— Ну и что, я и сейчас скажу, что он все равно не похож на кордизцев! — заявил Даренс. — Анн, ну наверняка ты же не коренной кордизец?
Аня чуть ли не головой покачала. Видимо, придумывать чужие биографии — это семейная черта дер Тарренов. Ну ей-то это только наруку — вот и родным королевством обзавелась! Она слегка расслабилась.
— Нет, я не коренной. Я вообще своих родителей не помню, — ответила она.
— А-а-а, так ты один их тех… Извини, не хотел тебя огорчать. Так тебя на воспитание взяли? Поэтому и отпускать в Академию не хотели? — спросил Даренс. Выглядел он при этом очень смущенно.
Поскольку Аня ровным образом ничего не поняла, за исключением того, что обстоятельства ее рождения и жизни — вещь таинственная и печальная, то она тяжело вздохнула и со скорбью в голосе произнесла:
— Да…. И давайте об этом сейчас не будем. Потом как-нибудь расскажу. А сегодня — слишком радостный день. Не к чему ворошить то, что….
— Да, да, — торопливо перебил ее Даренс, — ты нас извини. Лучше давайте заканчивать и пошли знакомиться со списками и с расписанием. Надеюсь, что мы все — в одной группе!
***
Они действительно оказались в одной группе, у них был один и тот же командир и почти одинаковое расписание. Исключение составляло одно занятие в день, на которое всех распределяли по цвету их драконов.
После этого дер Таррены отправились в переговорный зал, связаться со старшим братом, а Аня, хоть ей и было интересно посмотреть, как будет происходить это дистанционное общение, отправилась к себе в комнату. Пора сваливать отсюда. Вообще-то жалко, что она не пошла — было бы интересно посмотреть на магию в действии. Сама Аня вчера вечером перед сном долго пыталась создать какой-нибудь фаербол или просто погасить и зажечь свечку, но у нее совершенно ничего не получилось. Да и вообще, она не заметила в себе никаких изменений, которые позволили бы предположить, что она разжилась магическим даром. Поэтому она сильно недоумевала по поводу своего синего дракона, который якобы указывал на какой-то редкий талант.
Анюта неторопливо собрала сумку, аккуратно завернула свой телефон в джинсовую куртку, хотя, конечно, как только сядет батарейка, этот телефон можно только как вес для бумаги будет использовать. Никаких сильно бонусных для попаданцев вещей в ее сумке вчера не обнаружилось. Помимо золотых украшений в косметичке лежала упаковка аспирина и ибупрофена, парочка бактерицидных пластырей, и одноразовая зубная щетка, завалявшаяся там с прошлой командировки в Москву. В самой сумке обнаружилось полотенце, спортивная форма и сменное нижнее белье. Впрочем, еще один лифчик ей сейчас точно был не нужен. И тот, что изначально был на ней, уже пришлось снять! Полотенце пригодилось, чтобы завернуть в него последний предмет — любимый мини, в смысле — мини iPad, без которого Анна Михайловна совершенно не мыслила свою личную и преподавательскую жизнь. Коллекция новых романов — для первой, научные статьи и начатые переводы — для второй.
Аня зашнуровала свои полуботинки и, закинув сумку на плечо, осторожно выглянула в общий тамбур. Все было тихо.
Девушка выскользнула на лестницу и поспешила к выходу из здания. Внизу ей пришлось переждать, пока по холлу пройдут двое преподавателей, одетых в зеленые накидки с эмблемой желтого дракона. Наконец, холл опустел и она помчалась к дверям, ведущим во внешний двор. Выглянула в приоткрытую створку двери, осторожно просканировала взглядом двор. Никого. «Ну, с Богом!» — выдохнула Анюта и бегом рванула к видневшимся метрах в трехстах воротам.
«Ариведерчи! Не поминайте лихом», — подумала Аня, толкая одну из створок ворот и проскальзывая через открывшуюся щель.
***
— Итак, курсант дер Лаврен, не успели вы начать учебный год, как уже пытаетесь нарушать порядки, — отчитывал Аню все тот же мужчина в зеленой мантии, который вчера, перед экзаменами, встречал их у входа в Академию. Как только что выяснилось, это был ректор Академии. — Что вам понадобилось в городе? Вас же всех предупредили, что выход из Академии только по пропуску, при наличии увольнительной!
Аня сидела перед столом ректора в совершенно расстроенных чувствах. Буквально полчаса назад она тихонько проскользнула в створ ворот и на этом дело закончилось. Выскользнуть их этих ворот у нее уже не получилось. Она почувствовала себя как муха в патоке. Застряла в чистом воздухе. Даже рукой пошевелить не могла! «Вот это значит магия в действии и есть», — обреченно думала Аня. Хорошо, хоть вертеть головой и дышать у нее получалось без проблем.
Проклятые ворота, видимо, послали преподавателям какой-то сигнал, потому что буквально спустя три минуты во двор выбежало несколько мужчин, все в зеленых мантиях с черными драконами. Увидев застрявшую в воротах Аню, все, за исключением двух, повернули обратно. Оставшиеся же прошли через ворота, развернулись и просто вытолкнули Анюту обратно во двор. Их движения ворота почему-то никак не тормозили.
