- Непредумышленное… - грозно поправил Копьеносец, заставив беса зажать себе уши.
- Хорошо, хорошо, - бес сморщился как от прострельной зубной боли, - Пишу: непредумышленное. Так, что еще? Ага. Время отработки: безвременное.
- Это в смысле навсегда? – упавшим голосом уточнил Андрей.
- Это в смысле безвременно, - отрезал мерзкий бес. Слегка приподняв тощий зад с колченогого табурета, выудил из-под него что-то, напоминающее треугольную печать, подышал старательно и сделал в книге оттиск. А потом засунул обратно и невозмутимо сел снова на табурет, - Принят!
- Иди, - паровозным гудком напутствовал ангел, указывая кивком на еще одну дверь, противоположную от входной.
Андрей понимал, в этом месте задавать вопросы или тем более спорить, себе дороже. Враз вернешься в желтые дюны, где дожидается голодный демон. Он пересек тамбур, стараясь не глядеть на беса, хотя проходил от него так близко, что можно рукой дотронуться, отворил внутреннюю дверь и переступил порог того, что Копьеносец назвал «вторым прачечным отделением». А когда дверь за ним закрылась, его поглотила тьма.
После такого глубочайшего сна, управление телом возвращалось через предельные усилия. Вася с огромным трудом поднялся с подвесной корабельной койки, только чтобы затем тут же рухнуть на трюмные доски. Он слышал, на палубе поднялась суета, нехорошая суета. Цепляясь за койку поднялся на ноги и повлекся шаркающей походкой древнего старика. С каждым шагом силы возвращались, а тело становилось все послушней. Когда выбрался на палубу, чувствительность вернулась почти полностью. Он выдохнул было с облегчением, но по ушам ударил близкий вопль.
- Вася присол! Братсы, глядите, Вася здесь! - «когда ж Мышонок наш научится чувства свои сдерживать», - подумал Вася. Он сощурил заслезившиеся глаза, стараясь привыкнуть к яркому свету после трюмной тьмы.
- Вась, ты как? – глаза еще толком не видели, но полный тревоги голос он Акима узнал. А еще понял, что тревожится Аким отнюдь не о его здоровье.
- Уже в порядке, - световые пятна понемногу замедляли безумный пляс, слезы под веками высыхали, Вася смог разглядеть очертания Акиминова лица, - Что случилось?
- Пираты, - коротко сообщил Аким, - Скоро догонят.
Уже через пару минут к Васе полностью вернулось зрение, и он сам теперь видел, как неестественно быстро их нагоняет громада чужого парусного судна. Без приближающей монеты Вася смог рассмотреть на носу людей, одетых в одинаково пошитые одноцветные одежды.
- А они точно пираты? – спросил Вася.
- Теперь уже и сам не уверен, - отозвался Аким, - Одеты по форме, ну, в смысле по образцу. Больше походит на принадлежность к войску.
- Что-то не встречал я пока таких «образцов» ни в одном войске, - засомневался Макар, - Для боя такие образцы-формы не годятся.
- Это потому, Макарка, что стрелкового боя с использованием огнестрела ты пока еще не встречал.
- Акима, поясни.
- Пояснить дело недолгое, - Аким развернул полотно приближающей монеты, преследователи стали видны крупно, будто находились в десятке шагов, - Глядите. Ни меча, ни копья. Ни лука, ни арбалета. Броня отсутствует…
- Броня пирату ни к чему, - резонно вставил Макар, - Если в воду упадешь, все, считай на дне.
- Ну допустим, - не отступил Аким, - Ты вглядись, что у них в руках.
- Орудия какие-то, - предположил Макар.
- Это понятно, что орудия. Только вот не орудия труда. Вообще ни разу. А еще очень уж эти орудия походят на ружья!
- Акима, ты ведь третий год зудишь, что нету у нас этой твоей химии. А теперь ружья…
- Да. А теперь ружья! - Аким начал горячиться, - Пока я могиора той стрелой не взорвал, думал, что химии нету. А теперь вот, ружья! Морока нифрильная…
- Акима, не подымай волну, - пригасил Вася, - Ольха, ты что скажешь?
- Про «химии» ничего не скажу, - ответила Ольха, - Но то, что их корабль напитан нифрильной могией под завязочку, можете даже не сомневаться. Я так думаю, что немыслимая его скорость, - та же могия. На одной силе ветра так быстро эта громадина идти просто не способна.
Вася попытался сопоставить озвученные доводы, но сопоставить их пока не мог. Он уже достаточно глубоко погрузился как в личность, так и в память снящегося ему Андрея. Что такое огнестрел, он теперь и сам мог объяснить не хуже Акима. Вот только здесь на Ниферии нет металлов, невозможен порох, а догоняющий их корабль – парусник! Не атомный, не дизельный и даже не на паровом ходу. Парусник, и этим все сказано… Или не все?
- Вась, что делать будем? – спросил Макар деловито.
Вася понимал отчетливо, Макар не о том спрашивает, будет ли бой. Бой для него очевиден. Он спрашивает, какая для боя будет выбрана тактика.
- Что делать? – Васино чутье сражению противилось, - Не знаю, что делать. Невозможно просчитывать бой, когда о противнике ничего не знаешь. Значит так, они нас скоро нагонят. Стрелки и Ольха спрячутся. Да, Акима, ты тоже прячешься. Если запахнет жареным, будьте готовы к стрельбе. Остальным готовиться к бою, но оружие не доставайте пока.
