Фокси присвистнул.
— Кто же не знает?
— Отлично. Подвезите меня к нему.
— Хотите заказать праздник?
Брюнетка улыбнулась своей очаровательной полуулыбкой.
— Что-то в этом духе…
— Жаль, меня на нем не будет… — вздохнул Фокси.
— Мне тоже жаль… — насмешливо прищурилась она.
— А вы не лишены чувства юмора, мисс…
Брюнетка посмотрела на него, ожидая окончания фразы, хотя отлично знала, что без ее участия Фокси фразу не закончит.
— И, кажется, не очень общительны… — вздохнул Фокси, вырулив прямо к зданию «Мэджик Пати». — Приехали. Теперь вы меня уволите?
— Ну почему же? По-моему, вы прекрасно водите. Я подкрашивала губы и даже не размазала блеск. Могу взять вас личным водителем. Только на время. Пока мой постоянный не поправится…
Фокси скорчил разочарованную мину.
— Нет уж, спасибо. Если и быть вашим водителем, то только постоянным.
Он ловко выпрыгнул из машины, обежал ее и открыл дверцу перед брюнеткой. Ветер всколыхнул краешек ее алой юбки, и Фокси даже отвернулся, чтобы окончательно не ошалеть от этой сногсшибательной женщины.
— Вы здорово меня выручили. Может быть, все-таки возьмете деньги?
— Нет, — покачал головой Фокси. — Я буду вспоминать эти десять минут всю свою жизнь. А деньги все испортят…
Брюнетка снова посмотрела на него долгим взглядом. На этот раз в нем была заинтересованность. Она пожала Фокси руку, и он почувствовал холодок ее браслетов на своем запястье.
— Спасибо и прощайте…
— До свидания, мисс X.
Фокси долго смотрел, как она поднималась по высоким ступеням здания «Мэджик Пати», круглосуточно подсвеченным маленькими розовыми и лиловыми лампочками. В этом свете ее удаляющаяся фигура приобретала какой-то мистический ореол…
В «Синей сове», как всегда, было тихо и спокойно. На то она и сова, чтобы днем спать, а потом гулять до самого утра.
Микки приехал чуть раньше, чем обещал, но не очень-то удивился, когда увидел, что Фокси до сих пор нет на месте.
— Не видал сегодня Фокси? — спросил Микки у Дина, бармена, который знал их обоих вот уже несколько лет, с того самого дня, как Фокси устроился в «Мэдсон-приват».
— Не-а, — покачал головой Дин. — Он не заглядывал. А что, должен был?
— Просил меня приехать, — обреченно вздохнул Микки. — И, вроде, уже час как должен ждать меня здесь.
— Но ты же Фокси не первый год знаешь. Он опоздает на собственные похороны.
— Мэдсон его уволил.
— Да ну?
— Поэтому Фокси сюда и собрался. И меня вытащил. Прямо с работы. Деньги у него кончились. Я хотел предложить ему взять у тебя в кредит…
— Ты же знаешь, я в кредит не даю, — начал было Дин.
— По такому-то случаю… — укоризненно покосился на него Микки. — Парня с работы уволили… К тому же ты не хуже меня знаешь, что Фокси отдаст…
— Знаю, — согласился Дин. — Но принцип есть принцип.
— Наверное, Мэдсон тоже так решил, — обиделся за друга Микки. — Плевать, что Фокси знает свое дело лучше, чем кто-либо другой. Главное — принцип.
— Да ты не обижайся, Микки. — Дин похлопал приятеля по плечу. — На одной дружбе дела не делаются…
Микки хотел возразить, но дверь кабачка открылась, и на пороге появился Фокси. По его лицу сложно было понять, что он расстроен. Но Микки слишком хорошо знал друга, чтобы поверить в то, что он совершенно не огорчен потерей работы, на которую ухлопал несколько лет.
— Привет, Фокси! — помахал ему Дин из-за стойки бара. — Что будешь пить?
— Догадайся, — улыбнулся ему Фокси.
— Виски?
— А ты как думаешь?
— Здорово, старина. — Фокси подошел к стойке и уселся на высокий стул рядом с другом. — Да на тебе лица нет. Как будто ты переживаешь больше, чем я…
— Извини, притворяться не умею, — обиженно буркнул Микки. — Как ты умудрился прийти позже меня? Ты же час назад звонил с Дувер-стрит?
— Всему виной роковая встреча, старина, — подмигнул другу Фокси. — Дин, спасибо за виски. Сделай-ка еще бифштекс, и с кровью, как я люблю. Ну выкладывай, что там у тебя за работа…
— Не знаю, что за работа, Фокси, — развел руками Мик. — Знаю только, что за нее хорошо заплатят. Мы сделаем вот как. Я дам Луизе Мальком твой телефон… Хотя нет. Чего доброго, ты его выключишь и пропустишь ее звонок. Я дам тебе телефон Луизы. Позвонишь ей сам.
— Отлично, — кивнул Фокси. — Давай, пока еще не надрался…
Нельзя сказать, чтобы виски в баре Дина Карелли был самым лучшим, но Фокси этот виски вполне устраивал. Во всяком случае, после него ему стало легче. Мэдсон и его агентство отошли куда-то на задний план, а на передний выплыла красавица-брюнетка.
Фокси уже пожалел, что не проявил настойчивости и не выяснил, как зовут эту американскую Клеопатру. Тогда можно было бы найти ее телефон в справочнике. А потом можно было бы позвонить… Хотя Фокси сильно сомневался, что птица такого полета согласилась бы встретиться с ним, в прошлом низкооплачиваемым детективом, а ныне попросту безработным.