Едва обревшую возможность шевелиться Аню тут же потащили в главное здание — в тот самый белоснежный замок, который ей так понравился пару дней назад. Ну, за руки ее никто не хватал, просто один из черных драконов велел ей следовать за ним, а второй — замыкал конвой. Ане даже захотелось руки за спину заложить и сгорбиться — для полноты картины «Поймали!».
Привели Аню в большущий кабинет на втором этаже, усадили на стул перед дверью в соседнюю комнату и велели ждать вызова к ректору. Вызов последовал буквально через минуту, как только из той двери вышел один из приведших Аню мужчин.
И вот теперь Аня уже минут десять выслушивала про безголовых малолеток, которые не ценят полученной привилегии бесплатно обучаться в Академии и с первого дня нарушают порядки. В голове у ректора прочно сидела мысль, что провинившийся курсант просто пытался выбраться в город в самоволку.
— Что тебе там понадобилось? — наконец спросил ректор. — Родных что ли захотел увидеть еще раз? Или в бордель на прощание решил заглянуть? Решил, что до зимних каникул не дотерпишь? Ну что молчишь?
— Вы меня теперь исключите? — с тщательно скрываемой надеждой спросила Аня.
— Да нет, конечно, — устало махнул рукой ректор. — Вы еще даже присягу Академии не принесли. Но ты теперь будешь у меня на особом учете! — тут же пригрозил он, перескакивая на «ты».
Аня неверующе покачала головой. Да что за ерунда получается, чем сильнее она старается отсюда уйти, тем больше препятствий возникает!
— Да, курсант дер Лаврен, а какого вы проявили у себя дракона? — спросил ректор.
— Синего, — мрачно ответила Анна.
Ректор удивленно смерил ее взглядом.
— Но, — начал он, а затем замолчал, о чем-то размышляя.
— Курсант, а покажите-ка мне вашего дракона, — наконец продолжил он.
Аня протянула ему руку с татушкой. Ректор посмотрел на нее, провел пальцем по изображению, нахмурился и спросил:
— Курсант, вы — бастард?
Аня вылупила на него глаза.
— Нет. А с чего вы такое взяли? — удивилась она.
— Ну, вы может и не знаете…. Где вы родились, кто ваши родители и где вы сейчас живете? — спросил ректор. — Хотя, подождите, а не Вы ли к нам из другого королевства пешком пришли?
— Э-э… да! Из Кордиза, — с облегчением вспомнила Аня название, сказанное ей сегодня за завтраком одним из братьев дер Таррен. И заодно задумалась, откуда у ректора такая информация.
— Вот оно как… Из Кордиза, — протянул ректор. — Ваши родители оттуда?
— Я их не помню, — Аня решила воспользоваться уже апробированным приемом. Поэтому она ничуть не удивилась, услышав:
— А… так ты один их тех… Тебя туда на воспитание взяли? Тогда ясно. Хорошо, хоть в Академию отпустили, — задумался ректор. — Хотя все равно не очень понятно, почему тебя изначально им отдали… Может, никто не знал? И близких родственников не осталось? Ты что-нибудь знаешь о своих настоящих родителях? Осталось что-нибудь? Семейный медальон, бумаги, артефакты?
Аня судорожно пыталась представить, о чем говорил собеседник. С ее предполагаемым детством и отправкой в Кордиз явно были связаны какие-то общеизвестные события. Аня, видимо, была единственным человеком на планете, которая не знала, почему она жила в Кордизе!
— Осталось кое-что, — медленно проговорила Аня, пытаясь сообразить, сойдут ли ее драгоценности из косметички за артефакты ее предполагаемого рода.
Ректор, однако, оживился:
— Они у тебя с собой?
Аня кивнула и полезла в сумку, забывшись, что на той была застегнута молния. Только достав золотые украшения, она заметила, что ректор с любопытством рассматривает застёжку.
— Это тоже мне осталось по наследству, — поторопилась она уверить ректора.
— Интересно…, - протянул тот разглядывая спортивную сумку с эмблемой прыгающего леопарда. — Это, наверное, родовой герб твоей семьи?
— Я ничего не знаю про родную семью, — тут же напомнила ему Аня.
— Да, это, конечно, меня не удивляет. Тебе сейчас около пятнадцати, значит по времени как раз…, - размышлял ректор.
— Так, а это тебе осталось от матери? — заметил он украшения.
Аня с некоторыми колебаниями протянула ему свое золото. Мужчина аккуратно все рассмотрел, уделив особое внимание кулону с большим кристаллом. Затем вернул все украшения Анне.
— Ну что же, похоже так оно и есть. Скорее всего — побочная младшая ветвь. Да, это наиболее вероятно, — задумчиво проговорил ректор. — Это почти объясняет синего дракона.
Все это время Аня чувствовала себя как на постановке детектива. Сыщик-ректор отыскивал разгадки, одну за другой, а зритель-Аня с затаенным дыханием внимала процессу. Она настолько увлеклась этим представлением, что даже разочарованно вздохнула, когда ректор оставил свои размышления и опять обратил внимание на Аню.
— Так что, курсант, давайте, забирайте все свои вещи и отправляйтесь к себе в комнату. Сегодня закончится отбор по результатам экзаменов и завтра начнется учеба. Да, вечером будет общее построение с принесением присяги.