- Вась, - Аким округлил глаза, - Кроме как в трюме прятаться больше негде.
- Вот в трюм и прячьтесь.
- А как стрелять-то из трюма?
- Никак. Как время придет, поднимитесь на палубу и будете стрелять.
Аким хмурился, но спорить не стал. Однако и Ольха не спешила спускаться в трюм.
- Вася, - решила она предупредить, - Боюсь на том корабле очень сильный мога. Возможно, не один. Я чую, там не олухи-пираты. Там люди серьезные.
- Вот поэтому, ты тоже пока прячешься. Все. Бегом. Они близко уже.
Чем ближе подходил корабль, тем больше поражал размерами. Только в высоту их мореходную ладью превосходил вдвое. Вася разглядел и узнал с удивлением корабельную пушку. Полтора десятка солдат в типовой форме держали в руках ружья. Странные ружья. Ни прицела, ни простейшей мушки на стволе. Да и держали у живота, будто в прицеливании и нужды никакой нет.
- Эй. На судне! – разнесся с огромного корабля многократно усиленный властный голос, - Вы незаконно проникли во внутренние воды империи. Ваше судно будет конфисковано. Вы будете доставлены в имперский суд. А, да… Сопротивление бесполезно.
Последние слова произнесены были нехотя, будто бы в угоду положенному правилу. Будто бы тот, кто их произносил предпочел бы, чтоб они все-таки «посопротивлялись». Но Вася уже и сам понял, - бессмысленно. Он показал украдкой парням пальцовку, чтоб не дергались. Придется сдаваться. Он сжал Макару плечо. Понимал, как не хочется тому отдавать подаренный ханом меч. Но видно не судьба ему ходить с богатым клинком. Эльфийский меч отобрали. Этот тоже отберут.
- Наши приборы фиксируют на вашем судне одиннадцать разумных, - снова загремел голос, - Приказываю остальным выйти на открытую палубу. Оружие сложить. В случае неподчинения будете уничтожены.
И Вася подчинился. Братья Цапли, Аким, Ольха вышли на палубу. Парни бросали оружие себе под ноги. Макар отцепил ножны с мечом, тоже бросил, и ни один мускул на лице не дрогнул. А вот Короток чуть не рыдал. «Не горюй Мышонок, - улучив миг, шепнул ему Аким, - я тебе другой валятор сделаю. А этим… мы еще отомстим». Огромный корабль притерся боком к их ладье. С его высокого борта перекинули веревочный трап.
- Поднимайтесь по одному, - в разносящемся с корабля голосе ощущалась этакая ленца, притомившая рутина. В качестве противника Вася со своими парнями владельцем голоса явно не воспринимался.
Они поднялись один за другим на борт корабля. Бойцы в серой форме их обыскивали на наличие оружия. Нифрил, на удивление, не искали и не отбирали. После подняли трап и даже осматривать ладью не стали. Отошли шагов на триста и шарахнули по ней из кормовой пушки. От единственного выстрела ладья получила такие повреждения, что начала тонуть прямо на глазах.
Вася не мог поверить своим глазам. И даже не убойная сила пушки его так поразила. Ведь сама их ладья - дорогая вещь. А эти захватчики не удосужились даже заглянуть в трюм, да что там, подобрать брошенное на палубе оружие поленились, хотя один только ханский меч стоит целое состояние. Эти моряки просто все потопили, исходно полагая, что никакой ценности на ладье для них нет и быть не может.
Как нет ценности в стеклянных бусах, в бамбуковых дубинках и деревянных луках для любителя сафари на джипе с навороченной оптикой на карабине. Его ребят воспринимают как папуасов недалеких. Вася испытал какую-то даже веселую злость. Он чувствовал, что дружбы с этими имперцами не выйдет, а вот подраться с ними еще придется. Со временем… когда выяснится, чего они собою стоят и что там за ружья такие без прицелов. Макар, будто почувствовав его настрой, шепнул ему в ухо:
- Вась, ты заметил? Оборотня-то у них нету.
Вася едва удержался, чтоб не хлопнуть себя полбу. Кабы глазастый Макар ему не указал, сам Вася так бы и оставался со странным ощущением, что что-то не так в этих бойцах. А у них действительно отсутствовал оборотень. Вася слегка кивнул Макару утвердительно. Деталь важная!
Глава 2. В клетке
Их отвели куда-то глубоко в нижнюю часть трюма явно ниже уровня воды, где заперли в клетку, для одиннадцати человек слишком тесную. Когда конвоиры в серой форме ушли, Вася перевел дух, все ж таки убивать сразу их не стали. Хотя, радоваться тоже нечему, обещание доставить в имперский суд ничего хорошего не сулило. На одном суде он уже побывал, на ханском. Азум тогда отправил его с ребятами на верную смерть и не прирезал сразу только потому, что сам князь за них заступился. В этот раз даже князь не заступится, не знает князь ни про какую империю.
Никакого окна, само собой, в этой части судна и быть не могло, но свет худо-бедно изливался из вмурованной в потолок приспособы. Аким было полез ее осматривать, но его одернули и заставили сесть.
- Ну что ж, - начал Вася, когда они тесно расселись на полу маленькой камеры, образовав что-то вроде совещательного круга, - Будем разбираться.