Микки, как всегда, пытался читать ему мораль, взывать к сознательности, просил повзрослеть… Может быть, друг прав, но что делать, если никак не взрослеется? Если не хочется серьезных отношений, если не встретилась та, с кем бы этих отношений захотелось? Если не прет с работой, если нет заказов, если нет ни одной причины, ради которой захотелось бы заделаться солидным и правильным парнем типа самого Микки?
— Оставь, старина… — попросил Фокси друга. — Не тот момент, когда я стану тебя слушать. Да ты и сам об этом знаешь…
— Знаю, — насупился Микки. — Но иногда наивно думаю, что то дерьмо, которое с тобой происходит, заставит тебя поумнеть. И всегда ошибаюсь.
Фокси опрокинул еще стаканчик виски, предложив Микки выпить за крепкую дружбу, и чуть не поперхнулся: к стойке бара, прямо к нему и Микки направлялась Либби. Если бы Фокси был менее пьян, он бы заметил, что глаза у девушки заплаканные, а вокруг глаз — темные круги.
— Либби, лапуля… — пробормотал он, пытаясь объединить раздвоившихся Либби в одну. Обе глядели на него с таким сочувствием, с каким только может смотреть представительница женского пола на только что уволенного мужчину. — Какими судьбами? Не хочешь присоединиться?
— Кто это? — прошептал Микки, толкнув друга в бок.
— Знакомься, Либби, — это Микки. Микки — это Либби. Либби работает на жмота и сукиного сына Мэдсона. А Микки — он мой друг… Старина Микки… Он всегда меня выручает…
— Очень приятно, — смущенно улыбнулась Либби.
— Присаживайся, лапуля. — Фокси шлепнул ладонью по обивке стула. — Чего тебе заказать? Виски будешь?
— Может быть, лучше «Маргариту»? — Микки стало неловко за пьяного друга.
Фокси, кажется, так и не понял, что эта девушка пришла сюда именно из-за него.
— Да, пожалуй, — согласилась Либби.
— Заказывай, спонсор, не тяни резину, — прокомментировал Фокси. — А я и не знал, лапуля, что ты ходишь по таким местам…
— Я искала тебя, — призналась Либби, не глядя на Фокси.
— Да ну?
— Да, правда. Я была уверена, что ты здесь. Решила тебя поддержать…
— Вот спасибо, лапуля! — обрадовался пьяный Фокси. — Выпьем же за прекрасных женщин, которые не оставляют мужчин в беде!
Через час Микки поймал такси, и они вдвоем с Либби запихнули в машину мертвецки пьяного Фокси.
— Ты уверена, что хочешь поехать с ним одна? — спросил Микки у девушки. — Может быть, я все-таки провожу вас?
— Спасибо, Мик. Я справлюсь, — ответила Либби.
Микки сунул деньги водителю и посмотрел вслед отъезжающему такси. Конечно, он любит Фокси, но сейчас задушил бы его своими руками. Пьяный в стельку, уволенный, невыносимый, он всегда пользуется у женщин успехом. И именно у тех, которые нравятся ему, Микки… Где справедливость?!
3
Утром Фокси проснулся с невыносимой головной болью. Пошарив рукой в поисках тумбочки, на которой чисто теоретически мог оказаться аспирин, Фокси нащупал нечто, напоминающее женское тело. Последнее, что вспомнилось Фокси, — печальное и суровое лицо друга, втолковывающего ему о необходимости иметь в жизни цель.
Господи, кого я сюда притащил?! — испугался Фокси. Неужели подцепил кого-то на улице?! Только этого не доставало…
Фокси открыл глаза, предположив самое худшее, но, увидев Либби, успокоился. Правда, спокойствие улетучилось уже через минуту. Во-первых, Фокси совершенно не помнил, как Либби попала к нему в квартиру, а во-вторых, ему совсем не хотелось разбивать сердце очаровательному наивному ангелочку, который так часто вставал на его сторону, отважно споря с разъяренным Мэдсоном…
— Тьфу ты, гадская плесень… — ругнулся он, осторожно высвобождая руку, на которой покоилась голова Либби. — Надо ж было так нажраться… Прости меня, лапуля… Но я — герой не твоего романа… — прошептал он, спуская с кровати ногу, снова не правую, а левую. — Ах ты, гадская плесень…
Поднявшись с кровати, Фокси отыскал две таблетки шипучего аспирина и отправился в душ, где около десяти минут поливал себя ледяной водой, приговаривая:
— Это тебе, гад, за Либби!
После этой акции ему немного полегчало. Для ощущения полного комфорта не хватало только еды. Фокси запахнул халат, вышел на кухню и заглянул в холодильник. Худшие его опасения подтвердились: холодильник был пуст, как голова после вчерашнего загула.
— Гадская плесень…
Фокси вернулся в комнату и, пошарив в карманах джинсов, обнаружил несколько смятых купюр.
— Микки, я люблю тебя, детка… — пробормотал он. Только друг мог додуматься засунуть в его карман пятьдесят долларов.
Будить Либби не хотелось, поэтому Фокси пошел один, оправдывая свое нежелание разговаривать с девушкой возможностью дать ей нормально отоспаться. Неподалеку от дома, где снимал квартиру Фокси, располагалась маленькая пиццерия. Фокси заказал три пиццы. Две — для себя и одну — для Либби.
С похмелья ничто не выручало Фокси так, как еда. Она, можно сказать, воскрешала его из мертвых. Как по мановению волшебной палочки исчезала головная боль, устаканивались мысли, появлялась уверенность… ну, если не в завтрашнем дне, то хотя бы в сегодняшнем