке», но у меня в голове были совсем другие мысли.
Как найти крысу из живого уголка? Ведь её обязательно нужно найти – вдруг и правда затопчут? А ещё Ксения Геннадьевна, наверное, сейчас сильно переживает и плачет. Она всегда плачет, когда что-то происходит с её питомцами. Один раз даже во время урока с ней случилась истерика, когда попугай вдруг упал с жёрдочки. Ксения Геннадьевна подумала, что он умер, а он просто чистил перья, не удержался и упал.
Надо будет зайти в кабинет биологии на перемене и собрать улики… И тут я вспомнил, что Вика хотела о чём-то рассказать, но не успела.
«Что случилось?» – написал я записку, смял её и кинул в Вику, сидящую в соседнем ряду. Можно было бы и сообщение на телефон отправить, но Ольга Владимировна всегда просит отключать телефоны во время урока, чтобы не отвлекали.
«Из живого уголка пропала не одна крыса, а все три!» – ответила она мне тем же способом, на моём же клочке бумаги.
Вот это да! Это что, день пропавших крыс, что ли?
Я заметил на листке несколько точек – видимо, хотела ещё что-то написать, но потом передумала.
«Как ты узнала? Ты видела клетку? Замо́к цел? А что ты ещё хотела сказать?» – записка снова полетела в Вику.
Та прочитала, потом повернулась ко мне. И я едва под парту не скатился от её грозного взгляда.
«Потом… Дай дописать сочинение, Костя!» – бросила она мне ответ.
Да какое же тут может быть сочинение?! «А что, если Генка каким-то образом причастен к этой пропаже?» – осенило меня. Слишком уж подозрительно он себя вёл. Что, если он украл одну крысу, а когда отпросился с математики, то забрал и остальных? Нет, всех трёх украли до начала уроков, ведь Вика мне это хотела сообщить после первого урока. Значит, Генка мог их всех забрать, а потом как раз отпросился и унёс крыс.
Я окинул взглядом класс. Ну точно! Генки нет. Сто процентов, это он их взял!
Сочинение я настрочил на одном дыхании и попросился выйти. Нужно было покормить Ириску, а то вылезет и пойдёт шастать, как говорит мама, по рюкзакам.
Пашка проводил меня пронзительным взглядом с прищуром, а Вика – непонимающим. Ничего, потом всё объясню. Я дошёл до столовой, но вдруг услышал, что из спортзала доносятся шорохи, а потом несколько голосов зашептали.
– Тихо ты, давай сюда.
– Ставь скорее.
– Нет, нужно сделать по-другому…
Я на секунду задумался, кто бы там мог быть, да ещё и во время уроков, да ещё и когда объявили, что не будет физкультуры… Может быть, идёт подготовка к выпускному или кто-то прибирается, пока Олег Петрович на больничном?
Только я потянулся к дверной ручке, как прозвенел звонок. Вот так всегда! Стоит взяться за решение самого сложного примера на математике или дописать сочинение до середины, то – как сейчас… Я от неожиданности подпрыгнул, отошёл к подоконнику и заглянул в рюкзак проверить Ириску. Её там не было.
Понедельник – день тяжёлый? Не то слово. Думаю, тот, кто придумал эту пословицу, чувствовал то же, что и я. Безысходность и отчаяние, непонимание, что делать, где искать Ириску… А что, если её кто-то случайно затопчет?
– Уважаемые ученики, напоминаем, что физкультуры сегодня не будет, – сообщил громкоговоритель где-то рядом со мной голосом нашей классной.
– Костя! – услышал я, а потом и увидел ярко-синюю толстовку Пашки среди бегущих по коридору ребят. Я пошёл навстречу, но тут в меня кто-то врезался, едва не сбив с ног.
– Куда прёшь? – услышал я хриплый голос и увидел Серого и Кулака.
В нос мне ударил странный и одновременно как будто знакомый запах, исходящий то ли от спортивки Кулака, то ли от рубашки Серого. Они что, были в столовой?
Когда я отошёл к стене, чтобы меня снова не сбили, ко мне подбежал Пашка, а за ним Вика.
– Костя, тебе лучше признаться во всём Марине Петровне, вернуть крысу в живой уголок и сказать, где остальные! – Вика посмотрела на меня с серьёзным лицом. – Потому что если крыс не вернуть, то…
– Стоп, ты же говорила… – начал я.
– Говорила… – Вика потупила взгляд, поняв, о чём я хотел сказать. – Всё сводится к тому, что это ты взял крыс, ну или, по крайней мере, одну точно.
Я взглянул на Пашку. Даю сто процентов, это он Вику подговорил. Но как Вика поверила, ведь она видела, что Ириска другая…
– Пашка, Пашка, эх ты… – вздохнул я.
– Кость, ты мне друг, но истина дороже…
– Что? – не вытерпел я.
– То! Школу закроют на карантин! – Пашка наклонил голову набок. Он всегда так делает, чтобы выглядеть более убедительным. – Вдруг крысы проберутся в столовую или погрызут провода… Или укусят кого и заразят бешенством.
