Она порывисто вздохнула и продолжила:
— Его друг, Касс… простите, я не очень понятно объясняю. Это потому, что я нервничаю.
— Вы очень облегчите мою задачу, если назовете его имя.
— А? Да, конечно! Его зовут Ларсель, то есть, это не его настоящее имя, а только прозвище, принятое им во время служения. Ларсель, — повторила она еще раз, словно опасаясь, что я не понял. — Он — тайл.
— А у вас есть доказательства того, что он ваш брат? Кстати, старший или младший?
— Доказательства? Нет, конечно, у Правителя должны быть записи, но… кроме даты его рождения и настоящего имени у меня ничего нет. Но родители часто вспоминали его. Я младше Ларселя на сто пять лет.
Она растерялась и покраснела, понимая, что ничего конкретного мне сказать не в состоянии. Отвела взгляд, оглянулась на неподвижно стоящего за ее спиной мужчину, словно ища поддержку, и опять посмотрела на меня глазами голодной кошки.
— Ваши родители живы? Простите мою бестактность…
— Да, — она улыбнулась, — мать жива, а отец погиб во время войны.
Сказать, что я был удивлен совпадением — нельзя, в жизни случаются и не такие чудеса. Ларс будет счастлив узнать свою сестру. Но письмо к главе рода я отвезу в Иллинадор. Ведь, по словам эльфийки, есть еще мать, пусть она узнает, что ее сын жив и здоров из первых уст.
А Тальша тем временем ждала моего ответа. Ну, что ж, сделаю вид, что я ей верю.
— Я дам вам записку для моего друга. Он поможет вам встретиться с братом. Если только ваш спутник раздобудет бумагу, перо и чернила.
— Ник, — повернулась она к человеку, — будь так любезен, попроси у хозяина письменные принадлежности.
— Не волнуйтесь, госпоже ничего не грозит, — ответил я на предостерегающий взгляд.
— Кто он вам? — спросил я, когда Ник вышел. Тальша не спешила с ответом:
— Проводник. Телохранитель. Наемник. Я его в несколько раз старше, а он относится ко мне, как к дочке.
Я кивнул, соглашаясь.
— Вам его кто-нибудь посоветовал?
— Да, но… я не хотела бы об этом говорить. Простите…
Настаивать не имело смысла, она решила молчать — пусть, в принципе, ее мне ответ не очень-то и нужен. В коридоре раздались шаги, и Ник вошел в комнату. Я выглянул в коридор — Фил стоял, подпирая соседнюю дверь.
— Это наша?
— Да, ты еще долго?
— Думаю, минут пять.
Лист бумаги белел на столике и ждал меня, кто-то зажег еще одну свечу, и в спальне стало светлее.
Я не стал писать Ларсу, решив, что граф Тунский с удовольствием проявит участие в судьбе тайла.
Несколько строк — и вот я уже вытираю остатки чернил с моего перстня, правильно рассудив, что моя личная печать послужит дополнительным гарантом.
— Передадите записку графу Тунскому, главе службы безопасности, он поможет вам встретиться с вашим родственником. Спросите любого гвардейца во дворце — вам подскажут, как к нему попасть на прием.
— Вы его видели? Ой, простите мне мою назойливость, ваше высочество…
— Мне остается только пожелать вам легкой дороги. Хотя, — я прислушался к себе. — Я мог бы вам помочь сократить путь, если вы не боитесь воспользоваться порталом.
Я посмотрел в окно, уже совсем стемнело, думаю, на берегу уже никого нет.
— Ах, да, у вас лошади…
— Это не проблема, мы купим других. — глаза Тальши заблестели от нетерпения.
— Тогда подождите немного, я позову брата, — я открыл дверь и подошел к Филу.
Тальша кинулась собирать вещи, Ник прошел мимо нас распорядиться насчет лошадей и расплатиться за комнату.
— Расстояние слишком большое, мне нужна подстраховка на тот случай, если моей силы не хватит. Поделишься?
— Запросто! А ты уверен, что тебе это нужно? — Фил был настроен скептически. Я пожал плечами:
— Сделаем Ларсу подарочек. А граф проследит, чтобы все было, как надо. Если только она его сестра…
— На мой взгляд, похожа, я еще в зале об этом подумал, хотя… Мне все эльфийки на одно лицо, — ответил Фил, и сделал шаг в сторону, пропуская в комнату вернувшегося Ника.
— Ладно, пошли ставить портал.
— Куда? — спросил брат.
— На пляж, недалеко от таверны, помнишь?
Я обратился к уже готовым идти Тальше и Нику:
— Вы выйдете на берегу, пойдете в таверну «Старый пират», снимете там комнату. Королевский дворец увидите утром — от таверны до него десять минут быстрым шагом.
Они согласно кивнули, и я прикрыл глаза, вспоминая ориентиры: перевернутые на ночь баркасы, прибой, линия набережной, огни в окнах домов на Приморской улице и башни дворца недалеко по левую руку.
Мысленно приблизил к себе пойманную картинку, ухватил и закрепил нить, соединяющую меня с далеким пляжем. Теперь аккуратно натягиваю, вливаю энергию, и точка пространственного прокола плавно разворачивается в радужную пленку портала, сквозь который слышен шум прибоя и в комнату залетел свежий воздух с запахом водорослей.
Ну, вот и все! Готово!
Фил снял ладонь с моего плеча и улыбнулся:
— Ты справился сам, моя сила тебе не понадобилась.
Я прислушался к себе: так и есть, но осталось совсем немного. Не страшно — поем, посплю и восстановлюсь. Я сделал приглашающий жест рукой:
— Прошу!
Ошеломленная Тальша сделала шаг в направлении портала и остановилась, вцепившись в руку побледневшего Ника.
— Смелее, у вас не так много времени. Ларс будет рад вам, Тальша.
— Спасибо, Отерон, за то, что вы для нас сделали.
— Не за что. Передавайте привет Ларселю.
Она нервно улыбнулась и, попрощавшись с нами кивком головы, сделала решительный шаг в портал, Ник вошел следом. Последнее, что мы услышали до того, как переход захлопнулся, была ругань Ника:
— Ядреть твою в корень!
И изумленный голос эльфийки:
— Море!
— Ни за что не поверю, что ты их случайно искупал! — рассмеялся Фил и похлопал меня по плечу. — Идем спать, безотказный ты наш!
— А почему бы не помочь? Если только она на самом деле сестра Ларселя…. Не люблю, когда мне врут, особенно по пустякам. Пусть скажут спасибо, что я их не заставил плыть к берегу, а только по пояс окунул.
— Да, отомстил. Вот только…. а кем она может быть, как ты думаешь?
Мы уже вошли в нашу комнату, и я устало повалился на кровать:
— Его матерью…
— Да ты что? — Фил от удивления встал, как столб, посреди комнаты. — Но ей же…
— Ей может быть сколько угодно лет: и сто пятьдесят, и четыреста пятьдесят — ты не определишь. Просто — этот Ник… он с ней не сегодня познакомился и не вчера. Ты заметил, что они собирались спать в одной кровати, и он к ней на «ты» обращается? Они же могли попросить такую же раскладушку? — я посмотрел на кушетку, куда уже собирался лечь брат. — Хозяин притащил ее нам без возражений и денег не взял, правда?
— Да, но почему ты решил, что Тальша не сестра, а мать Ларса?
— Ты же не думаешь, что я просто так: взял и помог? Я Ника прочитал, пока мы за столом сидели, и мысли у него были… очень порядочные. Просто они решили выдать Ника за телохранителя и проводника, так как не могли предугадать реакцию Ларселя на известие о том, что муж его матери — человек. Ладно, давай спать.
Глаза уже закрывались, сил осталось только на то, чтобы снять сапоги. Подушка пахла сеном, простыни — свежестью. Завтра, все остальное — завтра…
Пышные горячие оладьи со сметаной мы проглотили за несколько минут. Спустившись вниз около семи утра, я расплатился с хозяином, заказал завтрак, и к тому моменту, когда появился Фил, успел их попробовать. А дальше пошло соревнование — кто больше съест. Победила дружба! Хозяин, заметив с каким аппетитом мы поглощаем его стряпню, принес добавку вместе с радостной вестью — Ник распорядился отдать лошадей нам. Ну и что мы будем с ними делать? Разве что съедим по дороге, не тащиться же нам еще треть пути верхом!
По пути в конюшню я чудом не столкнулся с Игнатом, кажется, так его зовут. Чем-то мы ему, очевидно, приглянулись, и он побежал рядом, заискивающе заглядывая мне в глаза и отравляя воздух многодневным перегаром:
— Простите, господа хорошие, а вы вчерась драконов не видали? Ну, не мог же я, в самом деле…. - он замолчал, недоговорив фразу до конца, когда в ответ мы рассмеялись. Мужик остановился, швырнул в пыль свой картуз, витиевато выругался и вернулся на свой пост возле дверей. Похоже, он перепугался не на шутку, всю ночь переживал: привиделось ему или нет?
— Да, влип мужик, теперь его односельчане засмеют, — я дал конюху медную монету, и тот передал нам поводья. — Помочь ему, что ли? Заодно и развлечемся.
— А ты уверен, что ему это поможет? — спросил брат. — Неплохие кони! — добавил он, поглаживая доставшегося ему вороного по шее.
— Это ты с кулинарной точки зрения или с эстетической? Толку ведь нам от них никакого…
Мы уже вышли на дорогу, когда заметили спешащую в нашу сторону босоногую женщину в выцветшем на солнце платье и белой косынке. Она подлетела к Игнату, схватила его за рукав и потащила мимо нас, в деревню:
— Ну что ты учудил! Уже все соседи надо мной потешаются, баба Тая пришла и говорит — иди, забери своего, ему уже драконы с перепоя мерещатся! Неужели тебе детей не жалко! Стыдоба ты моя, стыдобушка.
Далеко утащить мужа ей не удалось — Игнат вырвался из ее цепких пальцев и побежал за лежащим в пыли картузом. И тут Фила осенила идея:
— Уважаемая, а вам кони не нужны?
— Кони? Мне? А, как же… — растерялась женщина, переводя взгляд с нас на коней, и, при этом, не забывая оглядываться на мужа. — А вы как поедете?
Я заметил в дверях таверны хозяина и позвал его:
— Будьте любезны, засвидетельствуйте, что мы передаем коней уважаемой…. Как вас зовут? — я повернулся к женщине.
— Варя, ой простите, Варвара Матреева.
— Варваре Матреевой. В личное пользование.
— А как же вы? — все не унималась жена Игната.
— А мы — полетим! — подмигнул ей Фил.
Привлеченные нашим разговором посетители таверны высыпали во двор. Ну, вот и зрители собрались.