– Ага, – добавила Вика заговорщическим голосом, – или крысы залезут в кабинет химии, опрокинут на себя химикаты и превратятся в жутких монстров, а потом всех перекусают, но в первую очередь тебя, Паш, да?
Я нервно хихикнул, а Пашка, кажется, поверил – у него глаза испуганно расширились. Всё это смешно и нереально, а вот карантин – самое правдоподобное. А что, если из-за меня школу закроют? Тогда здесь останется моя Ириска… Одна! И зачем я только взял её с собой?
В горле пересохло, мне стало душно.
– Вы правы в одном, – согласился я. – Моя крыса пропала! И я хочу найти её. Вы поможете?
Вика с Пашкой переглянулись.
– Пропала та, которую ты украл? – спросил Пашка, и мне показалось, что вопрос был слишком ехидным.
– Да не крал я никаких крыс! – Я стукнул кулаком по пустому рюкзаку, лежащему на подоконнике, едва не сломав телефон внутри.
Стоп! И как же я сразу не сообразил, ведь у меня есть алиби!
– Так! Подождите! Смотрите, сейчас…
Схватив сотовый, я стал листать в соцсети фото, искать видео про крыс или пост из зоомагазина. Я в посте как раз оставил пару комментариев перед тем, как поехать в школу. И пока пролистывал, меня толкнули пару раз мимо пробегающие ребята, и я едва не выронил телефон. Ещё не хватало его разбить. Надо уже придумать какое-то укромное место для детективных обсуждений…
И тут я нашёл кое-что интересное.
– Гляньте, Генка написал в своём аккаунте о продаже крыс… – Я показал страницу ребятам. – И пост написан после того, как он отпросился с урока! Значит, это не я украл крыс, а он!
– Бинго! – воскликнула Вика. – Он хочет их продать!
– Ну, Генка… – Пашка начал потирать кулаки. – Ну, держись…
Если бы Генка был здесь, Пашка точно бы ему навалял, решил я и набрал номер новоявленного продавца грызунов, но он не ответил.
Под пристальными взглядами друзей, пронизывающими меня, я зашёл на Генкину страничку в соцсети, и первый подозреваемый в его лице отпал. Судя по публикациям, у него уже давно живут крысы, и два месяца назад родились крысята. Вот он и хочет их пристроить, как говорится, в добрые руки. Значит, я всё ещё под подозрением.
И вдруг мне пришла другая идея. Кажется, я знаю, как найти того, кто может быть причастен к краже!
– Знаете, – сказал я после того, как показал Генкину страничку Вике и Пашке, – когда произошло злодеяние, первым делом проводят осмотр места преступления…
Вытянув руку и раскрыв ладонь, я начал загибать пальцы, вспоминая, что писалось в детективах. А их я прочитал немало!
– То есть надо осмотреть кабинет биологии? – уточнила Вика и нахмурилась. – Если это не ты их взял и не Генка, думаешь, что их взял кто-то другой?
– В точку! – кивнул я и заметил, как разочарованно вздохнул Пашка: не помахать теперь кулаками.
Я достал блокнот с ручкой на шнурке, чтобы никогда не потерялась. В блокноте подробно, по пунктам, я записал действия сыщика:
– осмотр места преступления;
– опрос свидетелей;
– опрос потерпевших;
– сбор улик;
– версии и мотивы;
– список подозреваемых;
– слежка;
– поимка преступника.
– Костя, ты рассуждаешь как настоящий детектив! – восхищённо произнесла Вика, заглянув мне через плечо, а я почувствовал, как краска заливает лицо. – Только я слышала, что у каждого детектива есть свой метод расследования. У тебя он тоже есть?
– Конечно! – выпалил я. И, кажется, поспешил. Потому что на самом деле метода я ещё не придумал.
Пусть будет метод Кости Синицына, решил я. Даю сто процентов, такого метода ещё не было.
– И в чём же заключается твой метод? – улыбнулась Вика.
– Наблюдать и замечать то, на что другие не обращают внимания, – уверенно произнёс я.
– Значит, что там после осмотра? – спросил Пашка, наклонившись и также читая мои заметки, как и Вика. – Ага, опросить потерпевших, то есть Ксению Геннадьевну.
Ну, отличный же выйдет из него помощник детектива!
– Та-а-ак, – протянула Вика. – А знаете, её не надо опрашивать. Я слышала, как Ксения Геннадьевна разговаривала с нашей классной и сказала, что с самого утра крысы в клетках ещё копошились. Но потом она отлучилась ненадолго, а когда вернулась, их уже не было. Кабинет не взламывали, просто он был не заперт.
«Вика тоже стала бы хорошим помощником детектива», – подумал я. А может, назвать мой метод расследования преступлений «Метод трёх»?
– Ну как обычно, – хмыкнул Пашка. – Из дежурных кто-то взял крыс и не сказал биологичке… Или вообще, крысы проголодались, хвостиком махнули, взломали клетки и сами не ожидали такого успеха. Вырвались на свободу и испугались! Сидят где-нибудь в тёплом месте, жмутся друг к другу, дрожат от страха, а мы тут придумываем, как и где их искать.